Ф 2 (СИ) - Евдокимов Юрий

— Теперь придется менять команду, препод ее занес в базу. Если другую применить, косяк — обман препода, введение в заблуждение, это карцер однозначно.

— Я так понимаю, что карцер — это неизбежное место. Шаг влево — карцер, шаг вправо — карцер. Открыл рот не так — карцер. Что это за концлагерь?

— Да ну, брось, я в карцере всего пару раз побывал, а Дэф так и вообще ни разу. Тебе он не грозит, если внимательней к вопросам отнесешься — все знания, всей академической базы у нас есть. Откуда — не знаю, но есть. Возможно это работа моего драйвера. Я в библиотеке редко нахожу неизвестные книги. В основном последние доставки, лет за сто. А старые все вот тут — он постучал по голове. — и исправления в картах не знаю, они постоянно корректируются — кланы строят и разрушают крепости, города. Админы вносят исправлений много. Багов хватает.

Четыре часа лекции тянулись, как жевательная резинка — сначала сладко, потом пресно и жестко. Команда к ужину прозвучала для всех как праздник после десяти лет вкалывания рабами на плантациях.

В столовой у нас оказался свой столик, на пятерых, Стар ужинал в своем окружении старшего курса. Стопкой тарелки, две кастрюли с едой и большой графин с розоватой жидкостью.

— Это что, марганцовка? — поинтересовался, подходя Алекс, — от отравы в кастрюлях? Что тут, — он перевернул одну кастрюлю. То, что там находилось, даже не шевельнулось.

— Обычная каша. Чечевица. — Мари ловко зачерпнула ложкой кашу и хлопнула себе на тарелку. — На завтрак — рисовая. На обед — картошка с мясом. Не разгуляешься, но и голодным не останешься. Ешь, не думай.

— Да я не думаю. А вот обеспечить себя нормальной закусью надо. Есть вариант послать гонца в трактир?

— В трактир по выходным. А в будние дни — терпи. За гонца точно в карцер упекут. — Валентин ел кашу, ритмично кидая ее в рот. — Как занятия? Карцер миновали?

— Ага, но риск попасть туда был. — Эх говорил с полным ртом, — Представьте себе, наш Адмирале, сказал преподу, что команда на атаку в нашей группе выглядит так, — он растопырил два пальца.

— Чего, — не понял Валентин, — что за команда?

— Ну теперь она команда, а была номером в списке — Эх рассмеялся. — Просто Ад не догнал, что я ему показывал.

— Ужас, — Мари укоризненно глянула на Алекса, — это ж как получается, "К бою" — ментально, а "В бой" — пальцами в противника? Он же увидит команду?

— Ну вот так получилось, — Эх вздохнул. — Стар обрадуется новому варианту.

— Вряд ли. — Мари все крутила у себя перед носом растопыренные пальцы. Похоже на клоунаду.

— Это вы еще не видели наш танец иудеев, идущих на смерть, — заржал Дэф, — так что эта команда нам в тему. Противник обоссытся и умрет от смеха еще до начала боя.

— Что за танец? — Мари заинтересовалась темой — Сложный? Долго учить?

— Ага, очень. Два шага направо, два шага налево.

— Шаг вперед и два назад — это уже припевали все вместе, Эх, Дэф и Ад.

— Тю, это же еврейская песня? — Мари ошеломленно смотрела на друзей — а танец?

— Так это танец и есть. Только еще ложками махать надо, — и Дэф изобразил, облизав свою ложку, несколько нелепых движений над головой. — Впрочем, наши ложки под кроватями. И, думаю, не понадобятся долго.

Глава 3 Тревога

Академия. Алекс.

Занятия пролетали словно осенними листьями, похожими друг на друга, менялись темы, менялись преподаватели, каждое новое ободряло — а вдруг что то интересное, но:

" Курсанты, что самое главное в вашей жизни? Это знание теоретической коммуникации — без нее вам будет тяжело победить в бою. Поэтому вникайте в дисциплину, погрузившись в нее полностью, с разумом и ответственностью, потому как на экзаменах я с вас спрошу по полной. Тема первого нашего занятия…"

И так у всех, как будто под копирку. Развлекала физика. Нет, не та физика, где очкастые ботаны разжевывают законы Ньютона, а та, где бьют по лицу. Ногами, руками, палками, табуретками, в общем всем тем, что попадается под руку. Обычно тема так и называлась — "Бой предметами таверны". Или "Канализационный бой". Нет не предметами канализации, не унитазами и раковинами, а в предмете — в водосточной трубе, в колодцах, в бочках, в канализации. Мы вылазили из предмета занятий, воняющие всем дерьмом на свете, с разбитыми физиономиями и шли на десантную вышку, прыгали с нее, раскинув руки ака птица, головой вниз, что бы через мгновение оказаться на респе — чистым и без царапин. Возвращались к своей форме, валяющейся кучками под вышкой — во время таких занятий на вышку даже очередь образовывалась и все начиналось сначала. Соло бой, бой без противника, с одним противником, парный бой, бой три на три, один против трех, против двух, против пяти. Преподаватель ставил галочки в своем оценочном листе — бой один против двух проведен, ошибки — 4,6,7. И все крутилось дальше. Я уже было стал подумывать о каком нибудь варианте расслабиться, типа завести подружку или посещать вечерние занятия для девушек по плетению маскировочных сетей большого уровня, когда вдруг, прямо на занятиях по управлению петами, меня озадачил Эх:

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Ад, мне нужна помощь в библиотеке. Я там нашел очень интересный отдельчик, методики преподавания в Академии.

— Ты хочешь заставить меня конспектировать и там эту чушь?

— Нет, Ад, там записки старых преподов, старой Академии, эта же не первая, оказывается. А я нашел самую первую. Вернее, руководства, написанные еще старыми мастерами, когда они даже не знали, что курсантам ставить в тему занятий. В одной тетради так и написано, представь: " В обстановке, когда нет тем для занятия, обучаю курсантов жизни." И дальше, мелким почерком перечень жизненных вопросов.

— Ну и что там интересного, Эх?

— А то, что есть пункт о любви и стоит вот такая запись: К-2. 3 МО. лист 11. и дальше, в скобках, " исток л". Это исток любви, помнишь, Стар говорил про завещание?

— Ну?

— Ну так я нашел К-2, это отдел такой в библиотеке, рукописи, но что такое 3 МО не знаю, хранитель тоже не знает, нужно перерывать все подряд, искать эту 3 МО. Поможешь?

— Сегодня?

— Нет, вчера. Ад, там можно нарыть уйму интересного.

— Ага, пыли, бумажных блох, клей засохший.

— Ад, ты поможешь?

— Эх, как я тебе могу отказать, если все эти занятия надоели до тошноты. Конечно помогу, хоть отвлекусь чуть. Может, привлечем еще и Дэфа?

— Он плохо разбирает почерки людей, вот Мари можно. И Валентина, — быстро добавил Эх.

— Мари — можно. — Я задумчиво произнес эту фразу, но получил толчок локтем от Эха.

— Ага, папаша предупреждал же, если даже намек, то — секир башка по самые помидоры.

— Да я, Эх, о другом подумал, ты с ней в спарринге пересекался?

— Нет.

— Вот и я нет. А она на физике бывает, но я что то вообще о ее боях не слышал. Как же она тренируется?

— Ты у нее и спроси. Чего гадаешь? После ужина пойдем сразу в библиотеку. До отбоя у нас будет часа четыре. За неделю справимся.

— Неделю? — я оторопел. — Там что, так много рукописей?

— Да не так уж и много, в К-2 всего два подвала. По сотне метров каждый.

— Да ты опупел, Эх.

— Ад, у меня же помошник есть, кусок твоего Фена, ему главное поставить нужную задачу, он нам поможет.

— Ладно, после ужина.

Ну почему так бывает, когда вот хочешь вечером чем то заняться интересным, мечтаешь целый день об этом, но когда приходит этот самый вечер, то находится другое дело, супернеобходимое, интересное переносится на следующий вечер, опять день облизываний мыслей, но вечером опять что то мешает? В общем, попали мы в библиотеку только на третий день и то не вечером, а с утра — нас с Эхом назначили убирать библиотеку. Причем это сам Эх напомнил начальнику курса, что сегодня день уборки вспомогательных корпусов, в том числе и библиотеки. Он так и сказал ему — "В том числе и библиотеки". И тут же получил наряд в библиотеку и меня к нему впридачу. Ну не гад ли? Интереснее же убирать неубираемое — к примеру, конюшню. Она числится в Академии, но ее нет. А в наряд на уборку назначают счастливчиков, которые конечно все время проводят за забором в ближайшей таверне.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})