Остров спасения «Новорусь» - Дмитрий Васильевич Паршаков

class="p1">Утром следующего дня решено было вернуться к Степанычу, а затем, уже на автомобиле, ехать дальше.

День шестой

Чтобы пораньше добраться до завода, мы выехали еще затемно.

Поднявшись с перрона на поверхность, мы сели, в оставленный вчера автомобиль Ильича. Потом заехали в общежитие, чтобы перекусить перед отъездом и попрощаться со Степанычем.

Вскоре мы снова двигались по шоссе. Старший внук Ильича Саша работал лесником. К нему мы и направились.

Свернув на одном из поворотов на лесную дорогу, Ильич перешел на ручное управление. Дорожное покрытие было не хуже, чем на трассе, только чуть поуже.

С правой стороны лес шел ровными рядами сосен. А вот слева лес казался диким, и к тому же был огорожен забором. Очень высоким забором. Таким окружают зоны для заключенных в России. Однако Ильич утверждал, что тюрем нет.

Оказалось, что это заповедник. А забор еще и подключен к электричеству. Но забор был не от браконьеров. А от опасных животных.

В искусственно посаженных лесах можно встретить разве что косулю да зайца. А вот лису, волка, медведя, тигра или рысь, там не увидишь. Они либо в зоопарках, либо в заповедниках.

Диких и опасных зверей, которые не поместились в заповедниках и зоопарках, просто уничтожили.

Я подумал, что если бы в России кто-нибудь без лицензии попался на убийстве медведя, а еще не дай бог тигра, не миновать ему огромного штрафа. А за тигра и посадить могут. Набегут какие-нибудь «зеленые» будут требовать сурового наказания.

По той же причине: опасности для людей, на острове были уничтожены все ядовитые змеи. Их здесь можно увидеть только в террариуме.

Но что меня больше всего поразило, так это предназначение заповедника.

Это было место для охоты на хищников. Если бы защитники природы узнали об этом, то попадали бы в обморок.

Ильич даже предложил мне заехать и поохотится. Был открыт сезон по охоте на рысь. Но я не любитель охоты. Поэтому я отказался, признавшись, что мое хобби это рыбалка.

Глаза Ильича загорелись азартным огнем. Оказалось, что он тоже заядлый рыбак.

Ильич сказал, что по дороге будет озеро, где водится неплохая форель, и предложил порыбачить. Конечно, я согласился. Затем он куда-то позвонил и забронировал домик на озере.

Вскоре мы уже ехали вдоль озера. Озеро было зарыблено искусственно. В этом, помимо форели водились карпы, осетры, щуки.

По берегам озера стояли небольшие домики с причалами и привязанными к ним лодками.

К одному из них мы и подъехали. В доме никого не было. Ильич, по-хозяйски проверил холодильник, открыл бар и, убедившись, что все в наличии, пошел на причал.

Лодки были оснащены моторами, естественно электрическими. В ящиках нашей лодки лежали удочки и спиннинги. Однако, Ильичу не понравился выбор приманок, поэтому он принес свои из машины.

Пред рыбалкой мы плотно поели, ну и выпили чуток.

Озеро было большим. Медленно двигаясь вдоль берега, мы бросали блесны в разные стороны. Однако поклевок не было. Ильич включил эхолот, и мы поплыли от берега, в надежде найти активную рыбу. Наконец эхолот начал попискивать, указывая на наличие рыбы.

Первому повезло мне. На очередном забросе что-то ударило по блесне, спиннинг согнуло в дугу. Ильич говорил, что здесь водится неплохая форель, но не уточнил размер. Оказалось, что неплохая, по меркам Ильича, форель тянет килограмм на десять.

Поздравив меня с почином, Ильич тоже дернул неплохую рыбину, и отпустил ее. Моя форель еще билась на дне лодки.

– Ильич, а что рыбу обязательно нужно отпускать? – поинтересовался я.

– Да нет, хочешь, бери. Только зачем? В холодильнике полно уже приготовленной рыбы.

И я тоже выпустил свою рыбу. Рыбалка превратилась в соревнование. Поклевок было много, но и сходов тоже.

Солнце уже клонилось к закату, когда мы сложили снасти и, помыв лодку, вернулись в домик.

Домик на самом деле был не таким уж и маленьким. На ярусных кроватях смогли бы, расположится восемь человек. Стол и кухня также была рассчитана на такое количество народа.

Эти домики и лодки были общественной собственностью. Специально для обслуживания домиков, здесь работает бригада. Так что дома всегда готовы принять рыбаков или просто отдыхающих.

Ильич достал из холодильника кусок слабосоленой форели и нарезал ее. На столе также оказалась и бутылочка коньяка, лимон и хлеб с маслом. Выпив грамм по сто пятьдесят, и закусив малосольной рыбкой, мы легли спать.

День седьмой

Утром мы заправили свои постели и двинулись дальше. Через часа два Ильич свернул с асфальтовой дороги на, идущую перпендикулярно ей, гравийную. Проехав еще около одного километра, машина уперлась во двор большого бревенчатого дома.

Из дома, навстречу нам вышел молодой человек. Ильич обнял внука. Затем он представил нас друг другу.

Саша пригласил нас внутрь дома. На столе стояла дымящая паром кастрюля. Внук Ильича еще не был женат, поэтому рацион питания не отличался оригинальностью. В кастрюле был сваренный глухарь.

Накормив нас обедом, Саша повел меня и Ильича во двор, чтобы показать свое хозяйство. В его распоряжении было огромное количество техники. Квадроцикл, газонокосилки, мини трактор. Все они стояли в гараже на зарядке. Крыша гаража, как и дом, были покрыты солнечными панелями.

Из домашних животных в хозяйстве был только пес. Да и псом то его назвать было сложно. Маленькая собачка, типа карликового терьера, яростно лаяла на нас, пока мы ходили по двору.

Затем мы отправились в лес. Лес встретил нас прохладой, которую добавлял небольшой ручей. Он был очень прозрачным. Пройдя вдоль ручья несколько десятков метров, мы увидели беседку.

Но, еще не доходя беседки, я приметил в ручье блестящие камушки. И когда Ильич решил устроить перекур в беседке, я, сняв обувь, вошел в ручей и стал поднимать эти камушки.

Камушки оказались золотыми самородками. Как одержимый я принялся набивать ими карманы. Остановил меня смех. Ильич и Саша смеялись, глядя на меня. Что тут было смешного? Я не понимал.

Золото оно и в Африке золото.

Но оказалось, что это даже не Африка. Золота на острове, как уже говорил мне Ильич, действительно было невероятное количество. И их (островитян) отношение к самородкам не отличалось от отношения к обычной гальке.

Отсмеявшись, Ильич поведал мне одну притчу о золоте.

Сказка о проклятом золоте

В давние времена, когда рыцари сражались с драконами, жил царь.

Он жил в обнесенном каменной стеной замке. И была у него дочь. Дочь, как подобает принцессе, была прекрасна.

Все придворные также жили в замке.