Страна чудес без тормозов и Конец Света - Мураками Харуки

– Понятно, – отвечаю я. – И до каких пор я буду заниматься этой работой?

– До каких пор? А я и сам не знаю. Видимо, пока не наступит время для чего-то другого, – говорит Страж. И, вытащив из вязанки дров поленце, начинает выстругивать очередной колышек.

– Городок у нас бедный, – добавляет он чуть погодя. – Ничего лишнего – кормить бездельников – не производит. Каждый житель где-нибудь работает. Тебе положено читать в Библиотеке старые сны. Ты ведь прибыл сюда не баклуши бить, надеюсь?

– Работа меня не пугает, – пожимаю я плечами. – По мне, так лучше работать, чем сидеть без дела.

– Вот и хорошо, – кивает Страж, проводя ногтем по лезвию ножа. – Тогда лучше поскорее браться за дело. Отныне у тебя нет имени. Ты – Читатель Снов. Точно так же, как я – Страж Ворот и больше никто. Это понятно?

– Понятно, – отвечаю я.

– В Городе может быть лишь один Страж Ворот. И только один Читатель Снов. Для чтения снов нужен статус. Сейчас ты получишь его.

Он снимает с посудной полки крохотную белую плошку, ставит на стол и наливает в нее масла. Достает спичку, чиркает, поджигает. Берет с другой полки нож странной формы – с очень узким лезвием – и прокаливает кончик на огне. Потом задувает пламя и ждет, когда железо остынет.

– Я только помечу твои зрачки, – говорит мне Страж. – Это не больно, и бояться тут нечего. Раз – и готово.

Он оттягивает мне правое веко и протыкает зрачок острием ножа. Как ни странно, ни боли, ни страха действительно нет. Лезвие входит в глаз беззвучно и мягко, как в желе. То же самое Страж делает и с левым.

– Когда ты перестанешь читать сны, эти ранки сами исчезнут, – объясняет он, возвращая на место плошку и нож. – Они нужны только для чтения. Но пока они есть, остерегайся дневного света. Запомнил? Этими глазами нельзя видеть солнечные лучи. Посмотришь на солнце – получишь Наказание. Выходи из дома либо к вечеру, либо когда очень пасмурно. В ясный день держи свое жилище в полутьме и на улицу носа не высовывай.

Он дает мне очки с черными стеклами и велит снимать их только на время сна. Так я прощаюсь с солнечным светом.

В Библиотеке я появляюсь несколько дней спустя, ближе к вечеру. Тяжелая деревянная дверь со скрипом открывается, и я ступаю в длинный пустой коридор. Воздух вокруг такой пыльный, словно здесь не проветривали годами. Половицы совсем истерлись, а штукатурка на стенах пропиталась желтым светом одинокой лампочки на потолке.

По обеим сторонам коридора тянутся двери. Все ручки изъедены ржавчиной и покрыты слоем белесой пыли. Ржавчины нет лишь на ручке хлипкой двери в самом конце коридора. За матовым стеклом горит свет. Я стучу несколько раз, но ответа не слышу. Берусь за латунную ручку, осторожно поворачиваю, и дверь беззвучно открывается внутрь. Никого. Комната похожа на зал ожидания: огромная, пустая, без единого окна. Простенький стол, три стула, старинная железная печка. Еще часы на стене да стойка для выдачи книг. На печке заходится струйками пара черный облезлый чайник. За стойкой – еще одна дверь с таким же матовым стеклом, и там тоже горит свет. Не зная, стучать или нет, я останавливаюсь и жду, пока кто-нибудь не придет.

По стойке небрежно рассыпаны канцелярские скрепки. Я собираю несколько, пару раз подбрасываю их на ладони, затем подхожу к столу и усаживаюсь на стул.

Она появляется из-за двери за стойкой минут через десять-пятнадцать. В руках – что-то вроде длинных ножниц для разрезания газет. Увидев меня, как будто удивляется: ее щеки заливает румянец.

– Простите, – говорит она. – Я и не знала, что кто-то пришел. Если бы вы постучали… А я разбирала завалы в хранилище. Там такой беспорядок.

Не говоря ни слова, я долго смотрю ей в лицо. Вроде бы она мне кого-то напоминает. Словно какой-то осадок поднимается с самого дна моей памяти. Но я не могу ничего понять, и самый нужный вопрос ускользает в кромешную тьму.

– Как вы, наверное, знаете, сюда давно уже никто не ходит, – добавляет она. – Кроме Читателя Снов.

Не сводя с нее глаз, я киваю. Пытаясь восстановить ускользающий образ, разглядываю ее глаза, губы, широкие скулы, копну подобранных на затылке волос. Но чем дальше, тем больше призрак воспоминания в моей голове расплывается. Я вытряхиваю его из памяти и закрываю глаза.

– Прошу прощения, но… вы уверены, что не ошиблись зданием? В этом районе все дома так похожи, – говорит она и кладет ножницы на стойку рядом со скрепками. – А сюда может заходить только Читатель Снов. И больше никто.

– Я пришел читать сны, – сказал я. – Так мне приказал Город.

– Извините, вы не могли бы снять очки?

Я снимаю черные очки и гляжу на нее. Она смотрит в мои зрачки, поменявшие цвет на холодное белесое пламя. И ее взгляд будто пронзает меня до самого сердца.

– Достаточно, – говорит она. – Наденьте, пожалуйста. Не хотите ли кофе?

– Спасибо, – киваю я.

Она приносит из задней комнаты две чашки, наливает кофе и усаживается за стол напротив меня.

– Сегодня я приготовлю, что нужно, а чтением снов займемся завтра, – говорит она. – Вы готовы работать прямо здесь? Есть еще читальный зал, он сейчас заперт, но я могла бы открыть…

– Можно и здесь, – отвечаю я. – Ты мне поможешь?

– Да, конечно. Моя работа – охранять старые сны и помогать тому, кто их читает.

– Мы нигде с тобой раньше не встречались?

Она поднимает взгляд и смотрит на меня в упор. Морщит лоб, словно пытаясь что-то припомнить, но лишь качает головой.

– Понимаете, память в этом городе – вещь очень размытая, доверять ей нельзя. Бывает, что-то вспоминается. Бывает, не вспоминается ничего. Наверное, вы – в той части, которая не вспоминается. Мне очень жаль.

– Да ладно, – говорю я. – Ничего страшного.

– Но мы, конечно, вполне могли где-то встречаться. Я здесь давно живу, город у нас небольшой…

– Я прибыл сюда всего несколько дней назад.

– Несколько дней? – Ее, похоже, это удивляет. – Ну тогда вы меня точно с кем-то перепутали. Ведь я в этом городе с рождения и ни разу никуда не уезжала. Наверно, вам встретился кто-то похожий…

– Наверное, – говорю я. И отхлебываю кофе. – Только знаешь, что мне иногда кажется? Будто когда-то давно все мы жили совершенно иной жизнью, совсем в другом месте. А потом по какой-то случайности забыли об этом и стали жить, как сейчас, ничего о себе не зная. Тебе никогда такое в голову не приходило?

– Нет, – отвечает она. – А может, вам это кажется потому, что вы – Читатель Снов? Все-таки Читатели Снов и думают, и чувствуют не так, как обычные люди…

– Кто знает, – пожимаю я плечами.

– Ну вот вы сами знаете, где были и что делали раньше?

– Не помню, – говорю я. Затем подхожу к стойке, беру одну скрепку и долго смотрю на нее. – Но мне кажется, будто раньше был еще какой-то мир. Совершенно точно. И будто бы там я встречался с тобой…

Потолок Библиотеки – такой высокий, что вокруг меня тихо, как на дне морском. Сжимая в пальцах канцелярскую скрепку, я стою без единой мысли в голове посреди комнаты и растерянно озираюсь. Одинокая женщина сидит за столом и молча допивает кофе.

– Я даже не знаю, зачем я здесь, – говорю я.

Чем дольше я разглядываю потолок, тем сильнее кажется, будто пыльца желтоватого света вокруг лампочки пульсирует, становясь то крупнее, то мельче. Наверное, все из-за ранок на зрачках. Страж переделал мои глаза, чтобы они различали нечто особое. Огромные старинные часы на стене медленно и беззвучно считают время.

– Видимо, я появился здесь с какой-то целью. Но теперь не помню, с какой, – говорю я.

– Это очень спокойный город, – говорит она. – Может, вы здесь потому, что искали покоя? Если так, то вам здесь понравится.

– Может быть, – будто бы соглашаюсь я. – Что я должен сегодня делать?

Она качает головой, медленно встает и убирает со стола пустые кофейные чашки.

– Сегодня у вас никаких дел нет. Работа начнется завтра. А пока идите домой и отдохните как следует.