Он сказал «нет» - Патриция Уоддел

И тотчас же явилась другая мысль: «А может, мне следовало отказаться от приглашения сэра Хардвика? Ведь для того чтобы купить лошадь, не надо вести переговоры за ужином...»

Но Грэнби чувствовал, что ему хочется снова увидеть Кэтрин, и он ничего не мог с собой поделать. Было очевидно – его влекло к Кэтрин Хардвик. Влекло не только потому, что она была красавица, но и потому, что Кэтрин совершенно не походила на лондонских молодых леди.

И все же граф не хотел разрушать жизнь этой девушки. Ведь он, конечно же, не имел серьезных намерений... Следовательно, не имел права ухаживать за ней. Да, он не должен был добиваться Кэтрин Хардвик. Он мог улыбаться ей, мог с ней любезничать, мог даже сорвать еще один поцелуй, но не более того.

Граф принял это решение, уже подъезжая к поместью Стоунбридж, и теперь ему следовало подумать о том, как уговорить сэра Хардвика продать Урагана.

Глава 5

Лорд Грэнби передал перчатки и шляпу пожилому дворецкому, открывшему дверь, и его тотчас провели в гостиную. Дом сэра Хардвика графу сразу же понравился. Понравилась величественная лестница с широкими перилами и добротная мебель из красного дерева, купленная не ради престижа, а ради удобства. А лежавшие повсюду яркие ковры создавали атмосферу уюта.

Едва лишь граф переступил порог гостиной, как часы с циферблатом в форме капли пробили семь. И тотчас же в комнату вошел сэр Хардвик.

– О, лорд Грэнби, вы пришли секунда в секунду, – проговорил он с улыбкой. – Давайте чего-нибудь выпьем, пока дамы не спустились. Думал, старина Гэбс проводит вас в библиотеку, но вижу, что Фелисити ему помешала. Увы, наш дворецкий не знает, как принять такого гостя, как вы. Но не обижайтесь, сэр. Гэбс – прекрасный человек. Итак, милорд, вам бренди, портвейн или виски?

– Мне по душе виски.

– А мне – люди, которые так считают.

Хозяин послал за виски, потом указал гостю на одно из кресел, а сам устроился на зеленом диване с мягкими подушками.

– Итак, вы хотите улучшить породу ваших лошадей? Выгодное вложение денег и удовольствие немалое. Я всегда предпочитал общество этих животных человеческому, – начал разговор сэр Хардвик.

Грэнби улыбнулся и кивнул в ответ. Гэбс, с трудом передвигаясь на негнущихся ногах, принес виски. Налив себе, граф откинулся на спинку кресла и, продолжив беседу, рассказал о лошади, которую видел на скачках в Челтнеме. Потом заговорили о качествах, необходимых для хороших скакунов.

Минут через пять дверь открылась, и в комнату вошли дамы.

Грэнби, тут же умолк и поднялся на ноги. Одного взгляда на Кэтрин Хардвик оказалось достаточно, чтобы граф забыл о своих благих намерениях. Кэтрин была прекрасна в платье темно-изумрудного цвета – оно подчеркивало блеск ее глаз и насыщенный оттенок золотисто-каштановых волос. Покрой платья был довольно скромным, но никакая одежда не могла скрыть совершенных линий ее фигуры.

Она повернулась к нему с вежливой улыбкой, но Грэнби заметил в ее глазах что-то еще... Может, смущение? Нет, решимость. Кэтрин собиралась вести себя так, как будто между ними ничего не произошло.

Тут леди Форбс-Хаммонд расплылась в ослепительной улыбке, и Грэнби понял, что его опасения были не напрасны. Эта дама явно намеревалась заняться сватовством.

И все же граф заставил себя улыбнуться в ответ и проговорил:

– Рад видеть вас, леди Форбс-Хаммонд. – Он склонился над ее рукой, обтянутой перчаткой. – Да-да, поверьте, я всегда очень рад видеть вас.

Затем Грэнби поздоровался с мисс Хардвик. Заметив в ее глазах вспышку гнева, он мысленно усмехнулся. Итак, Кэтрин проявляет упрямство? Что ж, вечер только начинается, и он, Грэнби, еще успеет позаботиться о том, чтобы молодой леди было о чем помечтать ночью.

Разумеется, ему не следовало так себя вести, но он никогда не отворачивался от брошенного ему вызова. А поведение Кэтрин было вызывающим.

– Вы встретились с моей племянницей на дороге сегодня утром, не так ли? – спросила леди Фелисити, усаживаясь вместе с Кэтрин на софу.

– Совершенно верно. Но я не знал, что она ваша родственница, – ответил Грэнби.

– Видите ли, мы не кровные родственники. Просто я была близкой подругой покойной жены сэра Хардвика и поэтому считаюсь членом их семьи.

– Всем на благо, конечно же. – Граф вежливо улыбнулся.

– К сожалению, бывают моменты, когда Кэтрин думает иначе, – ответила леди Фелисити со свойственной ей прямотой. – Сейчас она отчаянно сопротивляется нашей совместной поездке в Лондон. Ей больше нравится в провинции.

– Как и мне, – заметил Грэнби. Он был очень рад тому, что Кэтрин Хардвик еще не познакомилась с его лондонскими приятелями. – Как только договорюсь с сэром Хардвиком о продаже мне жеребца, которого он очень ценит, так сразу же направлюсь в Рединг, где у меня родовое поместье.

– Ураган не продается, – неожиданно заявила Кэтрин. Она заговорила впервые с тех пор, как вошла в комнату. Даже когда лорд Грэнби склонился над ее рукой, она не произнесла ни слова.

– Почему бы нам не выслушать графа? – с улыбкой сказал сэр Хардвик. – Ведь у каждой лошади есть своя цена и...

– Только не у Урагана, – перебила Кэтрин. – Папа, ты же знаешь, как я к нему отношусь.

Лорд Хардвик пожал плечами и, пристально глядя на дочь, проговорил:

– Дорогая, мне очень не понравилось, что ты взяла его для прогулки.

Грэнби заметил, что Хардвик произнес эти слова с ласковой улыбкой. Итак, было совершенно очевидно: мисс Кэтрин – девушка очень избалованная, и ей ни в чем не отказывают.

Тут леди Фелисити вдруг нахмурилась и проворчала:

– Ты что же, сегодня утром опять ездила верхом на этом... огромном чудовище? Неужели ты не понимаешь, что рискуешь жизнью?!

– Ураган не чудовище.

– Все равно тебе не следует брать этого коня. – Леди Фелисити выразительно посмотрела на сэра Хардвика, как бы давая понять, что тот должен наставить дочь на путь истинный.

Хардвик снова пожал плечами. Граф же мысленно согласился с пожилой дамой.

– Я прекрасно езжу верхом, – сказала Кэтрин. – Так что не надо за меня беспокоиться.

В этот момент дверь отворилась, и в комнату вошел Гэбс. Дворецкий объявил, что ужин подан. Грэнби встал и подал руку Фелисити, при этом он покосился на Кэтрин, но она казалась совершенно спокойной. Все прошли в столовую, и граф, как почетный гость, сел по правую руку от хозяина. Прямо напротив него расположилась леди Форбс-Хаммонд, а слева от нее – Кэтрин. Сэр Хардвик тотчас же заговорил о последних заседаниях парламента и о либеральных настроениях, появившихся в стране.

– Все эти либеральные идеи – сплошные глупости, если хотите знать мое мнение. – Сэр Хардвик смотрел на гостя, и казалось, не обращал внимания на дам. – Надеюсь, вы не из числа либерально настроенных дворян. Видимо, – следовало спросить вас об этом до того, как я высказал свое мнение.