Торговец поневоле (СИ) - Губарев Егор

Когда она немного успокоилась, я отвел ее в дом и усадил рядом с прилавком. Быстро перебрав пакеты, достал пирожные и открыл бутылку лимонада. Еда всегда действовала на Ольгу успокаивающе. Сейчас этот метод тоже не подвел — практически аннигилировав пол пачки пирожных, она почти полностью пришла в себя.

— Это кто тебя так? Гопота? Или родители? — отдав ей открытый лимонад, я наблюдал за ее реакцией.

— Родители. Я когда зашла, они спросили, есть ли у меня деньги. Я дала одну купюру, а они сказали, что бы я вывернула карманы. В общем, я отказалась, а результат ты видишь. Больше денег у меня нет, а я так хотела зимние сапоги! — последние слова она уже говорила на высокой ноте и слезы снова потекли из ее глаз.

Отложив остатки еды в сторону, мне пришлось снова ее успокаивать. В этот раз истерика продлилась недолго, но ее последствия пришлось убирать чипсами из пакета. Да ее не прокормишь, куда только лезет? Она что, в запас наедает?

— Не переживай, там половина денег твоих, так что будут тебе сапоги.

— То есть, когда ты говорил про «пополам», ты не пачку имел ввиду? — подняв на меня заплаканный взгляд, Ольга посмотрела на меня с надеждой.

— Конечно нет, там лежат твои семь миллионов. Можешь забрать, когда захочешь. Не реви! Еда кончается, успокаивать нечем! Все, пошли за матрасом и обогревателем. Ночевать сегодня тут будем, туда ты больше не вернешься.

Взяв из сундука целую пачку денег, мы заказали себе такси, так как теперь можем себе позволить, и отправились по магазинам.

На первое время взяли газовую плитку, потому что вспомнили, что электричества в доме нет, а греться надо, и пару матрасов, чтобы кинуть на пол. А дальше начался форменный ад.

Заказать коров в округе, труда не составило, а вот привезти их — это уже проблема. Но когда можешь заплатить двойную цену продавцу, многие вопросы перестают быть важными. Целых четыре дня мы колесили по всему городу, покупая мебель и вещи для дома. Как только Зуся съел пару коров, высушив их за секунду, он смог создать еще пару комнат, ванную и провести электричество от общей линии.

Кроме вещей для дома, мы наконец то смогли полностью одеться, купить себе новые телефоны и вообще себе ни в чем не отказывали, будь то развлечение, еда или товар в магазине.

Ольга тратить не хотела, предложив обойтись минимум, но я не стал ее слушать и почти все покупки оплачивал со своей половины денег. В общем, за четыре дня, я не знаю как, но полтора миллиона исчезли, как их и не было.

Своим родителям сказал, что нашел работу с жильем, поэтому меня благословили, сказали «работай» и отдали чемодан с моими вещами, практически вытолкав меня из родительского гнезда. Ольга, на сколько я знаю, своим ничего не говорила, но они и не искали ее.

После этого мы стали обустраивать лавку. Достав Зусе еще пару коров, я объяснил ему, что нужно сделать с домом и он смог преобразить его. После работы домового, дом стал очень похож на элитный современный дом, с облицовочным камнем снаружи и хорошим ремонтом внутри. Вокруг участка теперь был высокий забор из кирпича, как у соседей, и мы перестали отличаться от других участков на этой линии. На нашей земле мы так же нашли заросшее озерцо, не очень большого размера, но глубиной почти в два метра.

Лавка так же претерпела колоссальное преображение. Поставив полки, мы с Ольгой занялись их наполнением. На витрине у нас лежал цветной бисер, красивые охотничьи ножи, купленные за большие деньги, мягкие игрушки, статуэтки, ручки, блокноты, петарды, немного косметики и принадлежности для личной гигиены и первой помощи. А на прилавке теперь стоял чайник с чаем, кофе машина, набор чашек и стеклянная вазочка с маленькими конфетами.

— Со стороны смотрится так, будто в универсаме бомба взорвалась и все товары перемешались. Может, мы что-то одно выберем для продажи? — Ольга выкладывала бинты, рядом с петардами и посмотрела на меня с сомнением.

— А что выбрать? Мы даже не знаем, на какую публику ориентироваться. Я лучше потом магазин расширю, но подготовлюсь к любому бредовому заказу. Траву будем выкладывать?

— Я сомневаюсь, что второй раз так повезет. Ну, я закончила. Будем открываться?

— Да, давай, я чую, что сегодня нас ждет успех, — подойдя ко входной двери, я перевернул табличку на «открыто».

Глава 7

Первые двадцать минут мы с Ольгой сидели в ожидании клиентов, но как оказалось, они не каждый раз появляются сразу после открытия. Потом подруга сделала нам по чашечке кофе и залезла в телефон, явно скучая.

Я же немного прошелся по магазину, любуясь тем, как он преобразился. Теперь за прилавком есть стулья, для нас с Ольгой, а с боку на стене находится зеркало. Интересно будет посмотреть, отобразится наше изменения внешности в зеркале или нет?

Так как я теперь важный представитель междумировой торговли, то и выглядеть должен соответственно. Поэтому по магазину я теперь хожу в черном костюме, класического покроя и белой рубашке. Хотя ощущение, что на бегемотика натянули мешок, у меня все равно появлялось каждый раз, когда я смотрелся в зеркало.

Через час, когда я уже подумал, что лавка сломалась, раздался звон колокольчика. Быстро переместившись за прилавок, я стал ждать своего долгожданного клиента. Ольга убрала телефон и встала рядом. Она решила носить белую блузку и джинсы, что бы создать контраст между нами.

Дверь неспешно приоткрылась и на уровне метра от земли к нам просуналась голова девочки, лет двенадцати. Волосы у нее были разных цветов, как радуга, а на юном лице полосками был нанесен разноцветный татуаж.

— Ой, здрасти, а что у вас тут? — звонкий голос буквально истощал любопытсво.

— Добрый день. Торговая лавка. Вас что-то интересует? — стараясь выглядить максимально представительно, я даже голос попытался сделать нейтральным.

— Ой! Девчонки, тут новый магазинчик! — девочка крикнула кому-то себе за плечо и тут же зашла внутрь.

Ростом около одного метра двадцати сантиметров, это была фея. За спиной у нее были стрекозиные крылошки, а одета она была в легкое синее платье по колено. Через плечо висела маленькая сумочка а обуви на ней вообще небыло.

Не успел я умилиться этой милоте, как в лавку ворвалось почти сотня этих дьявольских созданий. По крайне мере, мне так показалось, на самом деле их было около двадцати, но они стали носиться по всей лавке, хватать вещи, обсуждать их, передавать друг другу и сыпыть на меня вопросами с такой скоростью, что я неуспевал их осознать, не то что отвечать.

— Не трогайте, положите игрушку, достаньте ее из сумки, сначала оплатите! Не чиркайте, это петарда, положите ее. Не ломайте помаду, она портится, сначала оплатите! — в таком темпе я носился почти пятнадцать минут по всему магазину. Единственное, когда я смог их посчитать, это в начале, предложив им бесплатных конфет из вазы.

— Стойте! — крикнув на весь магазин, я смог привлечь их внимание и они застыли в тех положениях, как стояли. Кто то заталкивал игрушку в сумку, кто то бисер в карман насыпал, а кто и фламастером себе глаза подводил. — За товары надо заплатить, или поменять на что-то, если вы не знаете, что такое деньги.

— А сколько это все стоит? — одна из фей показала на мягкого медведя, торчавшего из ее волос. Как только успела его туда вплести?

— Какая у вас валюта?

— Кристаллы, — одна из фей достала из мешочка небольшой синий кристалл, размером с фалангу моего пальца.

— А сколько у вас стоит килограмм фруктов, например, яблок? — буду исходить из этого, врядли у фей дорогие фрукты.

— Два синих, а апельсины — один красный, — следом с разных сторон начали раздаваться выкрики про то, сколько стоят разные фрукты. Из гомона, я смог вычленить информацию, что у них есть синие, красные и самые крупные — золотые кристаллы.

— Так, я понял, мягкая игрушка один красный кристалл, горсть бисера пять синих, фломастеры по синему за каждый. Помада три синих. Оплату можете положить на прилавок.