Иногда оно светится (СИ) - Алиса Акай

— Старый развратник.

«Четыре года…»

«Замолчи».

«Почему? Ты боишься этого разговора?»

«Недостаточно свихнулся чтобы спорить с самим собой».

«Посмотри правде в глаза, друг Линус. Ты чертовски долго отмораживаешь свой зад на этой планете. А парень действительно красив. Ты видишь это? Признай. У тебя всегда был хороший вкус, просто посмотри на него.»

«Он красив в каком-то смысле. Что мне с того?»

«Ничего, друг Линус, совсем ничего. Просто, сам посуди… Четыре года… Тоскливо на маяке одному, верно? Ты еще не стар…»

«Еще одно слово — и я возьму логгер. Наверно, тебе тоже будет несладко, если я вскипячу себе мозги?»

Голос заткнулся. Не исчез, просто отделился тонкой стеночкой тишины. Я чувствовал, что он просто ждет своего часа.

Ладони на штурвале заныли, я посмотрел на них и обнаружил, что успел пробить ногтями кожу. На каждой осталось по четыре глубоких царапины, похожие на крошечные кровавые месяцы. Проклятый псих. Ты таки свихнешься здесь, если еще не успел этого сделать. Я вытер пот со лба, пальцы противно дрожали.

— Нет, — сказал я сам не знаю кому, — Никогда. Этого я не допущу.

Поднявшаяся было внутри муть осела, я снова мог вздохнуть полной грудью. Мальчишка кайхиттен лежал на моем диване, беспомощно разметав руки. Щека его лежала на подушке и из-за приоткрытых губ показался кончик розового языка. Из одежды на моем госте было только нижнее белье, от долгого использования потерявшее цвет и готовое порваться при малейшем движении. Я смотрел на него долго, несколько минут. Он лежал неподвижно, едва слышно дыша. Дыхание было слабым, но ровным. Странно, что я не услышал его там, в капсуле.

«Он будет в безопасности. Мне плевать, кайхиттен он или герханец, это ребенок, который уже отвоевал свое. Я позабочусь о нем и пусть меня разорвет на куски сам Космос, если я буду относится к нему как-то иначе, чем может относится взрослый мужчина к только становящемуся юношей парню.»

Мысли укладывались ровными правильными рядами, как гранитные буквы на влажной земле могильного холма. Я очень хорошо помнил, как выглядит могильный холм. И когда-то сам укладывал буквы.

Чтобы не отравлять его чистые легкие своим табаком, я прикрывал рот ладонью и выпускал дым наружу. Он повисал над самой водой подобно зыбкому утреннему туману, но почти тут же рассеивался. Где-то вдали, прямо по курсу, над водой зажглась крошечная желтая звезда. Я шел полным ходом к маяку.

ГЛАВА 3

«Мурену» пришвартовал к причалу — под маяком был небольшой каменный причал с парой тумб. Когда ожидался серьезный шторм, я отводил катер от маяка и ставил на якоря. Залить эту посудину здешним штормам было не по силу, а вот повредить корпус о камни или выкинуть на косу — вполне. К счастью, сезон штормов начинался ближе к осени, когда воды была еще теплой, так что такие купания мне не вредили.

Я заглушил двигатель, оставил «Мурену» остывать, сам с мальчишкой на руках зашел внутрь маяка. Первым делом стоило заблокировать внешнюю дверь. Бежать здесь некуда — куда побежишь, когда кругом вода?.. — но я осторожничал. Не хватало еще чтоб этот проныра утонул у самой косы. Плавать наверняка не умеет, сунется еще…

Набирая код на замке, я старался не думать о другом — что дальше.

Жить с военнопленным под одной крышей? Чертовски забавно.

— Купаться будешь сам, — сказал я молчащему кайхиттену, — Я с тобой и так уже навозился. Хоть диван мне и жалко.

Я отнес его на второй ярус, в свой жилой отсек. Сам я давно привык спать на третьем ярусе, отделенный от моря и воздуха только стеклянной стенкой. Я опустил койку, переложил туда кайхиттена и вышел, поймав себя на том, что стараюсь не ступать громко, будто берегу его сон.

А ведь и на самом деле… Я усмехнулся. Проснется он, откроет глаза — и что? Что мне ему сказать? И что скажет он? Черт с ним, пусть спит долго. Года пол — чтоб его забрал корабль с Земли. А потом… Потом он исчезнет из моей жизни, бесследно, как пролетающая по ночному небосводу комета.

Стоило подняться наверх и отправить доклад. Обнаружена капсула… один уцелевший… Взят в плен, содержится на маяке. Работа была несложная, мне легко давался казенный язык рапортов, но я чувствовал себя слишком измотанным для того чтобы браться за эту писанину. Сумасшедшая ночь выдалась. Лучше принять ванну и перекусить сперва.

Стареешь, друг Линус?

Старею. Последние тридцать восемь лет.

«А ведь врал ты все, — с мрачным удовольствием сказал голос, — Не так уж тебе и жалко дивана. Мог бы и искупать щенка. Минутное дело».

«И прочитать ему сказку на ночь? — грубовато отозвался я, — Это станция контроля периметра, а не дом Общества Помощи Нуждающимся.»

«Но тебе это не помешало спасать врага».

«Это было полным сумасшествием, согласен».

«Скажи честно — боишься его касаться.»

«Я не боюсь детей»

«Добрый старый Линус… Привык врать самому себе за столько лет. Ну давай же, признайся».

«Чушь собачья. В чем?»

«Он похож, очень похож».

«Вздор. Смешно сравнивать. Может, только нос и то слегка…»

«Долгий целибат притупил твою память.»

«Мне плевать».

Голос исчез, будто каким-то образом мне удалось переключить невидимый тумблер, отключающий его. Я чувствовал себя весьма паршиво. Принять ванну, перекусить и спать. Будем надеяться, сон даст мне сил. Хотя бы для того чтобы завтра взглянуть ему в глаза.

Логгер я убрал обратно в сейф, меч, эту неуклюжую тяжелую железяку, оставил в гостиной — так я называл небольшую комнатушку на втором этаже, где не было ни шкафов, ни приборов — лишь диванчик да стерео-центр. Будь здесь камин, меч смотрелся бы неплохо. А так, оставленное в углу будто зонтик, оружие смотрится не к месту и уродливо.

— В хозяйстве пригодится, — сказал я, — Будет, чем резать полуфабрикаты.

Ванная комната тоже была небольшой, учитывая размеры маяка, здесь вообще не было помещений, которые можно было бы назвать большими. Но места хватало на старую металлическую ванну метров двух в длину и блок с аппаратурой нагрева и насосом. Что хорошо, когда живешь на планете типа этой — никаких проблем с водой… В ванну потекла вода, уже опресненная и подогретая, пошел пар. Я с удовольствием сорвал с себя влажную одежду, пахнущую потом и морем, кинул ее на пол и забрался в ванну. Горячая вода согрела кровь, заставила ее быстрее бежать по телу. Я вытянулся, прикрыв глаза, слушая только журчание воды, так похожее на журчание волн за стенами маяка. С собой я прихватил вино и сигареты. Нет ничего лучше бокала вина, сидя в ванне, и выкуренной сигареты. Это размягчает. И заряжает энергией.