Я узнал тебя - Лоретта Форестер

— Вдвоем?

— Если захочешь, — беззаботно ответил Барт.

На данном этапе Кэрон не была к этому готова. С Авериллом кататься на яхте было весело. С Бартом это может быть как угодно, но только не весело.

— Согласна насчет «Сильвер Стрик», — сказала она. — Авериллу самому бы не понравилось, если бы она стояла без дела. Вообще-то говоря, меня про нее уже спрашивали, но до твоего приезда, разумеется, ничего нельзя было сделать. Майкл Вентли знает все детали и предложил, чтобы мы зашли в понедельник утром поговорить. — Кэрон слабо улыбнулась. — Он сказал, что тебе нужно время, чтобы во всем разобраться. Но, поскольку тебя здесь не будет…

— Мы можем разобраться с этим до моего отъезда. — Барт наклонился, поднял маленький камешек и швырнул его вдоль волны. Камешек подпрыгнул несколько раз, прежде чем исчезнуть в воде. — Поехали со мной. Познакомишься с моей мамой.

Кэрон чуть было не согласилась. Можно будет воспользоваться случаем и походить по магазинам. Однако она быстро одумалась. Сейчас ей больше всего необходимы два дня, чтобы прийти в себя после первых впечатлений от встречи с этим человеком, вернуть контроль над собой и своими чувствами.

— Спасибо, но не стоит, — сказала она. — У меня будет время познакомиться с ней потом, когда все… утрясется.

— Ты имеешь в виду, когда она узнает всю историю?

Кэрон пронзила его взглядом.

— Ты ведь не собираешься выложить ей все?

Он, не моргнув, выдержал ее взгляд.

— Ты хочешь, чтобы она поверила, что это внезапно вспыхнувшая любовь?

— А почему бы и нет? У некоторых так и происходит.

— Но обычно этому предшествует подготовительный этап. И для твоей матери тоже придется это все разыграть? Она не глупа.

— Еще достаточно времени. — Кэрон вновь охватило отчаяние. — Почему ты форсируешь события, Барт?

Он внимательно разглядывал ее, освещенную послеполуденным солнцем, со светлыми волосами, чуть взлохмаченными легким бризом.

— Потому что я не умею играть, — наконец произнес он. — Потому что ты очаровательная и желанная молодая женщина, и я хочу тебя, точно так же как ты хочешь меня.

У Кэрон заныло сердце. Шаг — и она окажется в объятиях Барта. Искушение было опьяняюще сильным. Женщина подавляла его в себе изо всех оставшихся сил.

— Я ведь тебе уже сказала, ты делаешь слишком самоуверенные и поспешные выводы. Между поцелуем и… всем остальным лежит целая пропасть.

— Все остальное — это половой акт, если уж называть вещи своими именами. Я предпочитаю называть эти действия иначе — занятие любовью. — Его взгляд сфокусировался на нежных женских губах. — И я хочу заниматься с тобой любовью, Кэрон. Прошлой ночью я заснул, думая о тебе, и проснулся утром, думая о тебе. Скоро это превратится в навязчивую идею.

Ее дыхание участилось, но не от страха. Ни один мужчина никогда с ней раньше так не разговаривал. От прелюдий Аверилла у нее внутри становилось тепло и мягко, а не горячо и почти больно, как сейчас. В ушах что-то гремело, и она вдруг поняла, что это стук ее собственного сердца. У нее появилось ощущение, будто она смотрит на саму себя со стороны. Когда голос вернулся к ней, он оказался низким и хриплым.

— Теперь понятно, чего ты был слишком долго лишен.

На мгновение в глазах мужчины появилось тоскливое выражение, а потом оно сменилось циничным.

— Вероятно, ты права. Пойдем? Время пить чай.

Я поступила, как подобает, и поставила его на место, настойчиво убеждала себя Кэрон по пути к дому. Откуда же это чувство опустошенности? Неужели я так безумно жажду отдаться пламени его всепоглощающей страсти? Эта мысль была такой неотвязчивой, что Кэрон стала бояться самой себя и того, что открывала в себе…

4 глава

Майкл Вентли приехал в понедельник в половине одиннадцатого утра. Ему было за шестьдесят, и он знал Аверилла с детских лет. Каковы бы ни были его чувства относительно последней воли друга его детства, он предпочел оставить их при себе. Эту политику он продолжил и в присутствии наследника.

— Я мало могу добавить к тому, что вам уже известно, — сказал он за кофе, который пили в библиотеке. — Все, что мне нужно знать, — это пришли ли вы оба к соглашению относительно выполнения условий завещания.

У нас есть еще шесть месяцев на размышления, собиралась сказать Кэрон, но Барт ее опередил:

— Пришли. Единственный оставшийся вопрос — когда может состояться свадьба.

На лице Майкла не дрогнул ни один мускул.

— Этот вопрос можете решить только вы сами — если, конечно, срок не будет превышать отведенных вам двенадцати месяцев. Я так понимаю, вы, мистер Гэлбрейт, остаетесь здесь, в Сильверстоуне?

— Пока да, — подтвердил Барт. — Не могу, однако, гарантировать, что останусь здесь надолго.

Майкл перевел глаза на Кэрон, как будто стремясь прочесть на ее лице объяснение сказанному. Она встретила его взгляд со спокойствием, которое отнюдь не испытывала, и почувствовала облегчение, когда гость вновь обратился к Барту. Тот соблюдал дистанцию с субботнего утра, по крайней мере, в эмоциональном смысле. До последнего момента Кэрон не знала наверняка, какой ответ приготовил он для Майкла. Впрочем, если честно, она не знала и то, какой ответ ей самой хотелось бы услышать.

Украдкой кинув взгляд на античный профиль Барта, когда тот потянулся за чашкой, Кэрон обреченно констатировала, что сердце ее опять учащенно забилось. Невозможно отрицать физическую привлекательность этого мужчины; наверное, ей было бы легче, если бы он не был так невозможно хорош собой.

Кого ты пытаешься обмануть? — одернула она себя. Не окажись он таким привлекательным, вся эта авантюра была бы еще в большей степени отвратительной. Тебе повезло. Барт Гэлбрейт, возможно, и не мужчина твоей мечты, но выбора у тебя нет, а он мог оказаться в сто раз хуже.

Словно почувствовав, что его оценивают, Барт взглянул на Кэрон, смешно подняв бровь. Его заявление на пляже пока еще не было подкреплено ни словом, ни делом. Фактически оставшуюся часть уик-энда он вел себя как настоящий джентльмен. И теперь, встретив насмешливый взгляд серых глаз, Кэрон поняла, что этот человек прекрасно знает, какая сумятица царит у нее в душе. Такой мужчина, как он, всегда знает, когда женщина хочет его. И она его действительно хочет, как ни пытается скрыть это от самой себя. Он прав, она истосковалась по физической любви — или ее тело истосковалось. С Бартом это будет совсем по-другому, не так, как с Авериллом, но это другое пробуждало такие глубины ее существа, о существовании которых она никогда не догадывалась.