Душа дракона - Евгения Витушко

  - Боги, да не ссорились мы! - простонала я, уже жалея, что вообще связалась и с Норрой, и с ее жутким снадобьем. - И прекрати уже, наконец, меня так тереть, иначе синяков станет еще больше!

  - А вот это уже вряд ли, - неожиданно спокойно заявила тетушка, в тот же миг убирая от меня руки. - Сама посмотри - и следа не осталось! Прямо хоть сейчас под венец!

  При этих словах Лиона, не выдержав, тихо прыснула в кулачок. Лиаренна молча возвела очи горе и сжала губы - не знаю, возможно, чтобы не последовать ее примеру. К счастью, Норраэль ничего этого не заметила, слишком занятая запечатыванием обратно в пузырьки своих чудодейственных и ароматных снадобий.

  - Очень смешно, - проворчала я, не глядя на них и при этом с удовольствием убеждаясь, что чародейка права. От синяка не осталось и следа. - Спасибо, Норра... А теперь, если вы не возражаете, я пойду и поищу нашего 'разгневанного' Повелителя, - обратилась я к девушкам. - Лучше уж наблюдать за тем, как он якобы сердится, чем за тем, как вы двое веселитесь без всякой причины.

  И, получив вслед еще одну порцию сдавленных смешков, вышла из комнаты.

  К превеликой моей досаде, отыскать занятого делами Сева оказалось делом непростым - и утвердиться в этой мысли меня заставили следующие полчаса. В попытке представить себе, куда мог бы отправиться загруженный государственными хлопотами Альфа-лорд, я заглянула сначала в библиотеку и в кабинет, потом к Хирату и Телависе, затем постучалась к Таэлитте, заскочила на минутку к Грейну, со смущением столкнувшись в его спальне с какой-то невероятно рыжей и желтоглазой девицей, после чего снова побывала в библиотеке и даже, робко постучавшись, заглянула с порога в святая святых - собственную спальню Сева.

  Сереброволосого оборотня нигде не было.

  Звать я его пока не решалась - вдруг занят? - однако обойдя в бесплодных поисках почти половину альфа-дома, в конце концов сдалась. До Новолуния оставалось уже меньше часа - так или иначе, а скоро нам все равно пора будет встретиться. Придя к такому решению, я остановилась посреди коридора, по которому в этот момент шла, сняла с шеи медальон - и, глубоко вздохнув, мысленно потянулась во все стороны одновременно, надеясь, что тот, кому мой зов предназначен, услышит его и отзовется.

  'Сев... Сев!.. Где ты?..'

  'На крыше', - практически сразу же пришел ясный ответ. - 'Поднимайся!'

  Я засунула медальон в карман сарафана и отправилась на крышу.

  Если бы еще несколько месяцев назад кто-нибудь сказал мне, что на крыше дома может быть по-настоящему интересно, я бы не поверила. Ну в самом деле, что хорошего может быть в иссеченных ветром башенных шпилях или в старой, выцветшей черепице, до белизны засиженной голубями? По крайней мере, именно таким было большинство известных мне крыш в Элдаре... Однако кровля даргианского Эль-Дааррона - а точнее, просторная каменная терраса, окаймленная широким парапетом и высокими башенками - была совсем не такой.

  Начать хотя бы с того, что над ней всегда, даже в самый палящий зной, гулял свежий ветер. Создавалось впечатление, словно его появление здесь вообще никак не было связано с погодой - он словно жил прямо тут, на крыше, прячась от солнца в тени фигурных башен и каждый раз вылетая навстречу хозяевам, словно большой дружелюбный пес. Я, конечно, ни с кем не делилась своими наблюдениями, однако втайне подозревала, что без магии тут дело не обошлось. Впрочем, кроме ветра здесь было множество и других, не менее удивительных вещей, которыми заполнял огромное пространство террасы каждый из обитателей Эль-Дааррона, причем каждый - по собственному усмотрению. В самом центре террасы возвышалась высокая травертиновая беседка с изящной крышей, поддерживаемой доброй дюжиной тонких витых колонн. Внутри стояла пара удобных кресел и небольшой, но самый настоящий книжный шкаф. Это было убежище Кристакса - одного из самых старших альф, верного советника Сева, заядлого книгочея и ученого. Вокруг беседки, словно в каком-нибудь сказочном саду, в широких каменных чашах росло множество самых разнообразных цветов и растений, выращенных заботливой рукой Таэлитты. Здесь были и ярко-синие розы из имперских теплиц, и золотисто-зеленые болотные лилии с Топи, а по фигурным столбам беседки взбирались наверх ярко-красные побеги жароцвета, обильно усыпанные тонкими ярко-оранжевыми колокольчиками, искрящими на солнце не хуже пылающих факелов.

  Чуть поодаль, рядом с северной башней, располагались предметы совсем иного характера. Здесь на массивных металлических стендах можно было увидеть едва ли не все виды оружия, когда-либо изобретенные искуснейшими мастерами Террана - луки, арбалеты, копья, булавы, протазаны, хорксы... Солнечный свет отражался от гладких, как зеркало, эльфийских клинков, скользил по полированной поверхности гнутых имперских сабель и терялся в матовой черноте глеф, выкованных у подножия Рууд-варака. Собирание оружия было совместным увлечением сразу троих обитателей альфа-дома - Хирата, Райса и Дорана. Сказать по правде, здесь, наверху, находилась лишь малая часть заботливо собранной ими коллекции - остальное хранилось в доме, занимая собой целых три просторных зала в западном крыле Эль-Дааррона. После того, как эти заядлые коллекционеры попытались было отвоевать под свои сокровища еще и четвертую комнату, остальные обитатели дома не на шутку возмутились и дружно послали их... на крышу. Поэтому теперь эти устрашающие предметы украшали собой всю северную часть террасы, едва заметно отсвечивая на солнце бледно-зеленым маревом - это наложенные Норраэлью заклятия защищали коллекционный металл от сырости и непогоды.

  Миновав цветник и беседку, я немного задержалась возле целой галереи искусных каменных скульптур - плодов творческого гения Артеи, самой молодой из кузин Сева. Крайнюю из статуй, изображавшую высокую стройную даргианку с кувшином на плече, по-хозяйски обвили до самого верха цепкие побеги плетущегося ведьминого волоса - это расположенный рядом садик с магическими лекарственными растениями, принадлежащий Норраэли, настойчиво пытался отвоевать себе побольше места под солнцем. Причем, битву эту он явно постепенно выигрывал, успев потихоньку расползтись во все стороны по террасе и уже на целую треть увеличив свою первоначальную площадь. При виде меня бархатные листья кошачьей мяты сразу же оживились и с шелестом затрепетали на ветру, а ястребок ветвистый тихо защелкал твердыми семенными коробочками, издали похожими на загнутые птичьи клювы. Я, не глядя, прошла мимо них и, повернувшись лицом к парапету, остановилась. Вид на долину отсюда открывался во всей своей красе. Мягкая зелень холмов, похожих на застывшие морские волны, тут и там уже была вызолочена горячим солнцем до соломенной желтизны и покрыта частой россыпью жилищ, садов и возделанных пашен. Махровое разноцветье лугов щедро перемежалось светлыми рощами, серыми лентами дорог и голубыми - рек... А на самом парапете, прислонившись спиной к стене угловой башенки, сидел сереброволосый оборотень. Заслышав мои шаги, он оторвал взгляд от расстилающегося перед ним пейзажа и оглянулся. Я подошла ближе и присела рядом с ним на нагретый солнцем камень.