Игры Шпиона - Андрей Закаблуков

мимо и увидела, что именно читает могучий воин. Это были стихи течения сентиментализма. От такого принцесса едва не запуталась в собственных ногах. В её голове начали путаться мысли, когда она попыталась сопоставить Градэна и подобные стихи.

— Что есть случиться, фройлен? — Градэн всё же заметил, что девушка стояла перед ним и поражённо уставилась на рыцаря.

— Ты читаешь стихи?! — вслух выразила своё удивление Ринэя.

— Я, — кивнул рыцарь и, решив, что разговор на этом закончен, снова вернулся к чтению.

— Извините её, — сказала подоспевшая Мала. — Наша принцесска не очень культурна и по-прежнему любит судить о книжке по обложке.

— Их понимать, — Градэн снова коротко кивнул. — Много кто удивляться. Абер удивляться есть ещё больше тому, дас их есть сам писать стихи.

— Ты пишешь стихи?!! — ещё сильнее удивилась Ринэя. Вбитые в голову шаблоны из книг об искателях приключений сейчас рушились в её воображении.

— Подруга, — Мала намекающее ударила локтем в бок принцессе. — В смысле, мы…

— Я? — гигант-рыцарь чуть наклонился к девушкам, так что его тень накрыла их целиком и почти достигла противоположного края улицы.

— Мы… на-наверное, хотели бы услышать столь чудесные стихи! — сначала мабирийка запиналась, глядя в лицо сурового рыцаря, но потом взяла себя в руки и даже более-менее уверенно закончила фразу.

— Их есть согласен, — кивнул Градэн и ушёл вслед за основной частью команды, которая как раз заходила в гостиницу.

— Что с тобой? — удивилась Ринэя, глядя на подругу. На лбу Малы виднелись бисеринки пота. Воительница с бестолковым видом хлопала глазами, глядя вслед крагерхатерцу.

— Эм? А, ничего-ничего! — немного поспешно ответила Мала, стараясь мило улыбаться и пойти вперёд как можно скорее.

Градэн, в самом деле, оказался весьма талантливым поэтом. Что удивительно, все его стихи были на чистом всеобщем, без крагерхатерских словечек, хотя привыкшему вставлять их постоянно крагерхатерцу, чистый всеобщий явно был не очень удобен. Под конец его выступления даже Алиса грустно вздохнула. Бардесса была большой любительницей весёлых мелодий и торжественных песен, но вот лирика у неё получалась не очень хорошо.

— Их есть любопытен, дас привести вас на турнир? Причина? — спросил на ломанном всеобщем Градэн, когда короткие аплодисменты поутихли. Вместе с соратниками в гостинице был ещё и неизвестный постоялец, который ранее вёл себя тихо и больше мирно читал газету.

— Причины тех, кто участвует? — прозорливо заметил Винченцо. — Вот я, к примеру, хотел быть героем, которым бы гордились в родном городе. В идеале неплохо было бы стать настоящим заступником всех простых людей, чтобы и у них был весомый защитник, а не только у знати. Но не получилось, — плут с грустью развёл руками.

— Благородная цель, — одобрил Градэн. — Их есть думать всегда, дас любой человек может есть способен на подвиг. Знать или простолюдин — дас ист не есть важен.

— Я хотела стать опорой родному Мабиру, — ответила Мараса, внимательно слушающая стихи из углового кресла. — Не очень достойная цель для Защитника, как вы понимаете. Но что поделать, уж слишком я люблю свою Родину, — фурия развела руками. На её лице по-прежнему была лукавая улыбка, словно навеки отпечатавшаяся в её повседневном облике.

— Любовь к родной стране не есть плохо, — покачал головой рыцарь.

Мала молчала, не зная, что сказать. Её цель являлась местью чистой воды. Она прекрасно понимала это. От этой цели мабирийка отступить не могла, но и поводов для гордости здесь немного. Месть по отношению к признанному герою, надежде и опоре Пареенда. Так ли плох Ксангорф Ликид? Несмотря на некоторое позёрство, он стал настоящим ревнителем чести, словно сама судьба уготовила ему эту участь. Люди уважают его, слушают его, готовы умереть за него.

Легче всего мстить явному злодею, который угнетает людей и зверствует по каждому поводу. В книгах об искателях приключений месть всегда благородна и возвышена. Те, кому мстят, всегда бесспорно злы и жестоки. Но в жизни всё совсем не так, как в книгах. И в этой ситуации именно Мала станет настоящей злодейкой, если решит убить того, кто является единственным героем, могущим противостоять Шпиону. Что же?..

Внезапно Мала почувствовала, как кто-то обнял её за плечи. Оглянувшись, она увидела Марасу, всё так же лукаво улыбающуюся.

— Вижу, ты сомневаешься. Это хороший знак, малышка Мала, — тихо сказала фурия. — Своё желание можно исполнить разными способами. Подумай, какими. Но в любом случае я поддержу твоё решение.

Воительница на мгновение прикрыла глаза.

— Спасибо, Мараса, — с искренней благодарностью ответила она кузине.

Тем временем, Градэну уже успели поведать причины отсутствующего здесь Степана. Хика в ответ на взгляд рыцаря просто равнодушно посмотрела на него.

— Она у нас истребительница тёмных. Таковы её устремления, — ответила Ринэя за моригойку.

— Были? — осведомился Градэн.

— Они никуда не делись, — тихо ответила Хика.

— А я сама… — начала принцесса и ненадолго замолчала. — Сказать честно, раньше очень хотела стать независимой, доказать всем, чего я стою.

— Теперь?.. — спросил рыцарь.

— Теперь не уверена, — задумчиво продолжила Ринэя. — Я столько всего видела за время путешествия.

Перед глазами девушки вновь встали те картины: трущобы Флонции, события в Партаненте, банда в Хорсе, кровавая война на границе королевства центра мира.

— Титул Защитника является не привилегией, как некоторые привыкли думать. Это огромная ответственность. И я задаюсь вопросом, достойна ли я этой ответственности?

Ринэя опустила голову с выражением крайней задумчивости на лице. Остальные вежливо молчали.

— С другой стороны, а вдруг у меня есть такая сила? Так почему бы не использовать её?! — неожиданно радостно воскликнула она. — Как говорится, если не я, то кто? Но если другой из участников окажется сильнее, то что же… победит самый достойный, — улыбающаяся Ринэя развела руками.

— Кстати, Градэн, а какая цель у тебя самого? — рискнул спросить Винченцо.

— Трудно есть сказать, — лицо рыцаря омрачилось. — У каждый из вы есть цель, дас вы есть идти. Их идти, потому дас родиться сильным. Всю жизнь говорят, дас моя сила есть должен служить на благо Крагерхатеру, дан и миру.

— А тебе больше нравится заниматься не драками, а чем-нибудь другим? — угадала Ринэя.

— Я, — Градэн поднял томик стихов, который ещё держал в руке.

— Кстати, Рэнг и Нирн задерживаются, — заметил Винченцо, чтобы сгладить неловкую паузу.

— Мы здесь, — старый маг уже спускался по лестнице вместе со жрецом. Он дал некоторые указания и Нирну, чтобы тот не терял бдительности и следил за появлением вероятного противника в лице слуги тёмного на территории гостиницы.

Дальнейшая беседа протекала уже в другом ключе, менее серьёзном и более располагающим к хорошему настроению. Ринэе новый знакомый понравился. На поверку Градэн оказался довольно добродушным и славным человеком, хотя и выглядел