Страсть огня - Карина Демина

Хёдд? — Хаук ненадолго остановился, приподнявшись на руках и с огромной неохотой оторвавшись от девушки

— Господин, не ты ли говорил, что ненавидишь меня больше всех? Ты ненавидишь меня так сильно, что даже смотреть в мою сторону не мог, зачем тогда твои поцелуи? — взволновано говорила Алия, совсем не понимая поведения мужчины.

— Разве ты совсем не знать зачем мужчина целует женщину? — от сдерживаемых чувств, голос Хаука звучал хрипло, — Тебе никто не рассказать как мужчина и женщина любят друг друга?

Алия на минуту замерла, поражённая его словами. Так выходит Хаук любит её? Поэтому ему так хочется обнимать её и целовать?

— Я ненавидел не тебя, а свои чувства, ту войну, что ты начала в моём сердце, — но девушка смотрела на него всё-ещё не понимая. — Я не смотреть на тебя не потому, что не хотел, а как раз наоборот, потому, что безумно хотел тебя с той самой минуты, как увидеть тебя там, спящую на берегу Прекрасного Юга. Божественную девушку с огненными волосами, — продолжал Хаук. — Я тогда уже знать, что ты моя, только моя. И… тебе лучше запомнить это.

Мужчина нахмурился, серая тень необоснованной ревности вновь нашла на сердце, но, при взгляде на девушку, черты его снова смягчились.

— О, Алия, доверься мне, не бойся, позволь мне любить тебя сейчас, позволь показать, как может быть хорошо со мной. Я не сделаю тебе больно и никогда не ударю. Красивее тебя я не встречал девушки нигде. Разве ты не видишь, как сильно я желаю тебя?

Алия, как зачарованная, слушала его жаркие слова, чувствовала, как громко под её ладонью бъётся в груди его сердце и как, не мигая, смотрит он на неё своими горящими глазами. Да, он не обманывает её, получается, что она просто ничего не понимала в мужских чувствах? Да и откуда у неё возьмётся такой опыт? Никто и никогда не говорил ей о любви, только мать. Сердце девушки дрогнуло от робкой радости: значит появилось в этом мире сердце, которое любит её и теперь она не будет одинока? Значит она дорога ему? Значит он так сильно хочет быть с ней? Алия с надеждой и радостью взглянула на Хаука, несмело впервые коснулась его лица, которое ей так нравилось, провела пальчиками по его колючей щеке, потрогала светлые пряди его волос… такие мягкие у такого большого мужчины. И улыбнулась. Хаук по-своему воспринял робкие ласки девушки-конечно она согласна отдаться ему. Хаук перевёл взгляд на её губы.

— Таких сочных ягод, как твои губы, не найдёшь во всём Прекрасном Юге, заешь это Алия? — Он принялся нежно зацеловывать её, зарываясь рукой в густые косы, другой лаская нежное, упругое тело. — Твоя кожа белее наших северных снегов.

Его мягкие губы скользнули на белоснежную шею, жарко целуя, стали постепенно опускаться к груди. Когда Хаук обхватил губами её маленький розовый сосок, девушка выгнулась навстречу его губам и таким невероятным ощущениям. Алия тонула в море восхитительных ласк, радуясь его любви. Ведь это любовь? Конечно, ведь так сказал сам Хаук.

Медленно, тягуче лаская девушку, сдерживая всё своё сумашедшее желание немедленно вонзиться в её тело, он подготавливал её к большему, к тому, что навеки сделает Алию только его."Навеки?" мужчина удивился своим мыслям. Поцелуи опускались всё ниже, руки Хаука творили с её телом что-то невероятное и Алия уже совершенно потеряв себя, металась на шкурах.

— Пожалуйста, Хаук, пожалуйста-умоляла она его сама не зная о чём-Помоги мне.

— Скоро, моя Хёдд, скоро я освобожу тебя и ты будешь гореть только для меня, — шептал он ей и не знал, как был прав. — Алия, скажи, что ты моя, — целовал её бёдра мужчина.

— Твоя, Хаук, я твоя-горячо шептала девушка.

Его имя музыкой звучало в её устах. Хаук в блаженстве прикрыл глаза. И зря: потому, что оба не увидели, как в один миг всё тело Алии вдруг вспыхнуло, огонь прошёлся по её венам, как поток воды с гор, осветил волосы и исчез.

— Какая горячая у меня лисичка-улыбнулся мужчина, почувствовав жар, исходящий от её тела.

Хаук при поднялся на руках и устроился между её точённых ножек.

* * *

Инг стоял на вахте-сегодня его очередь быть смотрящим. Ящерраны северян шли недалеко друг от друга, быстро рассекая волны. Взгляд зелёных глаз зорко осматривал морскую даль. Вдруг тишину разорвал короткий болезненный женский вскрик, не слышный для обычного человеческого слуха, но отчётливый для Инных. Инг всё понял и опустил голову. Он узнал бы её голос среди десятков других. Что ж…вахнут в своём праве. Парень стиснул зубы до скрипа. Но когда господин наиграется новой игрушкой, а все по опыту знали, что увлечения вахнута кратковременны, и захочет подарить или продать Алию, Инг будет рядом. Он выкупит девушку себе, он попросит Олафа стать ей приёмным отцом, а потом придёт к королю с щедрыми дарами, чтобы тот дал ей вольную и тогда Инг сможет взять её себе в жёны. Тогда Алия станет его. Он много раз просил Хаука продать ему её, предлагая серебро и золото, говорил о своих намерениях женится на ней. Но всегда получал жёсткий отказ. Большие руки сжались в кулаки. Что ж, Инг подождёт. Он был терпелив.

* * *

Утомлённая неистовыми ласками, щедро подаренными ей мужчиной, Алия быстро заснула на плече Хаука. Он перенёс её на своё ложе и, притянув нежное тело девушки к себе, лежал тихо, чтоб не разбудить её. Уткнувшись носом в тёмно-рыжую копну волос, он с наслаждением вдыхал её запах. Полуприкрыв глаза, наматывал на руку длинные волнистые пряди и распуская их, с восторгом рассматривал, как отливают они тёмными всполохами, в ещё в бледном свете встающего солнца. Приподнявшись на локте, Хаук смотрел на её лицо, во сне такое безмятежное и совсем юное. Сколько ей лет? Приоткрытые, припухшие от его поцелуев губы, манили своей невинностью, длинные, как стрелы ресницы, цвета спелого каштана, легко подрагивали. Неудержавшись, он провёл пальцем по маленькому хрупкому носику, по изгибу тёмных бровей. Хаук не насытился нею, ему было невероятно мало её, но для девушки всё было впервые и он должен был поберечь её. Легко сдёрнув с Алии покрывало Хаук принялся неспеша разглядывать её. Столь прекрасное создание. Алия сводила его с ума своими искренними горячими словами, своими неумелыми ласками и он удивлялся её открытости перед ним, она совершенно не стеснялась и больше не отталкивала его. У него было множество женщин, но ни с одной он так не терял себя, ни с одной так