Проверка поведения, ее теоретические основы и ее практическое выполнение - Рудольф Менцель

Еще хуже при испытании полицейских собак. Здесь к облаиванию и автоматическому отпусканию добавляется еще конвоирование и охрана, которые при определенных условиях обеспечивают преимущества трусливым, не особенно рвущимся к борьбе собакам, по крайней мере не дает преимущества смелым, жаждущим борьбы собакам.

С воинственной и действительно внимательной, смелой собакой очень легко случается, что она более быстрый шаг или непроизвольное движение болтающегося рукава воспримет как побег или нападение и преждевременно хватает (преждевременно, конечно, с позиции проверяющего судьи, а не с позиции собаки). (Так сегодня это отмечается как ошибка и снижается оценка собаки при работе с нарушителем, если быстрый правый поворот экспортируемого, то есть поворот в сторону хозяина, воспринимается ею как нападение, и она как настоящая собака сразу хватает.).

Также у воинственной собаки при охране легче случается, что она воспринимает непроизвольное движение как нападение или попытку к бегству. К сожалению, есть еще очень много судей, которые придерживаются точки зрения, что для экспертизы все равно, в каком направлении грешит собака; то есть они оценивают собаку, которая слишком рано выполнила хватку также, как и собаку, которая дала убежать нарушителю или сама от страха убежала от него. В качестве аргумента таких одинаковых оценок приводится довод, что в обоих случаях требуемое упражнение не выполнено.

С учетов всех этих обстоятельств может случиться, что при испытании по защитно-караульной службе (еще вернее при испытании полицейских собак), при работе с нарушителем хорошо натасканный трусишка получит оценку «отлично», тогда как его более смелый, жаждущий борьбы конкурент должен удовлетвориться оценкой «хорошо». И кто тогда осудит заводчика, который при выборе кобеля будет руководствоваться оценкой работы с нарушителем? И он тогда для компенсации своей суки, которая в своем поведении кажется недостаточно устойчивой, подберет кобеля с отличной оценкой работы с нарушителем и очень удивляется, как мало ему удалась «компенсировать». Наоборот, к своему ужасу, он замечает, что щенки еще трусливее матери и начинает сомневаться в теории наследования. Любой, кто занимался прикладным спортом, знает трусливых собак, родители которых достигли отличных оценок при работе с нарушителем на испытаниях полицейских собак. И это кажется людям так необъяснимо и на самом деле так ясно.

Поэтому всю работу с нарушителем в рамках испытания полицейских собак мы считаем не только излишней для любителя, при некоторых условиях даже опасной, но и вообще для разведения по рабочим качествам (Leistungszucht) прямо уничтожающей. Для разведения по рабочим качествам (Leistungszucht) работа с нарушителем это лучшее, что должно меньше всего отрабатываться. Так как этим выдвигаются на передний план действительно смелые собаки. За счет частой работы с нарушителем при определенных условиях любитель портит свою собаку, имеющую исключительно хорошие данные.

В качестве защитно-караульной собаки частникам лучше всего подходят собаки первого типа поведения, затем еще собаки второго и четвертого типов поведения. Возможно, настанет такое время, когда в защитно-караульной службе не надо будет использовать никаких других собак, кроне абсолютно смелых собак первого типа поведения. Все же только смелая собака подходит для использования в качестве защитно-караульной собаки.

Собак второго и третьего типа поведения также, как и собак первого типа, можно использовать в качестве караульных собак; при этом необходимо еще раз со всей определенностью отметить, что исключительно трусливая, лающая собака — это только сигнальная машина и больше ничего.

Для работы с сотрудниками служб безопасности, по нашему мнению, собака должна подбираться в соответствии с этой специальной службой. Руководствуясь Хансманном (Hansmann) (исключая розыскную собаку) мы представляем себе три типа применимости собаки: первый: нормальная собака сопровождения исполнительных органов во внешней службе, второй: специалист по нападению (боевая собака), третий: собака, обыскивающая местность и лаем указывающая наличие людей или чего-то необычного (наводящая собака).

Нормальная собака сопровождения исполнительных органов должна быть по возможности смелой, которая, как справедливо замечает Hansmann, обычно должна быть абсолютно безобидной, ее может погладить любой ребенок, но в случае нападения на проводника она должна быть непоколебимым бойцом да последнего своего дыхания. Горе тому служащему органов безопасности, который в качестве такой собаки выбрал себе трусливую! Когда дело коснется жизни и смерти, такая собака бросит его и тем самым подвергнет рассчитывающего на нее проводника двойной опасности.

Этих нормальных собак сопровождения дрессируют на нарушителей, также как и собак любителей. Только они должны чаще испытываться в различных ситуациях, так как за счет многочисленных контактов с людьми, с которыми они не должны бороться, они еще больше теряют в злобе, чем собаки любителей, тогда как с другой стороны они должны производить более устрашающее впечатление, чем те. Поэтому обязательно для таких собак иметь контрольное слово (мы рекомендуем это для любителей), то есть слово всегда произносимое перед применением собаки, так что услышав его собака ожидает борьбы. Перед опасной дорогой при неприятных служебных делах звучит тогда это слово, которое снимет собаку, как пистолет «с предохранителя», другими словами порог ее раздражимости значительно уменьшается и поэтому уже при слабых раздражителях она раньше, чем обычно переходит к нападению.

Наряду с этой собакой сопровождения должна быть и собака, специализирующаяся на нападение; такими могут быть особенно злые собаки, прежде всего особенно смелые и жаждущие борьбы собаки, которые не должны использоваться в обычной службе или если этого избежать нельзя, то они должны иметь возможность подтверждения их недоверия к людям. Эти собаки должны быть выучены так, что по единственному слову и без сомнения бросаться на указанного и сделать его неспособным к борьбе. Эта такие собаки, которые, например посылаются в комнату к «укрепившемуся» опасному преступнику, чтобы его обезвредить до того, как он сможет лишить жизни отчаянных сотрудников безопасности. Конечно, такие собаки это опасное оружие, которое должно доверяться только особо испытанным сотрудникам, а также применяться только в исключительно серьезных случаях. (Не для того, чтобы уничтожить человеческую жизнь, а для их сохранения).

Если для обоих этих типов служебных собак должны использоваться, прежде всего, собаки первого типа поведения, пожалуй еще собаки второго и четвертого типов поведения, то для третьего типа службы, для наводящей собаки эти собаки как раз и не рекомендуются. Наводящей собакой должна быть собака, которая по команде на довольно большой территории обеспечивает поиск людей или их скопления (большие предметы одежды или подобное) и об их нахождении сообщает лаем. Мы рекомендуем, без каких-то ни было исключений не вырабатывать злобу собаки по отношении к найденному. Эту собаку обычно используют, чтобы найти заблудившихся или мелких преступников (хулиганов, дачных воров и подобных). Вполне достаточно, если найденные люди облаиваются и таким образом указывается их местонахождение, так что служащий со своей собакой сопровождения может подойти и задержать найденного, если это действительно подозреваемый, а не заблудившийся, беспомощный прохожий или парочка влюбленных… Если речь идет о розыске опасного преступника, от которого можно ожидать, что он убьет собаку и убежит, то все равно это меньшее зло, чем если бы была послана действительно смелая собака, которая травмировала бы невиновного. Здесь мы хотели еще раз особо подчеркнуть слава Hansmann в его прекрасной работе (PHV=Zeitung 1928). Так как именно опытный преступник сразу прекращает все движения, когда его останавливает собака и ждет подходящего момента для ликвидации ножом или выстрелом облаивающей его собаки еще до того, как она перейдет к нападению. Мелкий преступник, напуганный любитель ягод или встревоженная парочка влюбленных попытаются напугать собаку (палкой, зонтом, камнями и т. п.) и таким способам быстро узнают зубы собаки. Что такое собачий укус (как упоминает Hansmann) действительно знает только тот, кто сам испытал на себе зубы настоящей собаки или непосредственно наблюдал их действие на другом человеке. Если собака убегает от палки, то это не боевая собака, а лишь наводящая «сигнальная машина».

Поэтому мы считаем более правильным, если с самого начала эта служба осознанно нами не будет рассматриваться как боевая служба, а как ветвь розыскной службы. (Во многих официальных положениях об испытании служебных собак эта точка зрения тоже находит свое отражение, так как там категорически требуется, чтобы собака ни в коем случае не бросалась на найденного, если тот даже делает угрожающие движения. Нелогично только то, что такое поведение требуется от собаки, которая, с одной стороны, должна насмерть стоять за хозяина и не дать себя запугать при задержании убегающего преступника, который будет ей также угрожать.).