Невинная для Сурового - Джулия Ромуш

меня куда-то тащить. Упираюсь ногами. Сердце истерически орет и чуть ли не разрывается на части. А громила тянет меня вперед так, будто пушинку.

— Зато мне принципиально! Вам подходит все, что движется, что ли?!

— Прет на баб с прибабахом, ты идеально подходишь.

— Я буду кричать! Я… Я… — Начинаю задыхаться от того, насколько сильно кричу, хватаю ртом воздух, но получается плохо. Он как будто не поступает в легкие.

Суровый вдруг резко останавливается. Пальцы сжимаются на кофте сзади. Меня подхватывают как провинившегося котенка. Мужчина наклоняется так, чтобы наши глаза стали на одном уровне. Страшно до чертиков.

— Орать будешь? Меня заводит. Мы с этим вчера уже разобрались. Страдаешь кратковременной потерей памяти? Заебись. Каждый раз значит будет как первый.

Распахиваю глаза на максимум. Он что несет такое? Какой каждый раз? Совсем с ума сошел?!

— Помогите… — Начинаю вопить. Выдираться. Прикладываю все силы. Мы же на улице. Мне должны помочь. Господин Юсупов. Он же не оставит меня вот так…

Вот только Суровый вместо того, чтобы злиться, начинает громко смеяться. Прямо заливается. Точно ненормальный какой-то. Может я его сильно по голове приложила? Нарушила там что-то? Он еще и голову так поворачивает, что я вижу рану. Орать еще громче начинаю. Потому что сейчас до меня доходит что со мной за вчерашнее сделают.

— Данные хорошие, будешь на моем члене вопить так, чтобы стекла трескались.

Встряхивает меня этот ненормальный. Я же хватаю ртом кислород. Чтобы продолжать кричать мне нужна небольшая передышка.

— Отпустите меня, — произношу хрипло, — вы меня с кем-то спутали. Я не та девушка… — Продолжаю свою пластинку играть. Снова все о том же. Наивно полагаю, что смогу его обмануть. — Хреново отыгрываешь, сладкая, — скалится, пальцами подбородок мой сжимает, — ты за эту ночь успела моей пожизненной должницей стать.

Я бледнею. Чувствую, как от лица отливает кровь. Пальцы рук немеют. У меня такое бывает, когда я очень сильно нервничаю. И тут в мою голову приходит новая гениальная (конечно, нет) идея. Я начинаю резко ртом воздух хватать. Как будто задыхаюсь. Пальцами сжимаю руку ублюдка, который меня держит мертвой хваткой.

— Решила мне все свои умения показать? — Хмурится. Встряхивает меня. Я же продолжаю отыгрывать. Закатываю глаза. Ноги подкашиваются, и я лечу вниз. Остается только надеяться на то, что голову об асфальт не разобью. Но Суровый вовремя реагирует и подхватывает меня на руки. — Заебись просто! — Слышу, как он недовольно ругается сквозь зубы. Меня подхватывают на руки и куда-то несут.

— Демьян! — Когда слышу голос господина Юсупова, от счастья чуть глаза не распахиваю. Это же спасение, да? Спасение?

— Не сейчас, Юсуп, — рычит громила.

Юсуп? Он его так называет? Больше похоже на дружеское обращение, чем на официальное. Эти двое друзья?

— Что с девчонкой? Ты обещал, что не будешь жестить.

— Кто ж знал, что она такая впечатлительная.

Мне становится не по себе от этого диалога. Значит господин Юсупов знал, что со мной этот ублюдок делать хочет и просто закрыл глаза?

— Давай обсудим. Она что без сознания?! — Голос Юсупова приобретает стальные нотки.

— Отдыхает, наоралась, — отрезает Суровый, — сейчас в машину ее отнесу и вернусь.

Меня и правда укладывают на заднее сидение автомобиля. Я и дальше делаю вид, что без сознания, жду пока дверца захлопнется и мужчина уйдет. Это мой шанс спастись. Только бы получилось.

Глава 8. Суровый

Давно у меня такого не было. Кровь в венах закипает. Девчонка из себя за несколько секунд выводит. Актриса погорелого театра. Решила, что сможет отделаться дешевой сценкой. Усмехаюсь. Смотрю на девчонку. Интересно, реально отрубилась или и здесь наебать решила? Мне бы проверить. Хватит даже одного прикосновения. Если притворяется, то как миленькая на дыбы встанет. Но Юсуп спину взглядом прожигает. За девчонку эту вступается. Что их связывает?! От одной мысли челюсти сильнее сжимаю. Сучка эта бодливая моя. Наиграюсь, тогда отпущу. А сейчас она для всех под запретом. Уже и не помню, когда так от бабы торкало. Привык, что все на колени падают и готовы любой приказ исполнить. Эта не такая. Бодаться будет. От этого и кайф. Сломать. Приручить. Проучить.

— Ты там долго слюни пускать будешь? — Юсуп рявкает, я лязгаю зубами. Захлопываю дверцу.

— Давай на завтра перенесем разговор по гостинице, лады? — Подхожу ближе. В машину нужно вернуться как можно быстрее. Насколько я знаю по вчерашней ночи, то девка эта со способностями. Машины без ключей заводит. Если еще и третью угонит, меня на смех поднимут.

— Дела срочные появились? — Юсуп лыбится. Явно подъебать меня хочет девчонкой. Это тоже причина смыться, чтобы не переборщить. Не в настроении я для шуточек.

— Нужно решить кое-что, — киваю.

— Ты обещал не жестить с девчонкой. Она, между прочим, на работе.

— Дай ей отгул, видишь, как умоталась на работе? В голодный обморок упала.

— В голодный ли? Или от страха откинулась?

— Что ты, я был сама скромность. Вежливо предложил пройти к машине. А она откинулась. Я ее в чувства приведу.

— В этом даже не сомневаюсь, — прищуривается, снова тачку мою осматривает. До меня не сразу доходит почему он ржать начинает. Заливается.

— Настроение смотрю хорошее?

— А ты тачку не заблокировал?

Хмурюсь. Не заблокировал? Блядь! Резко разворачиваюсь и вижу только как пятки девки сверкают. Она со всей дури несется к такси, из которого как раз люди выходят. Ну, сука.

— Стоять, — ору, но девка как будто ускоряется. Начинает нестись быстрее. На капот тачки бросается, которая уже начала потихоньку отъезжать.

Срываюсь с места. Она оборачивается. Бледнеет. Сползает с капота и забирается в салон такси. Ору таксисту, но тот, как будто глухой. Просто по газам ебашит. Запоминаю номера. Внутри все бурлит от злости. Белоснежка, сама же только хуже делаешь. Выбешиваешь. Я ведь найду. А когда найду, тебе это очень не понравится.

— Сбежала, — Юсуп все никак успокоиться не может. Его радостный вид раздражает.

— У тебя на нее инфа есть, дай мне адрес, — рявкаю, пальцы сжимаю и