Мальтийская головоломка - Наталья Александрова

Колечко было скромное, с маленьким аметистом. Она сама покупала его до замужества… А Илья на свадьбу подарил серьги с бриллиантами и кольцо. Больше у Полины ничего не было, она не слишком любила разные побрякушки.

– Ладно, держи.

– Только бензином сама заправишь! – выторговал Леша, протягивая ей ключи от машины.

Секретарша Волованова Карина пришла на работу в обычное время. Она придирчиво осмотрела себя в зеркале, слегка подправила макияж и приступила к главному утреннему ритуалу – заварке кофе.

Кофе следовало заварить к четверти десятого – именно в это время обычно появлялся в офисе Александр Николаевич Волованов. Точнее, Сусик, как называла его Карина в часы (или минуты) интимной близости.

Правда, в последнее время такие минуты становились все более редкими. И вообще, Карина была Воловановым недовольна: он все уклонялся от разговора о разводе. А вчера вообще сбежал, не захотел поехать к ней, в их любовное гнездышко.

Нет, если дело и дальше так пойдет, он может вообще сорваться с крючка. А Карина очень рассчитывала при помощи Волованова поправить свое семейное и материальное положение. В конце концов, зря, что ли, она терпит его ужасные привычки, слушает его храп и выполняет многочисленные прихоти?

Кофе был уже готов, а Волованов все не появлялся.

– Холодный будешь пить! – мстительно прошептала секретарша, покосившись на дверь и зло позвенев браслетами.

Однако когда Александр Николаевич не появился и к десяти часам, Карина начала волноваться. Она теребила золотую цепочку – не ту, что порвала вчера мерзкая жена Моргунова, а другую, тройного плетения, напоминающую золотую веревочку. Затем, оставив в покое цепочку, принялась крутить на пальцах кольца – все пять. Некоторые сотрудницы дамского пола пытались намекнуть Карине, что такое количество колец является лишним и браслет хорошо бы носить только один, а уже если цепочка, то можно и без браслета обойтись, но она в ответ лишь пренебрежительно фыркала – что бы они понимали, старые кошелки! Карина безумно любила золотые украшения. Любила и бриллианты, но их ей пока еще никто не дарил. Однако Карина не теряла надежды, что бог пошлет ей богатого и щедрого мужа, который обеспечит ей тот уровень жизни, которого она заслуживает.

Однако, как гласит народная пословица: на бога надейся, а сам не плошай! Карина была полностью согласна с сим постулатом и давно и целеустремленно окучивала заместителя директора фирмы, в которой работала, – Волованова. Не то чтобы она считала его самым подходящим кандидатом в супруги… Просто с самим директором выходил пустой номер – он был женат на молодой и привлекательной женщине, и Карина здраво рассудила, что просто та своего муженька не отдаст.

После гибели Ильи Андреевича Волованов дал понять всем сотрудникам, что хозяин в фирме теперь он, и Карина сильно приободрилась. Она решила окружить Волованова тройной заботой и всевозможными ласками, чтобы он понял: с ней будет счастлив, как ни с какой другой женщиной.

Сегодня, однако, время шло, а объект ее желаний все не появлялся.

Как известно, люди делятся на две основные категории: на тех, кто работает, и тех, кто соблюдает трудовую дисциплину. Есть, конечно, и такие, кто не делает ни первого, ни второго, но они в уважающих себя фирмах надолго не задерживаются.

Так вот, господин Волованов относился ко второй категории. Работать он не любил и не умел, зато являлся на свое рабочее место строго по расписанию.

Когда он не пришел и к половине одиннадцатого, Карина решилась позвонить ему по мобильному. Набрала номер шефа, но равнодушный голос автоответчика сообщил ей, что абонент временно недоступен.

Это было совсем непонятно, и Карина уже не находила себе места.

Пока секретарша так мучилась в своей приемной, двери офиса открылись, и в холл вошли двое молодых людей с непроницаемыми лицами. Внешне они были похожи как братья, различаясь только цветом волос: один – блондин, второй – брюнет.

– Фирма «Контекст»? – осведомился блондин.

– Да, – кивнул рыжий дежурный. – А вы к кому?

– Волованов Александр Николаевич у вас работал? – вместо ответа спросил брюнет.

Карина, которая выглянула в холл из дверей приемной, почувствовала неладное.

– Что значит – работал? – спросила она неестественно высоким голосом. – Он у нас и сейчас работает.

– То есть он сейчас здесь? – уточнил блондин.

– Нет пока, – призналась Карина. – Он задерживается, но скоро должен подъехать…

– Это вряд ли, – разочаровал ее брюнет.

После чего он пересек холл, подошел к Карине и показал ей фотографию. На фотографии был очень мертвый человек, чем-то действительно немного похожий на ее Сусика. То есть на Александра Николаевича Волованова.

– Эй, вы куда? – запоздало спохватился дежурный. – Вы почему без пропуска?

– Почему же без пропуска, – отозвался брюнет и продемонстрировал бдительному дежурному красную книжечку.

Дежурный мгновенно сник.

– Вы узнаете этого человека? – осведомился брюнет, дав Карине возможность как следует разглядеть фотографию.

– Нет… да… кажется, это Александр Николаевич… – испуганно проговорила Карина. – Боже мой! Что с ним? Он умер?

Она побледнела и схватилась за сердце, так что цепочки на ее груди мелодично зазвенели.

Блондин и брюнет со значением переглянулись.

В противоположном конце холла негромко хлопнула дверь бухгалтерии, и появилась Галина Евгеньевна Сусалина. Мгновенно оценив ситуацию, она застыла в дверях, прислушиваясь к разговору. Блондин как раз повернулся к секретарше:

– Скажите, э…

– Меня зовут Карина, – подсказала та.

– Скажите, Карина, у господина Волованова были враги?

Галина Евгеньевна громко кашлянула, желая привлечь внимание Карины и как-нибудь предупредить секретаршу, чтобы та не болтала лишнего. В длинной трудовой биографии Галины Евгеньевны бывало всякое, и она твердо знала: по какому бы поводу ни появилась в фирме милиция, визит ее обязательно закончится проверкой хозяйственно-финансовой деятельности.

Несколько лет назад Сусалина работала бухгалтером в крупном строительном магазине. Как-то в конце дня в торговый зал вломились три залетных бандита. Они припугнули персонал, разбили физиономию одному слишком ретивому продавцу и забрали всю дневную выручку.

Хозяина, как назло, не было на месте, и, когда бандиты удалились, побитый продавец вызвал милицию. Представители органов приехали примерно через час, но вместо того, чтобы заняться расследованием бандитского налета, потребовали кассовые книги и финансовую документацию. Когда наконец появился хозяин, ему пришлось потратить гораздо больше денег, чем унесли бандиты, чтобы погасить скандал. Слишком ретивого продавца, разумеется, тут же уволили.

Вот и теперь Галина Евгеньевна опасалась, как бы Карина от расстройства не наговорила лишнего.

– Вы меня слышали, Карина? – повторил настырный блондин. – Может быть, господину Волованову кто-то угрожал?

И тут Карина не выдержала.

– Да, ему только вчера угрожала вдова нашего прежнего директора! – выпалила она.

Галина Евгеньевна Сусалина закашляла так громко, как будто у нее внезапно началось двустороннее воспаление легких. Или, на худой конец, бронхит. Но никому из присутствующих не было до нее дела.

– Ну-ка, расскажите поподробнее! – оживился блондин. – Это происходило на ваших глазах?

– Да, я видела все своими глазами! – подтвердила Карина. – И не собираюсь покрывать мерзавку!

Дело в том, что Карина страстно ненавидела Полину Моргунову, хотя для ненависти не имелось реальных, объективных причин. Строго говоря, Карина была незнакома с Моргуновой. Она и видела-то ее всего два раза, и то издали. В основе же ее ненависти лежали представления Карины о справедливости. Понимала же она оную так: справедливо, чтобы у нее, Карины, было много денег, много красивых и дорогих вещей и как приложение к ним – богатый и влиятельный муж, и совершенно несправедливо, если все вышеперечисленное есть у кого-то другого. В частности у Полины.

Не обращая внимания на зашедшуюся кашлем Галину Евгеньевну, Карина проговорила:

– Не собираюсь ее покрывать! Она приехала в офис, силой вломилась в кабинет Александра Николаевича и стала вымогать у него деньги!

– Деньги? – воскликнули в один голос блондин и брюнет и заинтересованно переглянулись.

– О каких деньгах идет речь? – спросил блондин мягким, вкрадчивым голосом. Причем вид у него сделался такой безразличный, какой бывает у сытого холеного кота, который, поймав мышь, внезапно отпускает ее и, кажется, совершенно утрачивает к ней интерес. Хитрый кот сонно зажмуривает глаза, втягивает когти и, кажется, готов спокойно задремать. Но стоит только наивной мышке броситься наутек – как он тут же молниеносно выбрасывает когтистую лапу и прижимает несчастную беглянку к полу.