Блондинка из Пекина - Джеймс Чейз

– Понятно, приятель, – Гирланд притворно вздрогнул. – Ни за какие сокровища на свете я не хотел бы вводить вас в такой соблазн. А как вы собираетесь поступить с этой хорошенькой медсестрой?

Малих взглянул на девушку и равнодушно пожал плечами.

– Я высажу ее вместе с вами. В качестве дополнительной информации могу сообщить, что рядом с тем местом, где мы высадим вас, нас будет ждать другая машина. Не советовал бы вам терять время на преследование.

– С какой стати! Моя работа закончена. Я пришел, увидел и… был побежден. К счастью, я уже успел получить задаток, а все остальное – забота Дорна.

Малих глубоко вздохнул. Цинизм Гирланда и его легкомыслие смущали его. Сам он серьезно относился к поручаемым ему заданиям и был готов не задумываясь пожертвовать жизнью ради интересов своего государства.

Была половина двенадцатого. Из прекрасного проигрывателя лились последние аккорды второй симфонии Моцарта, когда звонок в дверь заставил Вольфганга Вольверта подняться с кресла.

Этот пожилой низкорослый человек с румяным лицом жил на последнем этаже роскошного особняка на улице Зингар, откуда открывался прекрасный вид на Париж. Он в свое время купил эту трехкомнатную квартиру за деньги, оставленные его отцом, ловким коммерсантом, занимавшимся продажей китайцам американских товаров. Вольверт-старший хотел, чтобы и сын занялся его делом, но Вольверт-младший после бесконечных занятий на разных факультетах стал специалистом с мировым именем в области китайских нефритовых изделий.

После смерти отца Вольфганг очень разумно поместил свой капитал. Он вообще разумно вел свои дела, посещая аукционы, публикуя различные статьи о китайском нефрите, а при случае сотрудничая с Дорном, который, несмотря на всю антипатию к Вольверту, ценил его специальные знания.

Вольфганг Вольверт был зачислен в штат ЦРУ в качестве эксперта по китайским вопросам и после тщательной проверки был допущен к работе. К сожалению, сотрудники ЦРУ, проверявшие кандидата, были настолько ослеплены его знаниями и культурой, что не удосужились копнуть поглубже. В противном случае его бы и на пушечный выстрел не подпустили бы к разведке.

Вольфганг Вольверт испытывал непреодолимую страсть к восточным женщинам, а его сексуальные вкусы привели бы в ужас любого европейца.

Услышав звонок, Вольверт, недовольно ворча, отложил том Фишера и, пройдя через роскошно обставленный салон, открыл входную дверь.

Изящная фигура, закутанная в белый плащ, вызвала у него приятное удивление.

– Жемчужина!.. Моя маленькая! – проговорил он с восхищением. – Что вы здесь делаете? Ведь вы промокли до нитки! Заходите же скорее…

Жемчужина – а это действительно была она – ответила Вольверту очаровательной улыбкой и вошла в квартиру.

Взволнованный красотой своей посетительницы, Вольфганг провел молодую женщину в гостиную и включил проигрыватель.

Впервые он встретил Жемчужину несколько месяцев назад в одном из китайских ресторанов, где он был завсегдатаем. Он позволил себе смелость сесть радом с ней, и они закончили обед вместе. При выходе из ресторана она вдруг сделала ему неожиданное предложение:

– Люди вашего типа так редки, – сказала она. – Мне бы хотелось оказаться в ваших объятиях. Может быть, вы пойдете вместе со мной?

Вольверт, весьма ошеломленный такой удачей, но достаточно самоуверенный, чтобы считать это вполне естественным, тотчас согласился и отправился вместе с ней в маленький отель на улице Кастельяно.

Вьетнамка попросила у портье ключ, бросив ему при этом многозначительный взгляд. Это не ускользнуло от внимания Вольверта, но он был слишком взволнован, чтобы придать таким вещам какое-то значение. «Возможно, это будет самым приятным приключением моей жизни», – думал он, поднимаясь вслед за девушкой по лестнице. Час спустя, покидая отель, Вольверт все еще находился под влиянием чар Жемчужины. «Западные женщины ничего не понимают в искусстве любви, – уже окончательно решил он. – Только восточные женщины способны добиться полного слияния двух существ».

После этого он еще раза три встречался с Жемчужиной, и она водила его в тот же отель, но ее искусство никогда не обновлялось. Эта монотонность заставила Вольверта пойти на разрыв с ней. Бешеный темперамент одной хозяйки ресторана в Орли некоторое время занимал его. Потом он познакомился с индийской студенткой, чрезвычайно серьезной девушкой, изучавшей в Сорбонне французский язык. У нее не было опыта ее предшественниц, но это с лихвой возмещалось молодостью и темпераментом. Затем у него появилась голландка, хотя ее замашки он не мог вспоминать без брезгливости. Ему, неспособному причинить боль женщине, был непонятен ее мазохизм. Очень быстро расставшись с ней, Вольверт на некоторое время приутих.

– Я так долго не имел счастья видеть вас, – сказал он Жемчужине, слишком уверенный в своих мужских достоинствах, чтобы насторожиться столь странному визиту. – Но как вы узнали мой адрес?

Жемчужина сняла свой промокший плащ и грациозно присела на ручку кресла. Вольверт с восхищением рассматривал обольстительное видение.

– Я хочу знать, где находится Эрика Ольсен, – сказала Жемчужина, игнорируя вопрос хозяина квартиры.

Вольверт раскрыл рот от удивления.

– Что вы сказали? – переспросил он. – Я что-то не понял.

– Где находится Эрика Ольсен, шведка, потерявшая память? Дорн только что забрал ее из американского госпиталя. А поскольку вы работаете на него, вам, возможно, известны детали операции. Моим друзьям очень надо это знать.

Вольверт сразу же пришел в себя. Он протянул руку в сторону дверей и сказал:

– Вон! Я ни секунды не собираюсь терпеть вас здесь. Убирайтесь немедленно, либо я вызову полицию!

Он заикался от охватившей его ярости.

Мгновение Жемчужина изучала его холодным взглядом, потом открыла сумочку и вынула пять фотографий, отпечатанных на глянцевой бумаге.

– Посмотрите на эти снимки, – с невозмутимым видом сказала она. – Хотите вы, чтобы их получили ваши друзья? Парочку я могу послать Дорну. То-то удивится старичок! Хорошенько посмотрите и подумайте.

Вольверт почувствовал себя уничтоженным. Он вырвал фото из рук Жемчужины и буквально обомлел. Никогда еще он не казался себе таким омерзительным. Его нагота была отталкивающей. Фотограф искусно скрыл лицо девушки, но Вольверт легко узнал тело Жемчужины.

– Где находится Эрика Ольсен?

– Я этого не знаю. Мне было известно, что она находилась в госпитале, но о том, что ее собираются увезти оттуда, я ничего не знал.

– В таком случае вам придется ее разыскать.

– Но как я могу это сделать? Ведь Дорн мне не скажет. Бесполезно даже спрашивать его об этом. Поймите же!

– Но вы все равно поможете мне найти ее. – Она вынула из сумочки маленькую плоскую коробочку. – Вот миниатюрный микрофон на присосках. Ваша задача очень проста. Зайдите к Дорну и прикрепите этот микрофон у него под столом. Остальное уже наше дело. Если завтра к десяти часам микрофон не будет в нужном месте, фотографии будут разосланы по известным вам адресам. У меня они имеются в достаточном количестве. А эти вы можете оставить у себя, как память о моем посещении.

Она встала, накинула на плечи плащ и, улыбаясь, вышла из комнаты. Вольверт, не двигаясь, следил за тем, как она уходит. Коробочка с микрофоном осталась на столе.

Приблизившись к пересечению с автострадой, ведущей в Виль Д'Аврей, Смерк затормозил.

– Высадим их здесь, – сказал он.

Машина остановилась. Проливной дождь барабанил по крыше автомобиля. Малих вытащил пистолет и направил его сначала на Джаннет, потом на Гирланда.

– Выходите, – приказал он. – И без глупостей.

– Вы хорошо подумали? – быстро спросил Гирланд. – Вы полностью отвергаете мое предложение? Для вас это было бы прекрасное помещение денег.

– Убирайся! – прикрикнул на него Малих со злобой в голосе.

Джаннет уже выбралась из машины под дождь, в мгновение ока промочивший ее белую блузку. Гирланд пожал плечами и тоже выбрался из машины, хлопнув дверцей.

– Не прикасайтесь ко мне, вы мне отвратительны! – крикнула Джаннет, видя, что Гирланд протягивает ей руку. – Вы не мужчина…

– Однако моя мать нисколько в этом не сомневалась, – ответил Гирланд легкомысленным тоном. – Иначе она вряд ли назвала бы меня Марком… Но этот дождь просто ужасен, а нам нужно преодолеть приличное расстояние, чтобы вернуться в город.

– Вернуться в город? И вы не попытаетесь задержать этих людей? На ваших глазах похитили женщину, а вы собираетесь вернуться в город!

– Мой Бог, если у вас есть план действий, то не медлите, поскорее выкладывайте его. А то этот проклятый дождь уже льет мне за шиворот!

– Надо остановить какую-нибудь подходящую машину и попытаться догнать их.

– Надо же! Какая гениальная идея!