Странствия Джедая 6. Школа страха - Джуд Уотсон

– О чем ты?

– Он сказал, шесть бластеров для шести членов команды. Но вас было пятеро.

– Ты шестой.

– Но я не был в миссии на Тирелле.

Марит пожала плечами. – Ролэй имел ввиду сейчас. Шесть бластеров для шести членов команды.

Анакин решил оставить это. – Расскажи мне о Тирелле.

Марит отвернулась. – Я не хочу говорить тебе об этом.

– Что-то беспокоит тебя, – сказал Анакин. – Может, если расскажешь мне, я смогу помочь.

– Я не нуждаюсь в помощи, – резко оборвала Марит.

– Хорошо, – сказал Анакин. – Тогда скажу, что я имею право знать. Ты знаешь, я ставлю свою жизнь наравне с вашими.

Карие глаза Марита изучали его. Он знал, в этот момент она решала, доверять ли ему. Это заняло несколько секунд. Он видел, что Марит не любит понапрасну тратить время. – У нас были неприятности. Нас наняли, чтобы мы проскользнули в Палату Правительственных Советников и отключили систему безопасности. Комната должна была быть пустой, но у Советников было собрание. У нас был бой с дроидами службы безопасности. Бластерный огонь был невероятен. Мы едва могли справиться с этим. И… в замешательстве, правитель Тирелла был убит.

– Кто это сделал? – спросил Анакин.

Марит поколебалась, затем глубоко вздохнула. – Я.

Медленно она опустилась и села на пол, сложив руки между коленями. – Я мысленно прохожу через это снова и снова, и все равно не понимаю, почему или как это случилось. От этого зависел успех миссии. Свобода населения Тирелла зависела от этого. Может быть, жизни моих друзей зависели от этого. Может и моя. Другими словами… – Марит пожал плечами. – Все зависело от этого. Но я не могу прекратить думать…

– Все могло пойти иначе. – Анакину было знакомо это чувство. Он тоже забирал жизни, и не одну. Он не любил думать об этом. Те события были заперты в таком месте его сознания, куда он запрещал себе заходить.

Он присел перед ней. – Если все зависело от этого, ты все сделала правильно. Если ты не сможешь заставить себя верить в это, ты сойдешь с ума.

Она долго изучала его лицо. – Ты, кажется, знаешь, что я чувствую.

– Да, – сказал Анакин. Он встал и протянул ей руку. Она ухватилась за нее, и он помог подняться.

– Видишь? – сказал он. – Всем когда-нибудь нужна помощь.

– Я думаю, что она лгала о бластерах, но я не знаю, почему, – сказал Анакин Оби-Вану в следующий сеанс связи.

– Ты думаешь, что Гиллам был частью команды?

– Это не имеет смысла. Он не был стипендиатом. Но тут есть кое-что, я чувствовю это. С Ролэем что-то не так. Возможно, он что-то знает. Он отвечает за безопасность и за финансы. Никого более, кажется, не волнует, как он обращается с этим. Возможно… Я не знаю, возможно он решил заработать денег, похитив Гиллама и держа его для выкупа, но не сказал остальным.

– Возможно, – с сомнением сказал Оби-Ван. Он казался несколько отвлеченным, как если бы он не слушал Анакина. – Но Тартури не получал требования о выкупе.

– Пока. Я не знаю, что еще думать, – признался Анакин. – Я не могу вообразить группу, похищающую Гиллама. Они все довольно преданны. Марит невероятно сильна в галактической политике. Она знает, что обсуждаемое в Сенате направляется прямо на слушания подкомитетов. И она всегда приходит на правильную сторону.

– И как ты узнаешь, что это правильная сторона? – сухо спросил Оби-Ван – Потому что ты согласен с этим?

– Потому что они против насилия и притеснения, – сказал Анакин. – Они похожи на Джедаев.

– Пока же они работают против школьных правил, – указал Оби-Ван. – Если ты нарушаешь оказанное доверие, ты не можешь требовать уважения.

– Школа не заслуживает их доверия. Она только подводит их.

– Тем не менее, они посещают школу и согласились соблюдать ее правила, – сказал Оби-Ван. – Я понимаю всю их привлекательность для тебя, Анакин, но боюсь, что ты слишком увлекся. Ты всегда должен быть Джедаем. Ты должен постоянно стремиться к внутреннему балансу. Что также означает подвергать сомнению мысли других. Они часто скрывают разные намерения.

– Какие же намерения они скрывают?

– Вот это ты и должен узнать. Не забывай, что вы пытаетесь найти пропавшего мальчика. Анакин, факт того, что ты Джедай, должен всегда держать тебя в равновесии. Вот за что нужно держаться. Если ты знаешь свою первую обязанность, остальные сами встанут на свои места. Понимаешь?

– Да, Учитель. У Вас есть успехи в Сенате?

Оби-ван вздохнул. – И да, и нет. Пока нечего сообщить. Я уверен, что существует связь между Раной Галион и Сано Сауро, но я не могу ее найти.

– Рана Галион?

– Правительница Лерии. Лидер противостояния в этой системе. Я думаю, что она могла бы иметь некоторое отношение к исчезновению Гжиллама. Держите меня в курсе, если найдете что-нибудь еще, падаван.

– Да, Учитель. – Анакина напрягло, как Оби-Ван разорвал связь. Его Учитель не поделился с ним информацией. И его не заинтересовала тайная команда. Анакин чувствовал, что Оби-Ван не думал, что они были причастны к исчезновению Гиллама.

Но Анакин думал по-другому. И здесь он будет следовать своим собственным правилам.

Всю свою жизнь он знал только два пути жить: как раб или как Джедай. Как и маленький мальчик на Татуинe, он смотрел на Джедаев как на самых свободных существ в галактике. Еще до то, как он больше узнал о них, он мечтал стать Джедаем.

Но были ли джедаи свободны? Или он перешел из одной формы рабства в другую?

Эта мысль настолько шокировала, что Анакин погнал ее прочь. Он убрал ее в то место в своем сознании, которое он не посещал. Это было место, где правил страх. Он никогда не заглядывал туда, даже когда просыпался посреди ночи, его голова была полна снов, и он не знал, где он был или почему его матери не было рядом.

Анакин убрал свой комлинк под тунику. Впервые с появления в школе окончание сеанса связи не заставило его чувствовать себя отрезанным. Он был рад, что не будет никаких вопросов следующие двадцать четыре часа. Он отправился на поиски Марит и ее команды, где не было никаких Учителей, чтобы упрекать его.

Глава 10

Оби-Ван был расстроен. Он не мог проследить связь между Сано Сауро и Раной Галаион. Он работал над этим; Тайро работал над этим. Лучшие исследователи Храма работали над этим, в том числе Иокаста Ню, архивариус джедаев. Хотя она обычно требовала, чтобы Рыцари Джедаи вели собственные исследования, она согласилась помочь Оби-Вану, поскольку вопрос был столь неотложным. Жизнь молодого человека могла быть под угрозой. Голограмма Гиллама все еще рвалась в сердце Оби-Вана – тем, как он сжал пончо вокруг плеч, храбростью, которую он пробовал передать.

Ни один из экспертов не придумал ничего. И Оби-Ван мучался чувством, что он что-то пропустил. Что-то очевидное.

Он вернулся в свои апартаметы, чтобы подумать. Он чувствовал, что ему нужна больше помощь Учителя, чем Анакина. Он хотел, чтобы кто-нибудь дал ему указания, где смотреть.

В своих сообщениях из Школы Руководителй, Анакин казался самостоятельным, полностью отвечающим за ситуацию. Оби-Ван не знал, была ли тайная команда вовлечена в исчезновение Гиллама, но он гордился своим падаваном, что тот так быстро проник к ним. Он только не хотел слышать нечто такое в голосе Анакина, что напомнило ему собственное прошлое. Когда он сам был падаваном, ему пришлось покинуть Джедаев на некоторое время после встречи с группой мятежников на Мелиде-Даан, называющих себя Молодыми. Как он считал, у Молодых был пыл, обязательства и важные причины. Когда Куай-Гон запретил ему остаться и помогать им, он повернулся спиной к Джедаям. Тогда для него это имело большой смысл. Он чувствовал себя очень хорошо – и он был очень не прав.

Внутренний баланс. Нужен опыт, чтобы знать, когда ошибочный инстинкт заставлял делать странный крен.

Но Анакин не был таким. Для Анакина быть Джедаем означало все.

Оби-Ван возвратился к своей более неотложной проблеме. Он просмотрел отчет безопасности еще раз. Что же он пропустил? У него было чувство, что Куай-Гон знал бы. Его Учитель всегда мог объединить эмоции с логикой и сделать правильный вывод. Найди эмоции за логичностью – или нелогичность, сказал бы Куай-Гон. Если ты не можешь увидеть решение, попытайся разглядеть эмоции. Но если что-то казалось Оби-Вану логичным, было трудно увидеть нелогичное внутри.

Он ясно услышал голос Куай-Гона в своей голове. Если что-то невозможно, тогда этого не было.

Оби-Ван встал так резко, что отчет упал с его коленей. Безопасность не была нарушена. Гиллам никогда не покидал пределы университетского городка!

Он все еще был там. Но был он живым… или мертвым? И кто забрал его?

Ферус сообщал, как Реймет намекал, что знает, как пробраться в те места, куда нельзя заходить, в пределах школьного городка. Что, если Реймет не просто пробовал произвести на Феруса впечатление? Что, если Реймет видел что-то той ночью?