Столичные каникулы - Джанет Дейли

Заметив туристов, Джоселин обратилась к своему телохранителю Майку Бассету:

– Кажется, сегодня все решили воспользоваться такой хорошей погодой.

– Не вините их, – ответил он. – Сегодня действительно великолепный день.

«Это точно. Идеально подходит для завтрака на балконе», – подумала Джоселин. Подойдя к лифту, она обратилась к дежурному охраннику:

– Миссис Уэйкфилд уже приехала, Том?

Охранник немного поколебался, вытягивая шею так, будто ему вдруг стал тесен ворот:

– Почти.

Джоселин остановилась, почувствовав тревогу:

– Что ты имеешь в виду? Так она здесь или нет?

– Здесь, – ответил он, стараясь не смотреть ей в глаза, – но вместо того чтобы подняться, она… ну… присоединилась к группе четырехклассников, осматривающих комнаты.

– И почему я не удивлена? – вздохнула Джоселин, еле сдержав улыбку. – Пойду ее поищу.

Ее телохранитель тут же что-то тихо сказал в свой микрофон, а когда она сделала шаг в сторону экскурсионных залов, легонько удержал ее за локоть:

– Подождите, пока туда не подойдут Мевис и Френк.

Джоселин хотела напомнить ему, что это всего лишь группа школьников, которые вряд ли представляют для нее какую-либо угрозу, но это было неподходящее время для спора, если она намеревалась в ближайшем будущем от них ускользнуть. Еле сдерживая нетерпение, Джоселин подождала, пока не подошла остальная охрана.

Детский смех и величественный голос бабушки привели ее с охраной в Восточную комнату, расположенную на втором этаже особняка. Охрана, выставленная для того чтобы сдерживать потоки посетителей, проходящих через комнату, беспомощно наблюдала за тем, как Блисс Уэйкфилд потчевала школьников, сопровождавших их учителей и кучку других взрослых рассказами о проказах детей Теодора Рузвельта.

– Я не могу представить комнаты, которая подходила бы для катания на роликах лучше, чем эта! А вы как думаете? – Слушатели приветствовали ее вопрос дружным «нет». – Очень плохо, что ни один из вас не принес свои ролики. Мы могли бы их здесь опробовать. Кстати, я довольно хорошо катаюсь на роликах. Я вам еще не рассказывала об этом?

Это была бы самая нелепая картина, какую только можно себе представить – высокая элегантная женщина на роликовых коньках! «Если бы, конечно, ролики не были окрашены в бирюзовый цвет, под стать костюму бабушки», – пришла к выводу Джоселин.

– Когда построили Белый дом, – продолжала между тем свою лекцию Блисс, – эта комната еще много лет оставалась немеблированной. Абигель Адамс даже приказал слугам вешать здесь белье после стирки. Ведь тогда не было сушилок для одежды и электричества… – Тут она заметила в толпе внучку, окруженную с трех сторон агентами Секретной службы. – А вот и Джоселин! – объявила Блисс с сияющими глазами. – Я так рада, что ты смогла присоединиться к нам. Я как раз хотела рассказать детям о том, как эти хулиганы Рузвельта привели в дом пони и пытались поднять его на лифте. Вы ведь знаете мою внучку Джоселин?

Для агентов Секретной службы следующая сцена была подобна ночному кошмару: толпа детей в мгновение ока окружила Джоселин и атаковала ее вопросами. Со свойственным им тактом они пытались удерживать самых агрессивных и сохранять некое подобие порядка.

После того как Джоселин парировала несколько детских вопросов, какой-то пожилой мужчина низкого роста, в форме африканского десанта поднял вверх свою трость, привлекая ее внимание.

– Извините, мисс Уэйкфилд, – сказал он низким, хорошо поставленным басом. – Вы не могли бы ответить еще на один вопрос?

– Конечно, – вежливо улыбнулась Джоселин, собрав все свое терпение.

– Так как Рождество не за горами, мне было бы интересно узнать, в какой комнате Белого дома будет установлена главная рождественская елка? – Мужчина стоял позади группы туристов, пальто его было расстегнуто, в одной руке тросточка, в другой – шляпа. Но более всего внимание Джоселин привлекли его черные сияющие глаза и контраст между блестящей коричневой кожей и белой, как снег, бородой.

– Главная елка всегда устанавливается в Голубой комнате, – ответила она. – Хотя во всех остальных офисах тоже ставят елки. А елки, украшенные орнаментом на старинные рождественские темы, обычно выставляются в Восточной колоннаде.

– Вы уже выбрали тему этого года? – поинтересовался он.

– Мы определились с темой оформления еще несколько месяцев назад. – «После долгих споров и обсуждений», – хотела было добавить, но не добавила она.

– Могу я узнать, что это за тема? – В улыбке пожилого мужчины чувствовалось что-то напряженное детское. И вдруг его осенила догадка: – Или вы пока не хотите это афишировать?

– Я думаю, что рождественская тема не относится к высшей категории секретности, – улыбнулась на этот раз с естественной теплотой Джоселин. – В этом году мы выбрали тему «Рождение ребенка».

Мужчина улыбнулся еще шире:

– Интересный и очень достойный выбор.

Его откровенная радость заставила Джоселин кое-что объяснить:

– На эту идею нас вдохновил изящный макет восемнадцатого века, изображающий сцену рождения Христа, который выставляется здесь во время рождественских праздников с момента его появления в Белом доме в тысяча девятьсот шестьдесят седьмом году. В общей сложности, этот макет состоит из сорока семи деревянных и глиняных фигурок. Это будет главный сюжет наших декораций здесь, в Восточной комнате.

– А украшения для главной елки? – Повышение интонации его голоса делали эту фразу вопросом.

– Мы пригласили три разные организации для создания орнаментов в разных этнических стилях, которые изображали бы рождение Христа, – сообщила Джоселин. – Америка – это плывущий корабль, наполненный иммигрантами из разных стран. Именно это разнообразие и делает нас сильными. Мы хотим отметить и этот факт тоже.

– Решение, достойное похвалы. – Теплая улыбка пожилого мужчины выразила мудрость и одобрение.

Одна девочка с кудряшками яростно двинулась сквозь толпу, желая задать свой вопрос. Джоселин ее заметила и кивнула.

– Я только хотела спросить… – начала девочка, но запнулась от нахлынувшей на нее волны застенчивости, – из какого именно камина в Белом доме появляется Санта-Клаус?

Стоящий позади нее мальчик засмеялся и стукнул кулаком в ее спину.

– Ты что, все еще веришь в Санта-Клауса? – с издевкой произнес он.

Девочка густо покраснела и, повернувшись, выпалила:

– Я не верю, но моя младшая сестра верит, и поэтому Санта-Клаус приходит к нам каждый год!

– Я рада, что он все еще приходит к вам, – снова обратила внимание группы на себя Джоселин. – Разве мы все не любим, когда к нам приходит Санта-Клаус? – И все дружно с ней согласились. – А сюда, в Белый дом он придет через любую трубу, какая ему приглянется.