Мисс Фортуна - Сьюзен Кросби

— Да что у вас двоих может быть тогда общего? — спросил наконец Марк, не скрывая своего презрения.

— Во-первых, наш ребенок…

Николь тихо простонала. Роб побледнел.

— Николь, это правда? Ты беременна?

— Да. — Она зарделась почти настолько, насколько побледнел отец.

— И когда появится ребенок?

— Я должна родить в конце сентября.

— Вы поженились?

— Нет еще, — ответил Девлин, погладив плечо Николь.:.

— Вы назначили дату?

— Нет еще.

— Почему нет? — взревел Марк.

Девлин взглянул на него и негромко, но твердо произнес:

— Этот разговор вас совершенно не касается.

— Это мой дом, — вмешался Роб, отшвырнув свою вилку. — Здесь я командую.

— Простите, тогда мы уходим. — Девлин отложил свою салфетку. — Николь…

— Прекратите! — крикнула она. — Прекратите немедленно. Да вы просто сборище неандертальцев. Особенно ты! — Она ткнула пальцем в сторону Девлина, резко отодвинула свой стул и выбежала из комнаты, оставив мужчин одних.

Николь взглянула на свои часы. Она пряталась в своей прежней комнате уже пятнадцать минут. Ни криков, ни выстрелов слышно не было, поэтому ей, по всей вероятности, можно было бы выйти из укрытия, но она злилась на Девлина за то, что он вот так объявил о ее беременности, особенно если учесть, что он согласился подождать, пока они останутся наедине с отцом.

Наконец Марк уехал. Николь услышала шум его отъезжающего грузовичка.

Она села на кровати и оглядела знакомую обстановку: кружевные занавески, самодельное покрывало с узором в виде обручальных колец, кленовый комод и овальное зеркало. Стену украшали фотографии со студенческих балов, а также спортивных мероприятий, где Николь выступала в составе группы поддержки.

Ей так хотелось, чтобы мама сейчас обняла ее и сказала, что все будет хорошо. Мама, конечно, немного расстроилась бы, но непременно постаралась бы найти выход.

Николь вышла из комнаты и направилась по коридору. Девлин с отцом перебрались из кухни в гостиную. Девлин стоял у камина, держа в руках снятую с каминной полки фотографию, а отец сидел в своем любимом кресле.

— Это Шерри, моя жена, — пояснил Роб.

— Николь очень похожа на нее.

— Как две капли воды. Хоть и совсем разные по характеру.

— В чем именно заключается это различие?

— Шерри была настолько же спокойной и мягкой, насколько… — Роб замолчал, заметив вошедшую дочь.

— У меня все хорошо, — сказала та в надежде, что это будет ответом на все невысказанные вопросы.

Девлин поставил фотографию на место, взял Николь за руку и усадил на диван.

— Я думаю, у вас наверняка есть ко мне вопросы, — сказал он, обратившись к отцу Николь.

Тот нагнулся к нему и с улыбкой ответил:

— Смею надеяться, что ты сделаешь мою дочь счастливой.

— Да.

— Подождите, — вмешалась Николь. — Может быть, все-таки стоит учесть мое мнение.

Роб улыбнулся кривоватой, слегка застенчивой улыбкой.

— Так когда, говоришь, должен родиться мой внук?

— В конце сентября. Но почему именно внук.

— Внук. У меня обязательно будет внук. Так что же именно мешает тебе выйти замуж за отца твоего ребенка?

Прежде чем Николь смогла ответить на этот вопрос, Девлин легонько сжал ее руку.

— Мы с Николь принимаем решения вместе, — ответил он. — Не беспокойтесь, вам сообщим первому.

Роб удивленно поднял брови, поняв, что его вежливо поставили на место.

— А что твоя семья? — спросил он. — Ты сказал им?

— Нет.

— Почему?

— Потому что не было случая. Но можете не сомневаться в том, что я сделаю все от меня зависящее для Николь и ребенка.

Роб протянул Девлину руку:

— Береги мою малышку.

— Можете на меня рассчитывать.

— Давай сегодня попробуем получше узнать друг друга, — предложил Девлин, когда они возвращались обратно.

— Что ты имеешь в виду?

— Переезжай ко мне. Сегодня.

— Нет, — без раздумий сказала она.

— У тебя будет отдельная спальня.

— Мне нравится моя. И в ней все мои вещи.

— Сколько вещей тебе нужно? Речь идет о нескольких неделях, и ты в любое время можешь заехать к себе и взять все, что сочтешь нужным. — Он взглянул на нее. — Николь, я имею право принимать участие.

— В беременности?

— Даже больше. Наши отношения — на всю жизнь.

Она долго молчала, прежде чем ответить.

— Я соглашусь переехать к тебе, — наконец сказала она, — только в том случае, если ты обещаешь не давить на меня по поводу свадьбы.

— Договорились. — Мудрый человек всегда уступит в пустяках, чтобы выиграть сражение.

Николь снова откинулась на сиденье.

— Ты когда-нибудь был женат?

— Если бы я женился, то сейчас был бы женат.

— То есть?

— Я женюсь только один раз. И навсегда.

— Ты когда-нибудь раньше жил с женщиной?

Неужели эта напряженность у нее в голосе — ревность? Девлин покосился на Николь, но та глядела прямо перед собой.

— Нет, я никогда не жил с женщиной.

— Почему?

— Во-первых, мой отец и дед не одобрили бы это. А во-вторых, мне до тебя не попадалась женщина, с которой хотелось бы жить. А ты?

— А я жила. — Она усмехнулась в ответ на его удивленно поднятые брови. — С женщинами. А с мужчиной нет. В последнее время вообще полюбила одиночество.

— Понимаю. Скажи, а ты любишь готовить или, может быть, лучше поедим перед тем, как доберемся до моего дома? — спросив Девлин, ловко сменив тему.

— Мне нравится и готовить и ходить в рестораны, — охотно ответила она.

Девлин кивнул.

Хорошо бы, конечно, воспользоваться удобным случаем и разузнать побольше об отце своего ребенка, но вряд ли он станет откровенно рассказывать ей о себе. А потом любое сближение грозило тем, что они вновь могли оказаться в одной постели! Ведь Николь так же тянуло к нему, как и в ту памятную ночь. А судя по взглядам, которые, как она заметила, Девлин бросал на нее, он чувствовал то же самое.

Похоже, они подожгли фитиль мощного взрывного устройства.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

— Вот это кухня, никогда в такой не была, — заметила Николь, оглядываясь по сторонам. Думаю, сюда вместится весь мой дом.

— Я отнесу твои вещи в комнату для гостей, — сказал Девлин.

— Хорошо, спасибо.

Они поднялись наверх. Николь увидела вдали открытую дверь, которая, по-видимому, вела в комнаты хозяина, в ней виднелся огромный камин и невероятных размеров кровать.

Девлин провел ее в комнату для гостей.

— А здесь нет камина? — с улыбкой спросила Николь.