Танец на ветру - Медея Колхитида

Она подошла к кровати. Возле нее на спинке стула висела одежда. Нарочито медленно она стала одеваться. Мальчик возле нее вертелся от нетерпения. Она обула любимые сапожки, потопала немного, чтобы они удобнее сели. Затем подошла к тазу и немного поплескала на лицо, чтобы проснуться.

Когда она стала расчесывать волосы, Ален не выдержал:

— Ну, сколько тебя ждать? Долго ты еще одеваться будешь?

— Я смотрю, ты настоящим мужчиной растешь. Привыкай, что женщине нужно время, чтобы привести себя в порядок. Никакого терпения! — посмеивалась она.

— Женщина? — удивленно спросил мальчик.

Хиш посмотрела на его растерянную мордашку и расхохоталась. Увидев смеющуюся Хиш, он обиженно надулся.

— Не обращай внимания, я не над тобой смеюсь. Это просто мысли вслух.

Поглядев на девушку с сомнением, Ален решил на нее не обижаться, и уже через минуту увлеченно рассказывал ей о своем щенке.

— Странно, что ты не притащил его ко мне в комнату, — заметила она, прерывая его восторженный рассказ.

— Я хотел, но бабушка мне не разрешила, — ответил ребенок.

— Ну и где твой пес?

— На кухне, бабушка его кормит.

Они вошли на кухню. Далла у плиты месила тесто на пироги. В дальнем углу под столом лохматый серый щенок ел из миски остатки вчерашнего ужина. Он поднял голову, когда они вошли, и Хиш увидела забавное темное пятнышко на мордочке. Посмотрев на них, он снова начал грызть косточку.

Ален подошел к столу и присел на корточки. Щенок зарычал, видно подумав, что у него сейчас отнимут косточку, и отступил еще дальше в угол.

— Глупенький, я же тебя погладить хочу, — сказал мальчик, протягивая к нему руку.

Щенок звонко гавкнул и приготовился к нападению. Ален испуганно отдернул руку и обиженно посмотрел на бабушку:

— Бабушка, он меня укусить хотел. За что, я же не хотел его обидеть?

— А ты не мешай ему есть, — затем повернулась к девушке. — Доброе утро. Как спалось? Надеюсь, этот негодник тебя не разбудил?

— Нет, я уже была проснувшись. Давайте я вам помогу готовить.

— Спасибо, — Далла протянула ей миску с овощами. — Вот, начисти эти овощи, а то я не успеваю.

Пока Хиш чистила овощи, они обменивались ничего не значащими фразами. Затем Хиш спросила:

— А где Тардес? Я его с утра не видела. Карла, кстати, тоже.

— Тардес ушел договариваться с хозяином обоза, который вчера пришел, чтобы ты ехала в город вместе с ними. Он рассказал о твоем плане. Тебе лучше будет остановиться в доме бургомистра.

— А это не опасно?

— Нет. Он мечтает выдать старшую дочь за сына барона, поэтому примет тебя с радостью.

После завтрака Хиш помогла хозяйке убрать со стола и вымыть посуду, затем вышла во двор поиграть с Аленом. Они играли в прятки, когда вернулся Тардес. Он выглядел несколько утомленным. Подойдя к колодцу, он достал ведро воды, зачерпнул ее кружкой и стал жадно пить. Хиш, увидев его, подошла и стала ждать, что он скажет. Напившись, он выплеснул остатки воды на землю и вытер ладонью губы. Потом сказал ей, отвечая на немой вопрос:

— Я договорился. После обеда, когда немного спадет жара, в город отправляется обоз. Ты поедешь с ним. Я сказал, что ты сбежала из дома, потому что тебя хотели выдать замуж, — Он усмехнулся, увидев скептическое выражение ее глаз. — Не удивляйся, сейчас девицы сплошь и рядом норовят сами выбирать себе женихов. И потом, как объяснить, что ты без сопровождения едешь. Тем более, дочка бургомистра любит романтические истории.

— Я бы, на месте бургомистра, не поверила, — покачала головой Хиш.

— Я тоже, но бургомистр все сделает для своей любимой дочери. А та читает романтическую дребедень в огромных количествах и верит во всякую чепуху. Убедить ее не составит труда — кивнул Тардес. Затем продолжил: — Не перебивай! Так, на чем я остановился. Ага! Ты остановилась у меня ночью, затем заболела. Пока ты лежала больная, я написал твоей родне. Они просили задержать тебя, пока не приедут сами. Но у меня не подходящее место для капризной эльфийки, и ты захотела в город. Вот такая вкратце твоя "легенда".

— Тебе бы романы писать! — хмыкнула девушка.

— Я тут еще с помощником конюха в гостинице договорился, он вместо кучера тебя в карете до города довезет.

— В карете? Откуда она взялась?

— Ранней весной, когда дороги были размыты, один барон в поместье ехал. В паре миль отсюда у него карета сломалась. Он дальше верхом поехал, а карету приказал из ямы вытащить и починить. Сказал, что скоро за ней пришлет слугу, но прошло уже два месяца, а никто так и не забрал ее.

— Не хочется в такую жару ехать в этом гробу! — поморщилась девушка.

— А придется. Ты должна выглядеть солидно.

Хиш видела, что он еле сдерживается, чтобы не рассмеяться. Тардес слегка обнял ее за плечи:

— Пошли в дом, пообедаем. Потом надо будет уже собираться.

Они направились в дом. К их приходу Далла успела накрыть стол. Поскольку Карла за обедом тоже не было, обед прошел без молитв в непринужденной обстановке. Хиш наслаждалась дружеской атмосферой этого дома.

После обеда Ален убежал во двор учить щенка командам. В это время домой вернулся домой Карл и, не сказав никому ни слова, скрылся в своей комнате, расположенной рядом с хозяйской спальней. Хиш отдала Далле платье, которое собиралась одеть, и попросила его погладить. Затем пошла в свою комнату и начала гримироваться. Пока она меняла облик, пришла Далла и помогла ей надеть платье и затянуть корсет.

Далла отошла на шаг и критически осмотрела девушку. Затем, быстро оглянувшись, убедилась, что никто не видит, достала из кармана передника запечатанный конверт и отдала его Хиш:

— Это письмо отдашь бургомистру, он тебе предоставит лучшие комнаты. Не забудь, ты должна быть высокомерной и капризной. Почти все люди так представляют эльфов, и поэтому такое поведение не вызовет подозрений.

— Спасибо, Далла, — Хиш поцеловала ее в щеку.

— Иди уж, — довольная хозяйка легонько подтолкнула Хиш к двери. — Только сначала зайди к моему старику.

Хиш прошла в знакомую комнату. Тардес ее уже ждал. Он откинул один из гобеленов, вынул из стены одну из панелей. Из открывшегося тайника он достал несколько увесистых мешочков.

— Надеюсь, тебе хватит этих денег. Если что, обращайся, поможем, чем сможем.

В этот момент дверь распахнулась, и в комнату ворвался Карл.

— Как ты можешь отдавать этой проходимке все деньги! А о матери ты подумал?! А обо мне?! Какое наследство ты мне оставишь, если будешь раздавать кому попало деньги?!

— Мать знает, — машинально ответил Тардес, затем вскинул голову. — Наследство?! Вот о чем ты думаешь?! Не можешь дождаться, пока нас с матерью похоронишь?!