Остаться в живых! Неизвестные страницы Великой Отечественной - Тимур Вячеславович Бортаковский

из боев И-153 «Чайка» Абрамова получил серьезные повреждения, и летчик, чтобы ускорить ремонт, помогал в мастерских специалистам восстанавливать хвостовую часть фюзеляжа. Вот по следам знакомой ему работы он и узнал свою «Чайку», на которой потом стал летать Спицын. Обнаруженный В.Ф. Абрамовым на оставленном немцами аэродроме истребитель, хоть и был «раздет», но не имел, по словам Владимира Федоровича, заметных деформаций силовых элементов каркаса фюзеляжа и крыльев, которые должны были произойти при совершении наземного тарана.

Во-вторых, в мае 1988 года во время встречи с полковником в отставке, кандидатом военно-морских наук В. Мельниковым Ю.А. Спицын сообщил, что он и не пытался таранить вражеские самолеты на стоянке 19 апреля 1942 года. Раненный в воздухе, он просто пошел на посадку. Перед самой землей «Чайку» опрокинуло взрывной волной от взорвавшегося неподалеку самолета. Летчика выбросило из кабины. Немцы подобрали Спицына, подлечили и отправили в лагерь для военнопленных.

Другим якобы выжившим после огненного тарана называется Герой Советского Союза, старший лейтенант Кочетков Николай Павлович — 1918 г.р., д. Филисово Шатурского района Московской области, заместитель командира эскадрильи 686-го штурмового авиационного полка 206-й штурмовой авиационной дивизии 8-й воздушной армии Сталинградского фронта.

3 сентября 1942 года старший лейтенант Кочетков вел шестерку «илов» в район разъезда Конный западнее Сталинграда. В момент нахождения над целью в бензобак его машины попал вражеский снаряд. Летчик направил свой Ил-2 на скопление живой силы и техники противника…

Однако обстоятельства данного тарана опровергаются наградным листом, составленным на присвоение Николаю Павловичу Кочеткову звания Героя Советского Союза посмертно. В нем говорится: «…при штурмовке войск пр-ка ЗА пр-ка самолет КОЧЕТКОВА был подбит, в результате чего самолет взорвался в воздухе и упал на скопление войск пр-ка. Тов. КОЧЕТКОВ погиб смертью храбрых в борьбе против немецкого фашизма». Но отважный летчик остался жив. Во время взрыва его выбросило из кабины, и он сумел раскрыть парашют. Потом был плен, удачный побег со второй попытки. Возвращение в родную часть, с которой с боями он дойдет до Прибалтики, совершив за годы войны 101 боевой вылет на Ил-2 и лично сбив 2 самолета. Герой Советского Союза, полковник запаса Н.П. Кочетков жив и поныне.

30 сентября 1943 года в районе Павкуля при бомбардировке артиллерийской батареи, обстреливающей город Ленинград, фашисты подбили пикирующий бомбардировщик Пе-2 под управлением гвардии майора Гречишкина Василия Николаевича из 34-го гвардейского бомбардировочного авиаполка. Приказав экипажу покинуть машину, летчик направил самолет на артиллерийскую батарею. Вместе с ним погиб штурман гвардии капитан Перегудов Алексей Иванович. Оба были удостоены звания Героя Советского Союза посмертно 4 февраля 1944 года.

Считалось, что в том огненном таране выжил стрелок-радист старшина Марченко Иван Федорович — 1912 г.р., г. Николаев, русский, член ВКП(б). На самом деле он фактически в нем не участвовал. Когда зенитный снаряд попал в самолет, было повреждено переговорное устройство. Пытаясь узнать почему самолет так долго не выходит из пике, Марченко высунулся из люка и был буквально вырван из него встречным потоком воздуха. Он успел рвануть вытяжное кольцо парашюта, а самолет полетел дальше и врезался в орудие. Стрелка-радиста с перебитыми ногами подобрали немцы и отправили в лагерь для военнопленных, из которого Ивана Федоровича освободили только в конце войны. За свой последний вылет старшина Марченко И.Ф. награжден орденом Отечественной войны 1-й степени.

Другой случай якобы спасения после совершения огненного тарана произошел 26 января 1945 года. 18 Ту-2 из 6-го бомбардировочного авиационного полка 326-й бомбардировочной авиационной дивизии наносили бомбовый удар по артиллерийско-минометным позициям противника в порту Либава. В результате налета немцам удалось сбить два советских самолета. Экипаж одного из них под командованием лейтенанта М.И. Трифонова, со слов очевидцев боя, «скрылся за пеленой дыма и огня, и в районе порта Либавы взметнулся ввысь огненный взрыв…»

Но, согласно акту расследования причин летных боевых потерь 326-й тяжелой бомбардировочной авиационной дивизии дальней авиации, в состав которой входил 6-й бомбардировочный авиаполк (с 1946 г. ставший 345-м БАП), значится, что «…экипаж: летчик — лейтенант Трифонов В.М., штурман — лейтенант Дремлюга Т.П., радист — ст. сержант Нагуманов А.Х., стрелок — мл. сержант Кичигин М.В. Цель — Лукуши, Мазкризберди, Мешка 10 км западнее Прэкуле… 26.1.45 г. в 13 ч. 20 мин. на высоте 3000 м. В момент бомбометания группа атакована одновременно 4-мя парами ФВ-190 с разных направлений. Истребители прикрытия у бомбардировщиков не находились… Одна пара противника при повторной атаке нанесла повреждение самолету…» В результате воздушного боя самолет уничтожен, экипаж в составе 4 человек погиб.

Куда конкретно был направлен подбитый самолет, точных данных нет. Но лейтенанты Трифонов и Дремлюга еще до его падения выбросились на парашютах и попали в плен.

Еще более запутанная история с огненным тараном, после которого выжил капитан Гомон Матвей Диомидович — 1911 г.р., г. Бердянск Запорожской области, член ВКП(б), командир звена 124-го гвардейского бомбардировочного полка. 15 сентября 1943 года, будучи еще лейтенантом и летая на Пе-2, он направил свой подбитый бомбардировщик на вражескую автоколонну. В результате пилот остался жив, попал в плен, но через неделю бежал. Вот только где это произошло, в разных источниках указывается по-разному. Одни утверждают, что это было на Украине, без указания конкретного места. В других — что это произошло якобы под г. Починком Смоленской области. Вторая версия более предпочтительна, т. к. 124-й гвардейский бомбардировочный авиаполк в середине сентября 1943 года входил в состав Западного фронта.

Однако факт огненного тарана не подтвержден и наградными документами Гомона М.Д. Так, в представлении от 20 сентября 1944 года его ко второму ордену Красного Знамени, хоть и упоминается общее количество боевых вылетов с начала всей войны — 47, но нет ни слова о таране. Из тех же наградных документов известно, что он был тяжело ранен 15.09.1943 г., т. е. в дату возможного тарана.

В результате проведенного анализа истории огненных таранов, совершенных советскими летчиками в годы Великой Отечественной войны, удалось установить, что в живых после них остались 7 человек. Об их судьбе, обстоятельствах подвига, дальнейшей жизни и будет вестись рассказ в этой главе.

В отдельном очерке повествуется об уникальном и единственном за все время войны огненном таране, совершенном 25 июня 1944 года гвардии лейтенантом Д.Е. Комаровым, который на горящем танке таранил вражеский бронепоезд.

Источники:

• ЦАМО. Ф.