Манипулятор - 2 (СИ) - Аянский Егор

— Борис! — крикнул я в открытую дверь.

— Чего? — из-за стены высунулась удивленная физиономия чернявого парня лет двадцати пяти. Хм, я думал он постарше. Любопытные, слегка насмешливые серые глаза оглядывали меня с интересом. Парень на первый взгляд оставлял приятное впечатление.

— Здорово, я от Николая-стражника.

— По делу пришел? — его приветливое выражение лица начало меняться на серьезное.

— Ага, помочь тебе хочу.

— И чем же? Херь вот эту втридорога купишь? — он вышел наружу и беззлобно пнул стоящий на пороге мешок. Ростом примерно как я средней комплекции — ничего особенного. Разве что на лице выражение безграничного оптимизма. И вот оно прямо-таки располагало к себе и вызывало желание пообщаться. Ценное качество.

— Николай о тебе хорошо отзывался, вот я и решил поглядеть, что да как.

— Ну хоть что-то радует в этом мире. Так а чем ты мне помогать собрался? Если для этого нужны деньги, то я пас. Нет у меня их, все вот в этой херне хранится, — он указал на стопку мешков, сложенных крест на крест.

— Деньги мне твои не нужны, а вот связи и авторитет пригодятся.

— Авторитет на то и авторитет, чтобы им не разбрасываться где попало. Ты, вроде, парень неплохой, но я тебя не знаю.

— Я продам все твои удобрения.

— Чего-о? — он уставился на меня как на больного, — Да я их оптом купил дороже, чем их теперь в розницу продают!

— А чего тогда сидишь тут? Скинул бы по дешевке — хоть какие-то деньги бы вернул, а там бы потихоньку отбивать начал.

— По дешевке не могу — должен до хера. А сижу, потому что иногда дурак найдется, который купит. Да и когда-нибудь цена в нормальное состояние вернется. Надеюсь…

— Ага, значит людей дуришь?

— Ни хера. Они сами себя дурят, кому лень в вопрос вникнуть, да предметно поискать. Так что сами и виноваты. Я же не совсем идиот, чтобы рассказывать, что у меня товар самый дорогой.

Опа! Наш человек, мыслит правильно.

— То есть если человек дурак, то его можно обмануть? — продолжал я прощупывать его.

— Вот не нравятся мне эти формулировки твои. Чую ты меня к чему-то подводишь, от чего запашок херовый идет. Я в темные дела не полезу.

— А в серые?

— Что еще за серые дела? — удивился он.

— Ну это значит, что они не преступные, а обманутый дурак так и не поймет, что он дурак.

— Э-э-э… Я ни хера не понял, но звучит неплохо.

— Могу показать на примере. Есть кадило какое-нибудь?

— Не, я же не поп, — ответил он, — А тебе для чего?

— Увидишь. Но нужно реквизит подыскать для разбрызгивания, чтобы таинственно выглядел.

— А чего ты прямо не сказал? У меня этих брызгалок, как блох у собаки! Я же с удобрениями работаю. Идем.

Мы зашли внутрь склада. Мать честная! Да ту продавать и продавать! Снизу до потолка все было забито мешками. Из них вполне себе можно было построить дом и еще бы на гараж для лошади осталось.

— Вот тут посмотри. — он пнул ногой ящик.

Ящик меня удивил чуть меньше. Однако, едва я увидел все это многообразие средств для полива, так сразу и понял, что абсолютный дуб в этом. Ну его нафиг. Не шарю я в лейках.

— Боря, дружище. А может ты сам выберешь какую-нибудь хрень, чтобы она местным незнакомой была. Чтобы не сразу было понятно, что это.

— Та-а-к, погоди-ка. — он ушел в другой край склада и начал ковыряться еще в одном ящике, — Во! Нашел! На день рождения подарили, таких в Вестландии точно нет!

Он протянул мне странную штуку с перьями, одетую на какой-то здоровый орех. Я вообще не понял, как ей пользоваться, но выглядела она словно талисман вуду, что очень даже внушала. Борис сообразив, что я в замешательстве, сжалился надо мной.

— Это херня из пальмового плода сделана, мне ее с юга привезли, — он сделал движение рукой и шапка из перьев отсоединилась от конструкции, — Мочевину с водой мешаешь, сюда льешь и брызгай сколько влезет.

— Ну мочевину мы сюда лить не будем, это будет слишком обидно, а водичку, заряженную на удачу в торговле зальем.

— Какую еще водичку? — он уставился на меня, как на прокаженного.

— Вот эту! — я торжественно вынул из-за пазухи бутылку. — Сейчас тебе снаружи склад обработаем, и дураков приманим. Ты не сильно обидишься, если я твоих соседей немного на деньги разведу?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Не обижусь, только они не дураки, и ни хера не поведутся на эту чушь.

— А ты мне подыграй. У хорошего развода обычно несколько этапов. Сегодня не поведутся, значит завтра будут упрашивать, чтобы я им торговое место обработал.

— И чего сделать надо? — на его лице появился азарт, ну точно наш человек.

— Короче. Ввожу в полный курс дела, — решился я, — То что я собираюсь сделать с твоими соседями — это мелочь для разогрева. Так сказать наука для тебя, чтобы ты понял, как можно на идиотах деньги делать. Главная цель — скинуть твои удобрения. Мы их продадим в десять раз дороже, чем они стоят. Если ты не веришь, можем договорится по другому — я тебе прямо сейчас напишу расписку, что обязуюсь их у тебя выкупить до конца месяца, и сразу заберу пару телег. Но в этом случае, вся прибыль от перепродажи моя, а ты получишь только то, что тебе причитается. Идет?

— Ни хера! Рассказывай давай полностью все. — Боря завелся не по-детски.

— Тогда слушай, как мы поступим.

Я поведал ему о своих планах, и конечно же получил кучу сомнений. Это было неудивительно. Когда люди узнают, как кого-то обманули, то обычно бьют себя кулаком в грудь, что уж они точно бы не попались. Но когда они попадаются сами, то как правило предпочитают молчать в тряпочку и быстрее об этом забыть. Никто не любит рассказывать, как его развели, особенно посторонним.

В итоге, Борька согласился рискнуть и пообещал, что уже завтра выбьет павильон у сестры, если я смогу подтвердить свои навыки и развести торгашей на обработку их торговых мест чудодейственным зельем.

— Ну тогда идем, посмотришь как работают профи. Запомнил, что говорить?

— Конечно!

Мы выбрались на улицу. Я встал на самое видное место и начал ритуал наполнения бутылки, предварительно накинув капюшон на голову и бормоча себе под нос абракадабру. Торговцы и редкие покупатели на меня особого внимания не обращали, кто-то косился иногда, но в целом пока всем было на меня пофиг. Ничего, сейчас вы живо заинтересуетесь! Занял исходную позицию и начал изображать шаманский танец, яростно опрыскивая стены склада Бориса вуду-лейкой.

— О! Я тебя сейчас музло включу, — воспрял из небытия Локи, — Секунду, ритм поймаю.

В ушах заиграла финская полька, и я подхватил ее своим новым гипнотическим баритоном:

— Як цуп цоп парви каридола тык паривила тиц тандула…

Я старательно дергал плечами, подпрыгивал и мотал головой. Борис еле сдерживался, чтобы не заржать, но пока ему удавалось сохранять таинственное лицо. Постепенно его соседи-торговцы стали образовывать вокруг меня полукруг и вопросительно посматривать на своего коллегу.

— Слышь, Баклажан, чего этот полудурок такое делает?

— Удачу мне приманивает, — важно ответил Борис, — Золотой отрабатывает.

— Боря, Боря. Вот вроде я тебя всегда умным парнем считал…

— Ну ты и лопух, где ты его откопал?

— Баклажан уже совсем отчаялся свои удобрения продать, вот и страдает дурью. Удача — птица капризная, даже королевские маги поймать не могут. Пойдем отсюда.

— Смейтесь-смейтесь! — гордо отвечал мой будущий компаньон, — Только помните, что если в одном месте удача прибавится, то в другом — убавится. Законы природы незыблемы!

— Погодь, Баклажан, — один из его ближних соседей сделал задумчивое лицо, — Это чего же, выходит моя удача к тебе перейдет?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Ну не только твоя, я у вас всех помаленьку возьму, вы и не заметите даже. — Борис внешне был невозмутим и свято уверен в результате.

— Парамон! Ты че дуру гонишь?! Тоже в дурачки решил записаться?

— Да я просто спросил, чего вы сразу! — делано храбрясь отвечал сосед, однако тень сомнения не покидала его лицо.