Дорога домой (СИ) - "Son Golifreya"

— Ты просто должен встретить через десять дней Тео, крепко его обнять, поцеловать, дальше продолжать не буду, — Чад усмехнулся, а Лиам снова покраснел. — Потом вы выберетесь из прошлого, купите самый большой торт и приедете в гости уже без страха исчезнуть во времени и пространстве.

— Я куплю целых два больших торта, если твои слова хотя бы наполовину совпадут с реальностью. Хочется все же закончить школу. Боже, как мне достанется от моей мамы. Интересно, что мой лучший друг придумал ей в качестве причины моего исчезновения, — Данбар вспомнил Мейсона и усмехнулся. Он точно что-то придумает.

Они подошли к Саре, которая бормотала название трав, символов и других непонятных Лиаму вещей. Джастин отошел в сторону, потому что Дебби вернулась со своей частью хвороста и помогла матери выводить узоры, посыпая разноцветными порошками. Альфа кивнул бетам в какую сторону бросать ветки. Чад и Лиам выполнили приказ и тут же отошли подальше от ужасно пахнущего места. Данбар дышал через раз в предвкушении какого-то феерического зрелища и изредка поглядывал на друида.

— Так, готово.

Женщина одним лишь жестом показала оборотням удалиться с опасной территории. Стая вместе с Лиамом маленькой плотной кучкой отошли на добрых пятьдесят метров и на всякий случай встали по ветру. Женщина взяла спички и посмотрела на этикетку. Она ушла в себя, медленно поглаживая коробку. Никто не решался её торопить или отвлекать. Это было тяжелое для неё решение. Спустя полминуты Сара вытащила одну единственную спичку и немного дико улыбнулась.

— Посмотрим, кто кого, стервы, — она чиркнула спичку и кинула в хворост.

Будто облитые бензином, ветки в мгновение полыхнули. Сара отошла в сторону, приговаривая что-то на латыни. Она начала бросать в костер различные пакетики с травами и порошками. Дым окрашивался в различные цвета, заставляя Лиама открыть рот от удивления. Друид тем временем взяла ветку из костра и провела по начерченным узорам, они зацвели красными углями.

Данбар почувствовал лишь легкий запах лаванды, который начал успокаивать его. Ему точно не хотелось бы оказаться в эпицентре ритуала, но то, что он видел и ощущал нравилось ему. Границы сверхъестественного в очередной раз раздвинулись для парня. Он откинул легкую грусть от того, что Тео не видит подобное. Может им повезет и позже они уже вместе смогут увидеть повторение.

Теперь слова Чад засели в его голове. Когда началось его настоящее сближение с Рейкеном? Если бы оборотень увидел их в Бейкон Хиллс, например, во времена Анук-ите, сказал бы подобное? Может что-то появилось начиная с Дикой охотой? Он поставил себе цель обязательно спросить об этом Тео. Может для него все началось только с глупого сердечка на витрине магазина. Он всегда повторял, что у него не было нормальной жизни и время на подростковую хрень. Скорее всего и на любовь тоже.

— Ну же.

Эта фраза вывела парня из очередного ступора. Природа вокруг, будто стала живой и могла отвечать на просьбы друида. Метров триста от их костра за считанные минуты поднялась огромная буря и явно двигалась в их сторону. Данбару захотелось выпустить когти, а лучше полностью уйти в бета релиз, но он бросил взгляд на спокойных Джастина и его стаю и постарался взять себя в руки. Постоянное присутствие в крови янтарного аконита уменьшило его РПВ, но сейчас он чувствовал ярость. Надо сказать, зря.

Буря подошла почти вплотную к костру Сары. Женщина взмахнула рукой и кинула в бурю какой-то плотный шарик голубого цвета, а в костер зеленый. По пустыни разлетелся хлопок, костер затух, а буря превратилась в трех девушек. Они все опустились на одно колено и пытались отдышаться. Сара прикрыла рот рукавом и закрыла глаза. У стаи Джастина и Лиама начался приступ из нескончаемого чихания. Видимо, в голубом шарике был какой-то перец или что-то подобное.

— Что, думали я обойдусь без приветствия?! Я не видела вас лет десять-пятнадцать, а вы уже забыли какой у меня характер? — на самом деле женщина сама еле стояла на ногах от своего «приветствия». Однако каждый в этой пустыне знал, что она просто не могла не сказать какую-то громкую фразу. — Выкусите.

— Пройдут еще сотни лет, а твой характер не сотрется из моей памяти! Вот дрянная девчонка! Почему с талантом никогда не прилагается скромность! Ты сама нас позвала и могла бы не кидать в костер кайенский перец. Мы пришли с миром, — одна из трех женщин поднялась с колена, по всей видимости негласный вожак, и попыталась вразумить друида. Лиам заметил, что женщина чрезмерно воинственна.

— А это вам мое личное «спасибо»! Мы колесили двенадцать дней в этой колымаге, и вы прекрасно знали где, знали, что в поисках именно вас! У нас тут ситуация, не требующая отлагательств и задержек, — она взмахнула рукой в каком-то злобном жесте, это заставило вздрогнуть всех. — Мои рукава пусты, можете не дрожать.

— Ты сама напросилась, — главарь пустынных оборотней не стала обращать внимание на провокацию друида. — Сара, ты прекрасно знаешь насколько опасная ситуация нависла над нашим существованием во время твоей одержимости. Ты испугалась и поступилась правилами, жизнью моих детей, стаи. Твой ритуальный призыв — это извинение за собственную глупость и угрозу нашему миру.

— Кларисса, я уничтожила лиса внутри себя, прошла ритуал на звание альфы. Мой нынешний альфа поступился своей природой, историей, семьей ради меня! Пусть хотя бы один из твоих оборотней попытается пройти ритуал перерождения, выживет и бросит эти слова мне в лицо. Вот тогда я почувствую стыд, — Лиам будто снова стал человеком. Он не мог оценить состояние друида перед ним. Он даже не слышал её биение сердца. Скорее всего это эффект после недавнего представления.

— Сара.

— Прости меня, Кларисса. Я не имела права подвергать твоих детей опасности.

Все в стаи Джастина, за исключением самого альфы, отвернулись. Возможно, это единственный раз, когда Лиам рад, что Тео сейчас не пойми где. Он бы ни за что не сдержался от комментария по этому поводу. На его глазах Сара признала свою вину и извинилась. Данбар бы с радостью окунулся в ледяную воду, вдруг он спит. После всей чертовщины, которая пополнила его бедный мозг, он ставил все под сомнения.

— Ты же понимаешь, что тебе придется пройти ритуал по выявлению темного лиса?

— Конечно.

— Хорошо.

Джастин двинулся в сторону Сары, беты и Лиам хотели пойти за ним, но он пресек их попытки рукой. Он двигался медленно, плавно, любой другой не увидел бы в этом угрозы, однако каждая живая душа в этой пустыне не спешила обманываться. Данбар возможно в первый раз видел, чтобы альфа вел себя подобным образом. Правильно говорят, что иметь оружие — это еще не пользоваться им. За плечами Джастина не много лет, но достаточно практики и опыта для устрашения.

— Я Джастин, альфа своей маленькой, дружной и очень вредной стаи в Калифорнии. Сара не успела задать ключевой вопрос. И с вашим обменом любезностями забыла. Сколько времени уйдет на прохождения ритуала и получения информации? — если бы Джастин имел вид волка, то был бы крайне изящным в своих действиях.

— Мы дадим всю нужную вам информацию, если Сара останется на ритуал. Мы не хотим иметь проблемы со стаей Амбер. Она прекрасно понимает, зачем и почему должна пройти его. Страх свойственен всем, — друид скривила лицо, не собираясь признавать очевидное. — Ритуал проводится в половине цикла луны.

— Половине? Но до него еще тринадцать дней!

— Да, тринадцать.

Это повергло всех в полный шок. Только Сара выглядела непоколебимо, будто знала все наперёд. Скорее всего так и было. Лиам посмотрел на женщину, которая стояла словно неприступная скала. Его сердце разрывалось от переполняющих чувств. Он не мог остаться с этими женщинами на такой долгий срок, потому что Тео должен вернуться примерно через девять дней. Джастин, как альфа стаи, вероятно тоже. Данбар хотел было сказать о невозможности такого исхода, но друид опередила его.

— Дорогой, можешь прикрыть рот. Мужчины не могут попасть в поселение. Заметил, что из оборотней одни девушки? — Лиам буквально кожей ощутил, как глаза Джастина в мгновение загорелись алым. Сара предвидела и это. Кто бы сомневался. — Я не преуменьшаю твою силу, но, Джастин, опусти пистолет. Тут тягаться не с кем. По-другому информацию мы не получим, а значит выбора нет.