Наши все дома! - Макс Петров

— Дайте топор — надо этого прибить, пока он занят.

— Опять все сам?

— Ну давай ты попробуешь. Он так увлекся, что можно как дрова.

— Да я и дрова не умею. Дай пистолет лучше.

— Ну жалко на него патрон тратить.

— Тогда руби.

— А ты бери ружье, если он подниматься начнет — стреляй в голову. Только встань так, чтобы ни во что не попасть: там картечь, она широко разлетается.

Иринка вылезла из машины, взяла ружье, осторожно подошла к мертвякам сбоку. Зомби так и не повернулся — жрал самозабвенно, как знаменитый кадавр.[25] Разорванное картечью брюхо его ничуть не смущало. Кадавр — он и есть кадавр. И упырь заодно. Или вурдалак? Да какая разница, «топор башка упал» — и покойтесь, уроды, в мире… Обтер топор о джинсы «дважды покойника» и надел на железку штатный пластмассовый чехол.

Во избежание царапин и прочих смертельных травм… Кстати, раз уж мы тут на сказочных вурдалаков охотимся — может, против них и сказочные средства работают? Что там, серебро, святая вода и осиновый кол? Или это на вампиров, которых просто так не убить? Эти — ничего, убиваются и без волшебных предметов. А все же попробовать их святой водой, а? Бред, конечно, ну а сами беспокойники эти — не бред? Где-то возле метро часовенка вроде была — зайти, может? А отсюда — пора, и так задержались слишком. Не стоит надеяться на благодарность мирного населения. Гм, а мы тогда кто? Военное население? Партизаны, ага. Ватника не хватает и ППШ[26] через плечо. Но где ж взять ППШ… Кстати, а ватник — неплохая защита от зомби: хрен прокусят. Подвижность, правда, так себе, и в машине не повернешься. Да и вообще шевелиться не хочется. Устал. Выжало меня этим… боем? Ну да, считай, боем. Хоть и бой-то был — никто в мою сторону даже ствола не навел, и противник так себе — гопота обычная, где-то добывшая пистолет и решившая, что теперь все можно… А все равно напряжение держит, не отпускает. Так что — домой, хватит на сегодня. Тем более что еще двор и подъезд проходить.

— Домой?

— А куда? Можно бы по магазинам, так закрыто везде. Эта заправка на отшибе, сюда пешком никто не ходит, вот и мертвяков не приманили. А где люди на улицах бывают — там уже так просто не пройти.

Зомби на улицах действительно прибавилось — топали дружными колоннами. Впрочем, не колоннами и не дружными — просто топали или стояли. Каждый сам по себе, но густо. Так еще пару дней — и не проедешь, только сбивать.

— Давай все же попробуем. Тут оружейные есть?

— А фиг его знает. Маш, сможешь отсюда в Инет вылезти?

— ХЗ как мобильник работает. Сейчас попробую.

Мобильник не работал, зато Wi-Fi зацепился за чью-то незакрытую сеть. Уровень сигнала низкий, но нам хоть как-нибудь — один запрос отработать на поиске. Ага, на Алексеевской есть, это недалеко. Едва не расталкивая бампером стоячих мертвецов, покатили. Машина их по-прежнему не привлекала: не чуют добычи — и не двигаются. Это хорошо. А некоторые — куда-то идут. Куда ж их тянет? Но вряд ли там что-то для нас хорошее, так что пусть идут одни, а нам в другое место.

На проспекте обнаружилось довольно плотное движение, но все — в сторону области. Перед Крестовским мостом виднелось два приземистых параллелепипеда БТРа с копошащимися возле них маленькими фигурками солдат — километр почти до них. Впрочем, для КПВТ не дистанция, но зачем бы им в нас стрелять? Они мост перекрыли — отсюда в центр не пускают. То ли власть берегут, то ли живым там уже не место… Мимо них во всю ширину моста катил поток из центра, но нам как раз туда и не надо — нам направо, а потом дворами к дому.

Возле оружейного стояло несколько машин, в основном средней руки джипы — старый «паджерик», «витара», две «шеви-нивы», причем обе «заряженные», один черный с золотой решеткой «чирок» — привет из 90-х, заточенная под мини-кемпер «делика» на зубастой грязевой резине… Охотники гламура не любят, но комфорту не чужды. Ну и наш боевой пепелац пристроился рядом. Конечно, такую вот «делику» нам бы куда лучше сейчас иметь.

У нее и проходимость вполне приличная, и внутри устроиться можно уютно. И я ведь даже хотел такую бэушную купить… Но раз машины стоят — значит, магазин работает. Продадут ли патроны без лицензии? Не положено, но на гладкоствол часто сквозь пальцы смотрят… Может, уговорю. Ну и набор для чистки купить с полагающейся химией — на это лицензии точно не надо, а мне нужен: заржавеет же ружье, если не чистить вовремя… Кроме машин вход отмечало несколько «дважды мертвых» — тут есть кому их отстреливать. Собрались — то есть ружье под сиденье, пистолет за ремень, топоры в руки — и пошли. На входе охранник поглядел на нас, жестом показал в угол. Там уже стояли чьи-то двустволка и Мцэшка.[27] Ну и мы рядом свои топоры поставили — действительно, не гулять же с ними по залу. Металлоискатель так на тумбочке и лежал — игнорировал его охранник, зато помповик из рук не выпускал, за прилавком второй охранник, с карабином, а кассир в будке из бронестекла и вовсе как в доте — и тоже ружье рядом. Грамотно тут все, не подкопаешься. Да мы и не собирались. За продавца стоял седой короткостриженый мужик с каким-то очень спокойным лицом. И остальные посетители тоже соответствовали — разговаривали негромко, руками не размахивали, и вообще духа паники и бегства тут не наблюдалось, в отличие от заправки.

— Двадцатый калибр с пулей есть?

— Уже нет, и было мало. Картечь бери, по этим — лучше всего.

— Картечь — плохо, я их топором в основном, иначе никаких патронов не хватит. А жена с ружьем страхует, если что не так.

Мужик скользнул глазами по топорам — видимо, углядел следы крови, хоть и неблизко до них. В глазах мелькнуло уважение:

— Тогда мелкая дробь в контейнере — в самый раз будет.

— Сколько у вас сейчас за коробку?

— Пять — по двести за патрон.

— Ого, — протянул я разочарованно.

— А ты как хотел? Патроны сейчас дороже денег, я б и не продавал, да не по-людски выходит.

— Ладно, на три коробки наберу.

— Думаешь, тебе одному патроны нужны? Оставь другим, имей совесть!

— Да негусто тут других-то…

— Ну ты порассуждай! У меня тоже не арсенал. В общем, одну коробку, двадцать пять штук, дробь пятерка. Вблизи мало не будет, а если жена промахнется — так хоть вдали никого не убьет. Еще что брать будешь?

— Набор для чистки и масла банку.

— Идет. Пять пятьсот в кассу — и забирай.

Ну и ладно, и так уже хорошо. Деньги — хрен с ними, главное, что про лицензию мужик и не вспомнил. Или, скорее, забыл — «а то не по-людски выходит». Ну и спасибо ему — теперь у нас на три полных зарядки. Магазин, правда, всего один, ну это уже не страшно — если десяти выстрелов подряд не хватило, то бояться уже поздно.

Все, домой — хоть до вечера далеко, но сил уже нет никаких. Да и жрать хочется — с собой-то не взяли: опять привычка мирного времени… Попробовал еще раз дозвониться — не проходит сигнал, перегрузка на линии. Добрались они там до деревни или так в квартире и сидят?

Во дворе тоже обнаружились кадавры, две штуки. Но далеко — у среднего подъезда дома напротив, через угол. Метров полтораста до них, так что пусть стоят — не будем связываться.

В крайнем случае утром по холодку упокоим, пока они еле шевелятся. Подъезд пока пустой. Вот пригодились наставленные по паранойе после терактов железные двери. Террориста они не остановят, а тупого мертвяка — вполне. Главное, чтоб электричество было. Как выключится — двери откроются сами. Требование пожарной безопасности работает сейчас против людей. Но пока — дом стоит, свет горит, и газ горит, и вода горячая. И это есть большой зер гут,[28] потому что мокрый я — как вагон разгрузил…

После душа и раннего ужина ощущение жизни стало несколько приятнее. Хотя радоваться особо нечему — мертвяков прибывает, а спасать город, похоже, никто и не думает. Но у нас пока все хорошо. Да и силы вернулись — хватило даже на полчаса упражнений с ружьем: сначала чистку и смазку, а потом и «тренировку личного состава». Чтоб могли быстро и не раздумывая зарядить, прицелиться и выстрелить. Пистолет тоже проверил — исправен, 11 патронов. Автомат смог даже разобрать, но починить никак не выйдет — по крайней мере, без сварки и фрезерного станка. Так что в наличии только 18 патронов и ствол для возможного изготовления однозарядного самопала. Но мы все же вооружены и отдельных зомби можем не бояться. Главное, нос к носу с ними не сталкиваться.

— Все, больше тут оставаться нельзя. И уезжать надо ночью, пока большинство по домам сидит. Завтра начнется драп, фиг мы выедем тогда, — высказал я уже давно созревшую мысль.

— Думаешь, завтра все разом? — Иринке сама идея, что кто-то без организации и управления что-то разом начнет делать, кажется несбыточной.

— Все не поедут! — уверенно заявила Маша.