Жизнеописание - Софроний Врачанский

Автограф Софрония Врачанского — список «Истории славеноболгарской» Паисия Хилендарского, сделанный Софронием в селе Котел в 1765 г. София, Народная библиотека «Кирилл и Мефодий», № 368, авантитул.

Приписка Софрония Врачанского (автограф) к сделанному им (в селе Котел, 1765 г.) списку «Истории славеноболгарской» Паисия Хилендарского. София, Народная библиотека «Кирилл и Мефодий», № 368, лист 1.

ПРИЛОЖЕНИЯ

А. Н. Робинсон, H. Μ. Дылевский

СОФРОНИЙ ВРАЧАНСКИЙ И ЕГО ЖИЗНЕОПИСАНИЕ

1

Историческое, национальное и культурное значение просветительской деятельности и литературного творчества Софрония Врачанского не может быть правильно понято и по достоинству оценено без ясного представления тех особых условий, в которых протекала жизнь этого выдающегося писателя, как и жизнь всего болгарского народа его времени.

На исходе средних веков Болгарское царство, некогда единое и сильное, переживало процессы феодального распада и около 1363 г. разделилось на два царства — Видинское и Тырновское. Это событие совпало по времени с началом активной турецкой экспансии на Балканском полуострове, которая привела сначала к вассальной зависимости обоих болгарских царств от турецкой Османской империи, а затем (в 1393—1396 гг.) — к их полному уничтожению. Так начался тяжелейший период болгарской истории, продолжавшийся до 1878 г., когда победа России в русско-турецкой войне обеспечила освобождение болгарского народа от турецкого ига.

В конце XIV в. болгарские земли были включены в состав турецкой Румелии. Султанское правительство ввело в завоеванных странах, в том числе и в Болгарии, общепринятую в этой феодальной империи военно-ленную систему: вся земля стала государственной и раздавалась турецким феодалам, которые должны были нести военную службу, вооружая и возглавляя своих вассалов и ополчение. В условиях порабощения болгарские царствовавшие династии исчезли, а феодалы (боляре) постепенно ассимилировались турецкой феодальной средой или лишились своих владений. Крестьяне должны были платить двойные налоги — турецкому государству и местным феодалам. Ремесленное производство и торговля значительно сократились. Наступил длительный период экономического упадка болгарских городов и сел, период национальной дискриминации, религиозного угнетения и гражданского бесправия болгарского народа. В годы завоевания и в последующее время некоторая часть болгар всех сословий была уничтожена турками, часть болгар была вынуждена припять ислам и турецкие обычаи. Однако болгарский народ боролся за свое существование. На протяжении веков не раз возникали и жестоко подавлялись турками национально-освободительные восстания болгар, которые большей частью возглавлялись потомками болгарских феодалов, лучшими представителями высшего болгарского православного духовенства или богатыми горожанами.

С течением времени внутреннее и внешнее положение Османской империи стало меняться. В XVIII в. ясно обозначился давно уже назревавший кризис феодальной системы империи. Попытки правительства, в особенности во времена султана Селима III (1789—1807), предотвратить эти процессы при помощи реформ (отмена средневековой военно-ленной системы, перестройка армии и ослабление политического влияния янычарской гвардии, обновление разъедаемого коррупцией административного управления и т. п.) встретили сильное сопротивление феодалов, и началась эпоха внутрифеодальных мятежей, янычарских восстаний, массового разбоя и бандитизма, произвола имперской власти и местных властей, неудачных для государства внешних войн.

К этому времени в общественной среде угнетенных инонациональных подданных султана тоже произошли определенные перемены. В различных областях империи, особенно в греческих, а также и в славянских, в том числе и болгарских землях, происходил процесс формирования национальной, главным образом торговой, не только городской, но и сельской буржуазии. Первые представители этого социального новообразования у болгар (чорбаджии) стали приобретать определенное общественное положение и вступать в связи с более привилегированной и богатой греческой буржуазией. В городах со значительной частью болгарского населения, в отдельных зажиточных селах и старых уцелевших монастырях возникали условия, подготавливавшие национальное и культурное возрождение болгар. Однако это прогрессивное движение, чрезвычайно затруднявшееся турецким гнетом, протекало в борьбе внутренних противоречий. На его пути сталкивались культурные традиции, единые в религиозном отношении (православные). Были сильные влияния, с одной стороны, древней византийской культуры в ее современной для эпохи греческой интерпретации, а с другой — собственной древнеболгарской культуры и церковнославянской книжности, в истоках своих также тесно связанной с культурой византийской, но более архаичного периода. Главным рубежом в столкновении этих двух влияний оказалось предпочтительное отношение к одному или другому языку и образу жизни (греческому или болгарскому). К «эллинской» культуре тянулась преимущественно преуспевающая верхушка болгарского общества (чорбаджии), хранителями же и пропагандистами отечественной культуры и языка были уцелевшие монастыри и в известной мере низшее духовенство, тесно связанное с крестьянскими массами. Процесс болгарского возрождения начался в таких исключительно тяжелых обстоятельствах, когда все еще находилось под угрозой само существование болгар как народности. Главнейшей задачей стало не только сохранение болгарского языка — живого народного и церковнославянского — литературного, но и создание на болгарском (а не на греческом) языке новых культурных ценностей, просветительских, а затем и литературных. Поэтому второе из борющихся влияний, отечественное современное и традиционно-церковнославянское, хотя оно и было для этой эпохи консервативным по сравнению с «эллинским» просвещением, оказалось наиболее важным, идеологически необходимым для развития самосознания болгарского народа и исторически перспективным.

Первый деятель болгарского Возрождения, афонский монах Паисий Хилендарский в прославленной впоследствии «Истории славеноболгарской» (1762 г.) возвысил свой страстный голос в защиту болгарского народа, его языка и истории. За ним и, несомненно, под его личным влиянием шел Софроний Врачанский.

2

Жизнь Стойко Владиславова — Софрония Врачанского, этой интереснейшей личности эпохи болгарского Возрождения, протекала в обстановке бурных и трагических событий (второй половины XVIII—первых лет XIX в.). В это время, особенно в годы правления Селима III, острый экономический и политический кризис государства усугубился русско-турецкими войнами 1768—1774 гг. и 1787—1791 гг., потребовавшими крайнего военного и финансового напряжения и обременившими все население империи, в том числе и болгарское, новыми налогами. Особенно тяжелая обстановка сложилась в северо-восточной Румелии, т. е. именно в тех болгарских землях, которые примыкали к правому берегу реки Дунай, были расположены вблизи от театра военных действий и постоянно страдали от постоев и грабежей со стороны турецких войск. К трудностям беспокойных военных лет прибавились (в 1792—1806 гг.) опустошительные нападения на беззащитные болгарские села и города со смешанным болгарским, греческим и турецким населением кырджалийских отрядов, нахлынувших из Фракии. Новые несчастья болгарским землям принесло восстание крупного турецкого феодала Пазвандоглу, который объявил себя в 1794 г. независимым от турецкого султана правителем придунайского города-крепости Видина и его области. Хорошо организованные войска Пазвандоглу, состоявшие из частей янычар, отрядов кырджалиев и