Хелл. Обещанная усем любоффф. - Елена Звёздная

— Иначе вы не понимаете! — он тяжело вздохнул, — один раз всех просто выгнали, и наемники узнали, что на Ористаните, которую вы именуете Тарге, есть кристаллы. Итог — энная по счету операция. Кстати, как ты нас заметила? Это ведь ты всех предупредила, так?

— Ты реально настолько глуп, что надеешься на мой ответ? — может грубить и плохо, зато помогает пар выпустить. — Почему ты меня не убил, раз уж всех всегда мочите?

— Я хотел, — честно признался деймас, — очень сильно хотел после того, как ты убила Истабрга. Ты первая, кто убил жителя Ористаните. Но ты уклонилась от удара, начала атаковать, даже зная, что шансов нет. Впрочем, было понятно, что защищаешь своих, и я позволил им уйти. А потом стон… и я понял, что сражаюсь с женщиной. А женщин мы не убиваем. Никогда! Это закон!

Хелл мысленно поставила зарубку — больше не стонать! Никогда!

— Что будет с теми наемниками?

— Это решать не мне, — деймас улыбнулся, — они не мои пленники.

— Так, хорошо, — Хелл села поудобнее, — а что будет со мной?

Улыбка варвара стала откровенно наглой, указав кивком на кровать, он спросил:

— Нравится?

— Не очень, — честно призналась наемница.

— Привыкай! — столь же честно посоветовал он.

Тааак. А мы пойдем другим путем. Хелл сексуально улыбнулась:

— А дальше что? Ну, развлечешься… пару дней. В итоге либо я тебя к праотцам отправлю, либо ты меня. И заляпаем твою любимую кроватку кровью… и что-то мне подсказывает, что твоя это будет кровь!

— Зато скучно не будет, — парировал он.

— А жена не против, появления новых постельных игрушек, а? — ядовито вопросила наемница, — а то глазками от ярости так и сверкала.

Деймас вздохнул, указал на стол:

— Ты есть будешь? А то я такой марафон запланировал, что боюсь, сил тебе не хватит.

— А ты за меня не переживай, — Хелл спрыгнула с кровати, подошла к столику, задумчиво осмотрела предлагаемое меню. Интересно, что некоторые блюда, которые гипотетически могли привлечь ее, сам варвар не трогал. Не желая рисковать, наемница потянулась, забрала высокий стакан из его руки, и нагло усевшись напротив, попробовала напиток. — Ммм, божественно. Это как называется?

— Лиссат. Несколько расслабляющий напиток, рад, что у нас одинаковые вкусы, — деймас улыбался, пристально следя за каждым ее движением.

Хелл послала ему очаровательную улыбку:

— Так что там с твоей женой?

— Она мне не жена, — ей показалось или на его лице промелькнуло полное грусти выражение, — она не смогла стать моей женой. Впрочем, я рад, ее заносчивый характер не делал чести моему дому. Через несколько дней глава дома Растан заберет ее.

— Какая интересная информация, бедная блондиночка, — с сарказмом произнесла Хелл, — а скажи-ка милый, тебе-то на кой Тарге сдалась?

— Внешнеполитические интересы, — деймас улыбнулся, — ты закончила с ужином?

— Нет еще. А давай-ка мы и тебе имечко придумаем, — умела Хелл наглеть, — а то господин и господин, больше на кличку похоже. А тебе красивое имечко подобрать нужно, эротишшное, типа "поймаю-поимею", что скажешь?

— Я в восторге от тебя, — снова улыбка на красивых губах, — и что, совсем не боишься?

Ой, милый, в эти игры она уже играла и не раз.

— А чего тут бояться, — Хелл изобразила мечтательное выражение, — с кем только я этим не занималась. — Она отложила стакан и принялась демонстративно загибать пальчики, — и с наставником, и с демоном, и с партнерами по команде, да и Аваргали вся, и Никея, и Когти дракона и Хозяин пожирателей и…

— Богатый опыт, — прервал он, никак не реагируя на количество названных любовников, — значит, ты уже многое можешь?

Настроение скатилось в пропасть. Хелл чувствовала себя загнанным зверьком, для которого нет выхода. Стало грустно и мерзко. Настолько мерзко, что сняв ментальный блок, она послала ему все эти эмоции, насладившись тем, как сползает улыбка с красивого лица.

— Ты мне потом обязательно расскажешь, как ты это делаешь, — прошептал варвар.

— Что "это"? — не поняла наемница.

— Ставишь этот странный синий блок, сквозь который я не могу пробиться.

— А это просто, — Хелл усмехнулась, — начинаю думать, какая ты сволочь и все получается.

То, что сказала она это зря, стало понятно, едва он встал. То, что она зря начала швырять в него всем, что было на столике, стало понятно, когда он легко уклонился от большинства блюд, но поймал лицом странный синий соус. А соуса было много.

— Я рад, что у тебя было много партнеров, — прошипел он наемнице на ухо, утаскивая ее по направлению к ванной, — а то все боялся сделать тебе больно.

Хелл попыталась вырваться, не желая прекращать попытки, даже если заранее знала, что это бесполезно, и не сразу поняла, что они падают в бассейн.

Погрузившись с головой в воду, варвар оттолкнул ее, вымывая лицо от соуса.

Наемница, не теряя времени даром, поплыла подальше, намереваясь выбраться из водоема и попытаться сигануть с балкона еще раз, справедливо полагая, что лучше разбиться, чем с этим…

Он догнал ее уже у бортика, сжал, развернул лицом к себе, впился в губы, нежно, и в то же время требовательно и неистово. Это была страсть, не прикрытая и не завуалированная ничем, страсть, которая зажгла что-то в ней. Ее сердце забилось быстрее, руки против воли обняли его за шею, она не смогла удержать стон. Казалось, только этого деймас и ждал, чтобы начать разрывать на ней одежду, не прекращая поцелуй ни на мгновение, и в то же время не забывая ласкать. Хелл не понимала, что с ней, просто чувствовала, что рушатся все барьеры, сметая и ее сопротивление, и ее ненависть. И она уже сама целовала его столь же неистово, сама прижималась к нему обнаженным телом, сама обхватила его торс ногами, когда деймас, избавившись от одежды, продолжая ее целовать, направился к ступенькам, чтобы выбраться из бассейна. Он отнес ее на кровать, заглянул с пьяные от страсти глаза, уложил на прохладные простыни и снова потянулся к ее губам. Хелл выгнулась от страсти, застонала, полностью теряя над собой контроль.

— Ты! — он, тяжело дыша, оторвался от нее на мгновение, — Какое же ты чудо, Хелли.

Она протестующее застонала, едва он оторвался от ее губ, и потянулась к нему, приподнявшись, не соображая, что делает, не желая в этот момент думать ни о чем. И не смотря на то, что где то там, внутри, что-то кричало о неправильности, наемница отказывалась слушать доводы разума. А деймас целовал ее, гладил, ласкал, сводя с ума ее и сводя с ума себя. Хелл не заметила, как оказалась сверху, лишь почувствовала, как его руки ласкают шею, плечи, спину, заставляя тело загораться тысячей точек удовольствия, как спускаются, ниже поглаживая, сжимая, и снова лаская ее тело. И она не могла сопротивляться, мечтая лишь о том, чтобы это никогда не закончилось. Лаская его руками, целуя восхитительное тело, она вдруг прикоснулась к чему-то большому, горячему и пульсирующему.