Убить садистов - Сергей Таранов

— Сожрал, дубина? — Кобель поднял голову, преданно посмотрел на Сергея и завилял хвостом.

— Виляешь своим веником, сволочь? А кто рычал? Кто рычал? — Сергей подошел к столику и поставил поднос на него. Огляделся, высматривая салфетку: — А, вон она! Вечно Борисыч швырнет куда ни попадя…

— Ты что там гонишь? — вошедший внезапно Борисыч уже был одет в расстегнутую куртку; длинный шарф свободно висел, знакомую Ольге меховую кепку он держал за козырек в опущенной руке.

— Да покрывалку эту не смог сразу найти, — Сергей аккуратно накрыл поднос и посмотрел на пол: — Еще нужно будет тряпкой пройтись — следы остались.

— Завтра пройдешься, а то некогда уже, заканчивай, — Борисыч махнул рукой и, повернувшись к Ольге, презрительно скривил губы: — Ну как ты, подруга? Не обмочилась еще?

Подойдя поближе, встал над ней: — Завтра ты у меня помашешь ручонками, — подмигнул и повернулся к Сергею: — Завязывай, твою мать! Я хочу еще на выставку успеть, а то с этой работой совсем жизни нет.

— А все уже! — Сергей торопливо натянул куртку, подошел к кобелю и взял его за ошейник: — Пошли гулять. Гулять, дубина бестолковая!

Держа одной рукой кавказца, он другой подхватил свою шапку, надел ее на затылок и вышел. Борисыч обошел комнату, проверяя, все ли выключил. Взял стоящий у дивана полиэтиленовый пакет с рекламой и, уже выходя, снова обернулся к Ольге:

— Ты уж здесь не скучай, я завтра приеду.

После чего выключил свет, вышел и закрыл за собой дверь. Ольга слышала, как он постоял перед дверью, затем зазвенел ключами — запер на замок. Послышались удаляющиеся шаги. Через полминуты, не больше, заработал двигатель автомобиля. Зашуршав по неровной поверхности, будто дорога была посыпана гравием, автомобиль отъехал и остановился. Стукнув несколько раз металлом о металл, закрылись ворота, и Наконец автомобиль уехал совсем — шум работающего двигателя затих вдали.

Ольга сидела на полу и внимательно прислушивалась ко всем звукам, доносившимся снаружи. Поняв, что уже наверняка осталась одна, она расслабилась и тут только почувствовала, как затекло все тело: ноги, спина, шея. Сделав несколько глубоких вдохов и выдохов, Ольга начала разминать мышцы, напрягая и расслабляя их, и напряженно думать о том, как же ей выбраться из этого очень скверного положения.

Попасться завтра в руки к этим убийцам было никак нельзя — хоть сама себе вены перегрызи!

Ольга сидела на полу. Руки, скованные за спиной наручниками, удерживались внизу вторыми наручниками, зацепленными с одной стороны за цепочку первых, а с другой — за трубу батареи отопления. Шуба, сползшая с плеч, закинулась назад, еще больше стесняя движения. Зато при этом полностью освободились ноги. Оценив свое положение как просто хреновое, Ольга вдобавок почувствовала, что скоро ей очень захочется в туалет. Это было тоже не весело.

Изогнув запястья, она ощупала пальцами наручники. Милая вещица: если потянуть посильнее, они начинают сжимать запястья. Сразу же возник вопрос: если самой затянуть их — от этого можно умереть? Вряд ли… Гангрену какую-нибудь получишь запросто, да только развиться она не успеет — не дадут, прирежут раньше.

Постепенно глаза привыкли к темноте и стали различать предметы в комнате. Первое же, что привлекло внимание своими возможностями, находилось не очень-то далеко — столик с теми погаными железяками, которыми отшинковали несчастную Светку.

Столик действительно стоял почти рядом. Вытянув правую ногу, Ольга попыталась дотянуться до него. Не вышло. Подавшись вперед, она попробовала еще раз. Наручники тут же откликнулись, немного стянув запястья. До ближайшей ножки стола оставалось еще примерно с полметра. Ольга снова села, прижав колени к груди. Тут ей пришла в голову новая мысль. Повернувшись слегка вправо, она внимательно посмотрела на батарею, к трубе которой была прикована. Батарея как батарея — ничего особенного. Привернута к двум трубам сгонами. Поразмышляв, можно ли оторвать ее от сгонов к чертовой матери или попытаться открутить их, Ольга тяжело вздохнула — пустые мечты; зря потратит время, а наручники сдавят так, что, кроме боли в руках, она ни о чем и подумать не сможет.

Она опять села ровно и задумалась. Столик манил ее своей кажущейся доступностью. Даже если не помогут ей бежать все эти мерзкие крючки и клещи, уйти из этой жизни они помогут точно. Пожалуй, и не одной — для последнего боя можно будет спрятать сюрприз в ладошку. Как было бы приятно порвать глотку Борисычу! Ольга снова прикинула расстояние. Не достала она до столика всего лишь каких-то полметра. Да вот только где их взять?

И тут Ольга вздрогнула от пришедшей внезапно мысли. Как она раньше не додумалась попробовать это?!

Когда-то на Руси-матушке национальным детектором лжи работала дыба — наука еще не озадачивала обывателей своими эпохальными открытиями, да и люди были попроще. Вот про эту дыбу и вспомнила сейчас Ольга. Она начала медленно ложиться на спину, постепенно выворачивая руки назад. Ноги согнула в коленях, помогая себе ступнями ползти вперед. Тренированность помогала не обращать внимания на мелочи — подумаешь, суставы заныли, а жить-то хочешь?

— Хочу! — крикнула самой себе Ольга и, застонав, упала, выкрутив в плечевых суставах руки до последней возможности. Враз пришло расслабление. Не отказав себе в удовольствии, вытянула ноги, и тут же холодный озноб пробежал по телу, а лоб покрылся потом.

Она на самом деле выиграла нужные ей сантиметры, но не рассчитала последствий и ударила левой ступней по ножке стола. Противно заскрипев на плитке, он отодвинулся еще дальше.

Подняв голову с пола насколько возможно, Ольга посмотрела на столик.

— Слава тебе Господи, — прошептала она. Отодвинувшись одной стороной, он приблизился другой. Теперь уже она не сомневалась в победе. Пусть не свобода, но оружие у нее будет точно!

Вытянув носок правой ноги, Ольга очень нежно дотронулась до ближайшей ножки стола и, постаравшись зацепиться за нее, поддернула. Снова заскрипев, столик шелохнулся в ее направлении!

Теперь она действовала смелее. Через несколько секунд она уже всю ступню смогла завести за ножку и потащила столик на себя. Неприятнейший скрип был для нее музыкой будущей победы. Даже если бы столик сейчас и опрокинулся — плевать, она все равно достала бы все, что с него упало.

Где-то на улице басисто залаяла собака, вдалеке ее поддержала другая. Зная, что она одна в доме или в подвале — пока не ясно, где именно, — Ольга совершенно не беспокоилась о шуме.

Столик уже стоял перед ней, можно было возвращать рукам и суставам нормальное положение. А вот это оказалось посложнее, чем поиздеваться над ними. В конце концов, упираясь в батарею предплечьями, Ольга, едва не заплакав от острой боли, вернула руки на место. После этого подвига она долго сидела, вспотевшая и обессиленная, пережидая, когда же обиженные мышцы наконец успокоятся.

Отдышавшись, она продолжила. Подняв правую ногу, зацепила ею под крышку и уронила столик рядом с собой.

Он упал на пол с брякающим грохотом, сопровождаемым аккомпанементом рассыпавшихся инструментов. Вот они! На улице снова завозмущалась бдительная псина. Неймется ей, заразе! Ольга, привстав, подгребла инструменты ногой и стала рассматривать, что же она получила.

Клещи — большие и хищные на вид, несколько пилочек разного размера, крючки и крючочки, вроде стоматологических, два скальпеля.

Решив попытать счастья, — а вдруг повезет и она сумеет открыть замок наручников, — Ольга, зацепив ногами крючки, толчками перетащила их себе за спину. Порядком помучившись, она все-таки сумела удобно захватить один из крючков левой рукой и начала им ковырять в замочной скважине наручников. Через несколько минут попытка увенчалась успехом. Замочек щелкнул, и наручники раскрылись. Не удерживаемые больше руки сами легли на пол. Движением плеч она не перевела — перекинула их вперед и с удовольствием растянулась на полу во весь рост.

Хорошо было лежать, но хоть главное и сделано, а впереди еще — ой-ей чего! Теперь Ольга начала думать о побеге отсюда. Замечательно будет, если она попадет домой до рассвета, а ведь нужно выбраться из этого логова и до города добраться. Ольга пребывала в твердой уверенности, что это место где-то в дачных поселках. Сейчас, будучи свободной, можно было бы подумать о том, чтобы остаться здесь до утра, до прихода милых дружков, а потом и поговорить с ними ласково. Она, не задумываясь, так бы и сделала, но мысль о том, что Игорь, не зная, куда она делась, ждет, волнуется, ищет — эта мысль все и решила. Нужно немедленно выбираться!

Через несколько минут, подойдя к раковине вымыть руки, Ольга не выдержала и припала к крану, только сейчас почувствовав, как сильно она хочет пить. Показалось даже, что от долгой сухости во рту и голос пропал совсем. Утолив жажду, она покашляла, провела ладонью по волосам.