Королевство ангелов - Мария Кущиди

Отец по привычке обсуждал графа Шейдена и его дела, обязуясь как-нибудь спросить о его домашнем хозяйстве. Тут Солия вспоминала впервые за день о нем и его письме, которое он должен прислать ей если не сегодня, то завтра. Ее очень интересовал вопрос о его хобби, о котором он пообещал ей рассказать, и ожидание этого было невыносимым.

Делия в этот вечер раньше всех поднялась к себе, заявив, что ей нужно было немного отдохнуть перед скорым отъездом в Академию. Никто и не понял ее намерений, ведь уехать она должна была только через три дня, а это было еще не так скоро. Но на самом деле, как вы уже могли понять, это была отговорка, причем умелая, хоть немного и неловкая.

Покинув общество своей семьи, Делия поспешила в библиотеку. Проследив, чтобы никто за ней не шел, в том числе из прислуги, она просочилась в маленькую щель и оказалась в просторном помещении. Но сегодня книги ее не интересовали. Случившееся сегодня с ее сестрой больше всего ее волновало.

На носочках пройдя к рабочему столу отца, она достала лист бумаги из шкафчика в столе, именную ручку, подаренную ее папеньке много лет назад его лучшим другом из Парижа, и фамильную печать с инициалами Д.М.

Усевшись на гигантский стул, обитый дорогой черной кожей, девушка принялась обдумывать то, что ей следовало написать. К счастью, Делия была очень умна и сообразительна, поэтому большого труда она не испытала, придумывая легенду.

Дорогой брат мой,

обращаюсь к тебе с великой просьбой. В маленьком городке Горден-Хейле, на улочках которого мы с тобой когда-то играли, у меня появилось одно очень важное дело. Я исследую дело семьи Ольдер.

Год назад в их поместье случился кошмарный пожар, унесший славную душу этой семьи. Слышал я, у Ольдеров остался паренек, их сын, выживший каким-то чудом. Меня очень сильно печет его дальнейшая судьба. Как понимаешь, я не могу оставить его одного на жестоких улочках тесного городка. Вероятно, с его помощью я смогу найти причину возгорания поместья Ольдер и, если потребуется, поджигателя, который будет наказан по совести.

Прошу, брат, помоги мне в этом деле, чем сможешь. Я не останусь в долгу, и ты об этом знаешь.

Будут полезны любые письма, карточки и адреса знакомых этой семьи.

Заранее благодарен.

Дориан

Аккуратно сунув сложенное пополам письмо в конверт, Делия поспешила заклеймить его и как можно скорее убрать письменные принадлежности в стол. Осталось только доставить это письмо дядюшке, который жил в дальнем городе Миррайлте, наполненном солнцем и дивным ароматом цветов.

Она могла обратиться только к одному человеку поместья, который точно бы не отказал доставить письмо и притом сохранить это в строжайшей тайне.

Юный садовник Мильвен, которому не так давно исполнилось двадцать лет, еще не спал, читая какую-то старенькую книжку. Он любил читать любовные романы и ото всех скрывал это, поскольку прочтение такого рода жанра считалось девичьей забавой.

Когда Делия постучала в его дверь, он засунул книжку под одеяло и, немного прилизав свою вечно взлохмаченную рыжую шевелюру, открыл дверь.

− О, Делия, так поздно… Что тебя ко мне привело?

Мильвен и Делия были хорошими друзьями и всегда могли говорить по душам, не скрывая даже самых тайных секретов своей жизни.

Садовник пригласил подругу войти в комнату и ожидал снова услышать какую-то удивительную тайну Делии.

− Мильвен, − девушка говорила шепотом, поэтому парень слегка наклонился к ней, − у меня есть к тебе очень важное дело. Сегодня на Горден-Хейле Вальям Прокаженный напустил беду на мою сестру. Она не верит мне, говорит, что голод смутил мальчишку, вызвал в нем бредовое состояние. Я хочу разобраться в этом, узнать историю его семьи, причину пожара в поместье Ольдер. Может, он как-то замешан в том поджоге. Ну, не знаю. Версий тут может быть много. Но сам знаешь: встреча с этим бедовым парнишкой ничего хорошего не приносит.

− И что же ты хочешь узнать? А, доказать Солии, что все истории о Вальяме Прокаженном – правда. Понимаю. Твоя сестра скептик, и ее очень трудно в чем-то убедить без доказательств.

− Вот именно! Поэтому, Мильвен, прошу, как друга, доставь это письмо моему дяде Ивенту в Миррайлт. Сама я не могу это сделать, ты знаешь. А на тебя полагаюсь полностью.

− И когда выдвигаться в путь? – Садовник уже начал искать в шкафу лучшую одежду для достаточно дальней дороги.

Делия схватила его за руку, пытаясь унять этот пылкий нрав, который временами пугал ее.

− Постой, Мильвен. Я не могу отпустить тебя сейчас, близится ночь. Ты можешь заблудиться, простыть или, чего хуже, попасть не в добрые руки. Отправишься утром. Родителям скажу, что твоя матушка приболела, и тебе нужно было срочно уехать. Понимаю, это не шутки, но сейчас нет более подходящего оправдания.

− Эхх… Делия, − Мильвен успокоился и сейчас не мог не улыбнуться от вечно переживающей о нем девушке, − ты слишком печешься о слуге. Письмо я доставлю, как и ответ на него. Ради тебя я готов жить на пороге поместья твоего дядюшки хоть целую неделю.

− Вот, возьми парочку книг. Я специально купила их для тебя сегодня. – Делия протянула ему две книжки любовных романов, которые он без стеснения принял. Именно она научила его читать, а после привила любовь к девичьим романчикам, часто читая их вместе с ним. – Ты самый преданный друг, Мильвен. Добрых тебе снов!

− И тебе, Делия, всего доброго.

Оставшись наедине, садовник с теплыми чувствами рассматривал подаренные ему книги, а после стал суетливо собирать вещи для долгой дороги. Он не мог в этот раз обещать Делии послушания.

Через час, когда все в поместье уснут крепким сном, он отправится в путь.

Глава 5

Солия уже собиралась ложиться спать, как в дверь ее комнаты кто-то постучал. Она уже сомневалась, что получит письмо от графа, но именно за пару минут до того, как она погрузится в сон, чья-то беленькая ручка протянула ей конверт. Она не поняла, кто это был, но и не могла уже нормально об этом думать. Слишком уж сон овладевал ее рассудком.

Улыбка засияла на ее нежном личике. Она очень долго ждала этого письма, сама не понимая, в каких отношениях с графом они отныне состояли.

Удобно усевшись на большой кровати, девушка тонкими пальчиками распечатала письмо и достала белоснежный лист бумаги, на котором красовались знакомые ей любимые буквы. Она признавалась себе: в этот изящный, витиеватый почерк нельзя было не влюбиться .Когда она начала читать послание своего искреннего друга, ей вдруг показалось, что не она читает это письмо, а сам граф, который как-то находится в этой комнате с ней.

Милая моя