Дальневосточные соседи - Всеволод Овчинников

Наконец, третий рубеж намечал к 100-летию КНР – к 2049 году увеличить ВВП еще в четыре раза – до 4000 долларов на человека при полуторамиллиардном населении.

Как же движется Поднебесная к ориентирам, которые наметил патриарх реформ? Первые два удвоения были осуществлены в намеченные сроки. На третье потребовалось не десять, а всего шесть лет. А к 2011 году валовый внутренний продукт Поднебесной намного превысил показатель, которого Дэн Сяопин мечтал достичь к 2049 году.

1 октября 1949 года, в день рождения республики, Мао Цзэдун говорил: «Отныне китайский народ поднялся с колен и распрямил плечи». Нынешний руководитель страны говорит о «претворении в жизнь китайской мечты».

Патриарх реформ Дэн Сяопин призывал не форсировать приватизацию государственных предприятий, особенно естественных монополий. Он подчеркивал, что энергетика, транспорт, природные ресурсы должны оставаться в руках государства. При этом он сделал упор на привлечение иностранного капитала в специальные экономические зоны с льготным режимом для инвесторов.

В результате за годы реформ Китай сумел привлечь иностранные инвестиции почти в полтора триллиона долларов. В стране насчитывается более десяти миллионов частных предпринимателей. На долю негосударственного сектора приходится 60 процентов ВВП.

Благодаря удачному сочетанию государственного регулирования экономики с частным предпринимательством Китаю удалось не только сохранять высокие темпы роста (7,5 процента ВВП ежегодно), но и превратиться в ведущую торговую державу. Поднебесная стала главным торговым партнером США, Европейского Союза, Японии, России.

По годовому производству стали (716 млн. тонн), угля (3,7 млрд. тонн), нефти (205 млн. тонн), газа (107 млрд. кубометров), электроэнергии (4,7 триллиона киловатт-часов) Китай лидирует в мире.

Причем в отличие от Японии, где экономическое чудо 60-х – 80-х годов в решающей степени зависело от экспорта, генератором роста китайской экономики служит поистине бездонный, неуклонно растущий внутренний спрос.

Например, впервые выпустив в 1980 году 10 миллионов автомашин, Япония сумела реализовать на внутреннем рынке лишь 3 миллиона, а 7 миллионов пришлось экспортировать, преодолевая разного рода барьеры.

Китай же и в годы нынешнего глобального кризиса умудряется не только производить, но и продавать на внутреннем рынке больше автомобилей, нежели Соединенные Штаты. А ведь американцы еще со времен изобретения конвейера неизменно лидировали в мире по этому показателю.

Недавно Китай перешел из категории аграрно-индустриальных стран в разряд индустриально-аграрных. Доля городского населения увеличилась в 11 раз и достигла 52 процентов. А горожане покупают гораздо больше, нежели жители села.

Разумеется, лидерство страны с 5000-летней историей рождает немало парадоксов. К примеру, в Китае больше чем где-либо пользователей Интернета – свыше 500 миллионов. Но там же до сих пор около 150 миллионов неграмотных.

Осудив пожизненное пребывание на высших государственных постах, пекинское руководство ограничило срок двумя пятилетиями. Нынче у власти находится уже пятое поколение лидеров. Причем у них складывается традиция добиваться того, чтобы за каждое такое десятилетие страна удваивала общий объем ВВП.

Теперь в Пекине поставили задачу: к столетию КНР – к 2049 году – превратить Китай в богатое, могущественное, демократическое, цивилизованное, гармоничное, модернизированное социалистическое государство. Неуклонно двигаться вперед по пути социализма с китайской спецификой, бороться за полное построение общества среднего достатка.

Стремительный взлет Поднебесной к мировому лидерству рождает у некоторых наших европоцентристов разглагольствования о мнимой китайской угрозе. Дескать, при самой протяженной в мире сухопутной границе с самой многонаселенной страной планеты усиление Китая – это, мол, повод для тревоги.

Между тем дело обстоит совсем иначе. Именно соседство с новым мировым лидером позволяет прицепить наш дальневосточный вагон к набирающему скорость китайскому экспрессу, ускорить развитие азиатской части России. А ведь за Уралом находится две трети нашей территории и три четверти природных ресурсов.

Социально-экономическое развитие России и Китая идет встречными курсами. Нам надо заселять и осваивать Дальний Восток. Китаю – Дальний Запад. С другой стороны, наши соседние государства служат надежным стратегическим тылом друг для друга. Поэтому их девизом стали слова: «Развиваться лицом к лицу, встречать угрозы спина к спине».

Надо признать, что мы пока еще слишком мало используем соседство со страной, ставшей лидером международной торговли. В 2000 году российско-китайский товарооборот составлял всего 5 млрд. долларов. С тех пор он вырос в шестнадцать раз – до 80 млрд. долларов. Поставлена задача довести его к 2015 году до 100 млрд., а к 2020 году до 200 млрд. долларов.

Однако даже такие впечатляющие цифры выглядят весьма скромно на фоне того, что товарооборот Китая с США превышает 500 млрд. долларов, с ЕЭС – 450 млрд., с Японией – 370 млрд. долларов.

Но еще хуже, чем объем нашего товарооборота, выглядит его структура. В 50-х годах, когда я работал в Пекине и писал в «Правде» о новостройках первой китайской пятилетки, продукция машиностроения составляла в нашем экспорте в КНР более 70 процентов. Ныне же – менее 2 процентов.

Дело сводится лишь к военно-техническому сотрудничеству и поставкам оборудования для атомных электростанций. Вывозим же мы в Китай главным образом нефть, газ да лес-кругляк.

Правовой основой наших экономических связей служит договор о добрососедстве, дружбе и сотрудничестве. Его участники обязались вести себя как добрые соседи, верные друзья, надежные партнеры. Договор выводит отношения соседних государств на уровень доверительного партнерства, направленного на стратегическое взаимодействие в XXI веке.

Итак, Китай стоит на пороге мирового лидерства. А рука об руку с Пекином Москве легче повернуться лицом к Азиатско-тихоокеанскому региону, «поймать китайский ветер в паруса российской экономики».

«Мастерская мира» станет «мировой лабораторией»

Мировая общественность не без основания именует ныне Китай «мастерской мира». Это звание первой заслужила Англия после промышленной революции XVIII века. Текстильные фабрики Манчестера сделали тогда сюртук из «аглицкого» сукна заветной мечтой любого состоятельного человека.

Благоприятный инвестиционный климат, обеспечивший приток сотен миллиардов долларов в созданные на побережье особые экономические зоны, плюс дешевая и добросовестная рабочая сила, способная безупречно работать на современном оборудовании и по новым технологиям, – вот формула успеха Поднебесной, превзошедшей в наши дни достижения воспетой Диккенсом Британии, а также послевоенной Японии.