Девушка в полосатом шарфе - Кристин Лестер

Ей надоели полторы сотни ее приятелей и друзей разной степени близости, потому что все они одинаково думали, говорили одинаковые вещи, а если она спрашивала совета – предлагали ей одинаковые варианты. Хорошо, что они все ушли в прошлое вместе с мобильным телефоном!

Кира встала с чемодана и направилась к двери, по дороге спрашивая себя: что происходит? Но странное чувство толкало ее вперед. Вряд ли она приняла это решение сама, скорее – кто-то другой. При всей своей импульсивности и взрывном темпераменте Кира считалась робким человеком; но через пару секунд она уже стояла на верхней площадке подъезда, у двери Яна, и давила на звонок, нетерпеливо пританцовывая от холода. Надо было догадаться на себя что-нибудь накинуть. Выпрыгивать в подъезд в одних шортах и майке с узкими бретельками – довольно безрассудный поступок…

Ян открыл дверь на третий звонок. Он тоже был весь домашний: в старых джинсах и потертой синей майке с разъехавшимися швами. И этот оригинальный стиль добавлял ему шарма гораздо больше, чем дорогой костюм с галстуком.

– О. Какой сюрприз. Соседушка.

– Да. Можно войти?

– Разумеется. Вы пришли помочь мне упаковать чемодан?

– Нет. Поговорить.

– Сказать мне еще пару колкостей и обозвать занудой?

– Нет. – Она вздохнула, без приглашения усаживаясь в кресло, и Ян понял, что девушке не до шуток.

– Что случилось? – спросил он участливо. И в этот момент она заметила, что в этой комнате тоже очень тепло.

– Да… Тут… Понимаете ли… Очень хочется плакать, в общем!

Ян, нахмурившись, молчал.

– А не с кем! Понимаете?

– Вполне.

– Ну… вот… – Слезы сдавили горло еще и оттого, что она тут перед ним унижается, а он, скорее всего, ее не поймет и вежливо выставит за дверь.

– Моя кандидатура вас устроит?

– Ну да. Больше все равно никого нет.

– Ну и хорошо. Тогда я мигом принесу вина… или чая? Или кофе?

– Чая. И вина. Несите что-нибудь, а то у меня валерьянка закончилась!

– Валерьянка?

– Да. Я пила ее весь вечер, чтобы не было страшно собираться.

– Страшно собираться?..

– Ну да. Страшно расставаться с домом!

– Страшно расставаться с домом? Кира, вы – уникальная девушка! Вам этого еще никто не говорил?

– Нет, – с искренним удивлением ответила она.

– Зря. Это – правда… Итак, я – на кухню! Мигом! Не начинайте без меня!

– Чего не начинать? – насупленно спросила она.

– Плакать! – крикнул он уже из кухни, заставив ее впервые за вечер улыбнуться.

Потом, с обещанной точностью, Ян вернулся с полным подносом. Может, он – волшебник? Носится тут ради нее… Даже чай успел заварить. Когда?..

– А вам, – Кире вдруг стало стыдно за свою бесцеремонность, – в общем… Не сочтите, что я – того… Может, я помешала?

Он разливал вино по бокалам и улыбался. У него была длинная челка и едва заметные ямочки на щеках.

– Да хватит вам оправдываться. Я очень рад, что вы пришли!

– Правда?

– Правда. Скучно одному прыгать на чемодане.

– Вы тоже прыгали? – обрадовалась она.

Ян улыбнулся, отпивая вино.

– Я давно заметил, что все люди совершенно одинаково собирают чемоданы. Сначала складывают все в одну кучу, потом запихивают ее в чемодан и оставшееся время до отъезда пляшут на нем, пока не застегнутся замки.

Кира от души рассмеялась:

– Вы не поверите, именно этим я занималась весь вечер! Плясала на чемодане!

– Да, похоже: у вас усталый вид. Нет! Не подумайте, что вы плохо выглядите!

– Но я не все время плясала. Иногда сидела. Но он все равно не застегивался.

– Немудрено, что после этого так хочется расплакаться. Я бы уже рыдал в три ручья. Кстати, давай перейдем на «ты»?

– Давай, – ответила она с облегчением.

– Ну и прекрасно. Если так можно выразиться, перед лицом нескольких месяцев, которые нам предстоит прожить вместе в Америке, сегодняшний вечер…

– Может, все-таки не прожить, а проработать?

– Как знать. Но я как раз имел в виду работу. А ты сразу подумала что-то еще! – Он лукаво улыбнулся.

И Кира еще раз обратила внимание, какие волнующие мускулы скрывает (или открывает?) его дырявая майка. Захотелось вдруг к ним прикоснуться. Просто прикоснуться. Просто она была неравнодушна к красивым мужчинам…

– Ничего я не подумала! Не надо говорить глупостей.

– Да ладно. Мне приятно, когда глубоким вечером ко мне приходит полуголая симпатичная девушка и…

– Почему это я – полуголая? Ой. Да. Это просто… Я так дома хожу. А у тебя тоже жарко.

Он цинично осмотрел ее ноги, обнаженные плечи и, одобрительно причмокнув языком, сказал:

– А ты без своих полосатых чулочков гораздо лучше смотришься. Нет, не то чтобы они мне не нравились, просто… как-то… Не то.

– А ты без своего полосатого шарфа!

– Не понравился?

– Ты был похож в нем на бродягу-музыканта. Или художника.

– Но в душе-то я художник. Вот поэтому и похож. Глядя на тебя, честно говоря, я тоже подумал, что ты – кто угодно, только не экономист.

– Внешность иногда бывает очень обманчива!

– Вот ты и обманываешь.

– Интересно, – машинально усаживаясь в кресло с ногами (ее любимая поза для раздумий), протянула она. – А когда ты успел рассмотреть?

– Да прямо сейчас! – Ян прищурился. – Я – старый пиарщик и хорошо разбираюсь в людях. И что, тебе совсем не понравился мой шарфик?

Она покачала головой и ответила саркастично, желая отомстить:

– Шарфик не понравился. Да и ты весь – тоже. Такой зануда, пристает в трамвае… Правда, сейчас – лучше. Намного лучше.

Он захохотал:

– Спасибо за откровенность!

– Пожалуйста.

– Ну тогда и я тоже скажу о своих вкусах. Можно?

– О, как интересно! Сделай одолжение!

Кира кокетливо наклонила голову. Разговор получал очень увлекательный поворот.

– Мне вообще не нравятся такие девушки, как ты.

Ей показалось, что она ослышалась.

– Не нравятся?

– Увы, нет.

– Упс! Что значит «не нравятся»?

– То и значит. Не нравятся. На таких, как ты, я не обращаю внимания на улице, никогда не подхожу знакомиться, да и вообще…

– А какие нравятся? – оторопело проговорила она.

– Ну… более романтичного склада. Может быть – более спокойные и… женственные.

– Да?

– Не расстраивайся, еще не все потеряно, – сказал он и, увидев, как изменилось ее лицо, весело захохотал.

– А ну перестань! Я ведь могу и обидеться.

– Ну все, все. Извини.

Кира немного подумала.

– О! Я знаю! Я должна познакомить тебя с моей сестрой. Она как раз – такая.

– Вот еще не хватало. Я и сам спокойно познакомлюсь, когда надо будет.

– С сестрой?

– Нет, с кем-нибудь, кто мне подойдет.

– А я – не подхожу.

– Нет, – с наигранным пренебрежением отмахнулся он.