Отпуск - дело добровольное (СИ) - Дёмина Наталья

— Я это…

— Того, — засмеялась жена.

— Пойду поплаваю, — быстро поднялся с полотенца мужчина, краем глаза поймав нимфу, которая уже устроилась на шезлонге, демонстрируя всем изящную спину, округлые бёдра и тоненькие верёвочки.

— Ты, вроде, как поплавать хотел, — напомнила Валя.

— Да, да, — улыбнулся ей Дима, но тут поймал случайный взгляд одного из мужчин с соседнего полотенца. Пока Дмитрий пялился на чужую нимфу, кто-то пялился на его жену. Он покраснел от злости и негодования. — Пожалуй, — сел обратно, стараясь закрыть собой супругу от неизвестного любителя чужих жён, — составлю тебе компанию.

— Я не против, — чмокнула его супруга и легла на спину, подставляя своё тело солнышку.

Дима тяжело сглотнул, глядя на Валю сверху. Вид был что надо. В плавках стало тесно. Он согнул ноги, чтобы скрыть своё интересное состояние. Огляделся. Разглядывающих его жену прибавилось.

— Любимая, — наклонился он к женщине, — не пора ли перевернуться на живот, а то загар будет не равномерным.

— Ты прав, — сверкнула улыбкой супруга и перевернулась.

Взгляд Димы упёрся в идеальные ягодицы Валентины.

«Моё!» — что-то тёмное зашевелилось внутри мужчины. Он достал из пляжной сумки парео и прикрыл им тело жены.

— Дима, — сбросила она лёгкую ткань.

— Обгоришь, — безапелляционно произнёс он.

— Так намажь кремом от загара.

— Что? — вспыхнули щёки Дмитрия. — Прямо здесь?

— А где ещё? — повернулась к нему Валя, демонстрируя ложбинку между грудей.

— Ну, я это, — не мог отвести он взгляд от верхних девяносто супруги.

— Ладно, — вздохнула она, — пойду ещё поплаваю.

— Иди, — кивнул он головой, чуть не зарычав, когда она поднялась и, виляя бёдрами, направилась к морю.

«Терпи, Димка, — играли желваки на скулах мужчины. — Терпи».

Часть 26. Старшая дочь

Только жена окунулась в пену морскую, как из воды вышла старшая дочь Дмитрия. Девушка выжимала волосы руками, направляясь к отцу. Счастливая улыбка играла на её розовых губах, глаза блестели.

Мужчина нахмурился, именно сейчас он понял, что его девочка выросла и превратилась в красавицу. Купальник облепил тело Ольги, словно чешуя Русалку, и так ослепительно блестел, вызывая боль в глазах. Она вся была ослепительно хороша.

«Хоть один плюс страз, — с облегчением вздохнул Дмитрий, — за блеском, ничего не видно, не то что у девицы в белом купальнике».

— Хороша водичка, — плюхнулась рядом с ним Ольга, вытягивая свои длинные ноги.

«И когда только выросли?» — задался вопросом мужчина. Он взял парео и накрыл им ноги дочери.

Девушка тем временем свернула волосы в смешной пучок на макушке и взяла бутылку с минеральной водой.

— Папа, — возмутилась она, — ты что, загар будет неравномерным.

— Ничего, — пробурчал он, — зато никакие мужчины не будут на тебя пялиться.

Ольга поперхнулась минералкой и закашлялась.

— Какие мужчины? — она огляделась по сторонам. — Где ты их здесь увидел? Одни колобки на ножках, обрюзгшие женатики, да прыщавые юнцы. Ну, ещё альфонсики в поисках дичи.

Дима икнул от неожиданности. Он последовал примеру дочери и тоже огляделся по сторонам. Действительно, вокруг словно шейхи возлежали толстенькие, опухшие, обрюзгшие мужчины, любуясь на своих женщин, которые по возрасту им в дочери годились. "Альфонсиков", как выразилась Ольга, он вычислил сразу. Они были молоды, подтянуты, но всё их внимание занимали женщины, постарше, так сказать. И только желторотые юнцы и зелёные пацаны отдыхали и веселились, радуясь морю и солнцу.

«Это хорошо, — мысленно улыбнулся он, — что ты, в этом отдыхающем сброде, не видишь мужчин, но они в тебе женщину точно заметили. Вон, какими масляными глазками щурятся».

— Не все мужчины имеют фигуру атлета и лицо киноактёра, — заметил он.

— Ой, папа, прости, — обняла его Ольга. — Не хотела тебя обидеть. Ты самый лучший. Мы тебя очень любим, даже без фигуры атлета и лица киноактёра, — чмокнула опешившего отца в щёку, поднялась с полотенца и побежала в море.

«Вроде бы и комплимент сказала, — хмыкнул Дима, — а в то же время, как обухом по голове ударила, — он втянул в себя живот, расправляя плечи, задерживая дыхание. — Нет, — выдохнул, — пусть любят меня таким, какой я есть».

Солнце потихоньку стало остывать. Его лучи светили всё так же ярко, но уже не обжигали. Отдыхающие потихоньку стали собираться и покидать пляж.

«И нам пора», — решил Дима.

— Девочки! — замахал он руками, привлекая внимание всех вокруг "девочек" от трёх до восьмидесяти, кроме своих принцесс.

«И кто меня за язык тянул», — смутился Дима.

Часть 27. Морская вода

Мужчина вздохнул и принялся складывать полотенца в пляжную сумку. Он давно понял, что когда не можешь привлечь внимание своих девочек, надо их игнорировать, чтобы они его заметили. Жизнь в «женском гареме» непростая штука, а тем более «султана». И, действительно, не успел он и одно полотенце убрать в сумку, как около него оказались все три его принцессы.

— Что, — печально вздохнула Валя, слегка сжимая руками верх купальника, чтобы отжать воду из поролоновых чашек, — пора?

— Пора, — ответил ей Дима, мысленно застонав, представляя себе совсем другую картинку, где не Валя, а он нежно ласкал, далеко не… лиф от купальника.

— Ой, — прижала руки к щекам Оля. Дмитрий вздрогнул, флёр фантазий был разрушен.

"Как пацан, ей богу, — подумал он. — Вот что с человеком творит воздержание. Ещё немного и я от одного взгляда на Валю буду воспламеняться, как стог сена от спички. Тут даже медитация не поможет…"

— Мы же морской воды не набрали, — пояснила ему жена.

— Точно, — поддержала её Ира, доставая из рюкзака пустые бутылки.

— Так в чём проблема? — удивился отец. — Быстренько набирайте и пойдём.

— Папа, — покачала головой младшая дочь, будто он бестолковое дитя, — этой водой мы собираемся умываться и рот полоскать, здесь абы-какая водичка не подойдёт.

— Да? — нахмурился мужчина.

— Конечно, — поддержала сестру Оля.

— И что же вы предлагаете? — робко спросил Дима, поглядев на Валю, чувствуя какой-то подвох.

— Надо немного отплыть от берега, — выдала младшая дочь.

— Как говорится, где не плавало тело туриста, — захихикала Оля.

— Далековато плыть придётся, — в голове Димы закрутились «шестерёнки».

— Настолько далеко отплывать не надо, — улыбнулась ему жена. — Тем более, что отдыхающих уже не так много, — протягивая ему бутылки.

— Мне в зубах их нести? — нервно передёрнул он плечами. — Руки у меня две, а одной, как минимум, надо грести. Вы же не хотите, чтобы я камнем пошёл на дно.

— Папочка, — обняла его Ира, — мы всё понимаем. Тебе придётся несколько раз плавать.

Дима сглотнул. Оставлять девочек одних на берегу совсем не хотелось. Ряды любителей бесплатно поглазеть на женские тела немного поредели, но всё ещё достигали критической отметки, по мнению Димы.

— Ты не волнуйся, — будто прочла его мысли супруга, — мы переодеваться не будем, подождём тебя. Набросим на себя пляжные балахоны и, как примерные девочки, посидим на полотенце.

Мужчина скептически посмотрел на неё. Такая чрезмерная покладистость напрягала ещё больше. Оля и Ира, широко улыбаясь, закивали словам матери.

— Ладно, — вздохнул он, беря первую бутылку. — Но с полотенца ни ногой.

— Ага, — снова закивали Ира и Оля, теперь уже вместе с Валей.

Он подождал, когда его принцессы наденут на себя полупрозрачные балахончики и усядутся, как курочки на насесте, на полотенце, и направился к морю, постоянно оглядываясь, не понимая, почему они так радостно улыбаются.

«Может голову напекло?» — предположил он.

Часть 28. Заплыв

«Ах, море, море», — отплёвывался морской водой Дмитрий, гребя к берегу. Волны накатывали, мешая мужчине и унося его куда-то в бок от места, где на полотенце сидели его красавицы.