Анти-Горбачев (СИ) - Тамбовский Сергей

— Виктор Васильевич, — сказал командным голосом Соколов, — в соответствии с действующими правилами вам необходимо принять управление над стратегическими ядерными силами СССР.

— Хорошо, показывайте и рассказывайте, что надо делать… Григорий Васильевич, задержитесь на минутку, — сказал он Романову, — вы не против, если он тоже ознакомится с порядком работы со стратегическими силами?

Соколов на минутку смешался, но возражать не стал.

— Согласен — пройдёмте в засекреченное помещение, — и он показал направление, в котором им всем надлежало проследовать.

Это была комната на третьем этаже в конце коридора, ни Гришин, ни Романов сюда ни разу не заходили. На двери висел кодовый замок, Соколов тут же набрал шифр, дверь распахнулась с ужасающим скрипом, внутри оказался ещё один морской офицер с погонами кавторанга. Он вскочил и отдал честь министру обороны.

— Товарищ Маршал Советского Союза…

Соколов жестом остановил его и сказал:

— Оставьте нас на десять минут.

Тот немедленно исчез за дверью. Соколов сделал знак одному из сопровождающих его военных, тот положил на стол чёрный увесистый чемоданчик и нажал на запоры. Те открылись с лязгом, обнажив содержимое — ряд кнопок, две большие кнопки с надписями «пуск» и «отмена» и телефонная трубка в правом углу.

— Перед вами, Виктор Васильевич, терминал автоматизированной системы управления стратегическими ядерными силами СССР «Казбек». С помощью его осуществляется передача разрешающих сигналов на пуск ракет со специальными боевыми частями.

Глава 8. Ядерный чемоданчик

Ядерный чемоданчик

— Страшная штука, — поёжился Гришин, — и как с неё запускаются наши ракеты?

— Немного теории, — ответил Соколов, — все вероятные запуски баллистических ракет в направлении территории нашей страны отслеживаются системой раннего предупреждения и передаются на центральный командный пункт…

— В Генштабе? — уточнил Романов.

— Место его расположения строго засекречено, — отбрил его Соколов, после чего продолжил, — вся полученная информация перекрёстно проверяется офицерами этого командного пункта и в случае подтверждения нападения передаётся параллельно на три таких вот терминала. Второй экземпляр у меня, третий у начальника Генштаба.

— У Сергея Фёдоровича? — спросил Гришин.

— Да, у Ахромеева, — подтвердил Соколов. — Далее следует самое главное… сейчас я выдам вам под роспись, Виктор Васильевич, персональный ключ с номером один.

Соколов сделал знак второму офицеру, тот достал из своего дипломата пластмассовый контейнер, опечатанный с двух сторон.

— Пишите, — скомандовал Соколов этому кавторангу, — 11 марта 1985 гола в 17 часов 18 минут министр обороны Соколов вскрыл контейнер номер один и передал содержимое генеральному секретарю ЦК КПСС Гришину в присутствии трёх лиц.

Он вытащил большой чёрный ключ из контейнера, внимательно осмотрел его и передал в руки Гришину.

— А Генеральный секретарь ЦК КПСС принял от министра обороны Соколова содержимое контейнера номер один, о чём удостоверил своей подписью. Вы все тоже подпишитесь, — сказал он прочим присутствующим.

По окончании этой процедуры Соколов продолжил.

— Теперь объясняю порядок работы после получения сигнала «Нападение» — это когда загорится вот эта красная лампочка в углу терминала, — и он показал пальцем на лампочку с надписью полукругом вокруг неё «Нападение». — Вы вставляете свой персональный ключ в этот замок, поворачиваете его на полоборота вправо до риски «Рабочий режим» и…

— Нажимаю кнопку «Пуск»? — опередил его своим вопросом Гришин.

— Нет, не так быстро — сначала вы должны получить подтверждение от меня и от начальника Генштаба — для этого служит эта телефонная трубка. Связь параллельная, при снятии трубки с кронштейна подключаются обе засекреченные линии, до меня и до Сергея Фёдоровича.

— И далее мы беседуем о нападении? — спросил Гришин.

— Да, далее идёт голосовая связь — если оба ваших собеседника подтверждают факт атаки баллистических ракет, вы должны нажать кнопку «Пуск»…

— И что произойдёт далее? — спросил Гришин.

— Далее, если одновременно будут нажаты все три кнопки на трёх терминалах, специальный передатчик, занимающий две трети этого чемодана, разблокируется и передаст шифрованный сигнал в центральный командный пункт, а тот в свою очередь сразу же вслед за этим отправляет коды запуска во все части и боевые посты ракетных войск стратегического назначения. Непосредственный запуск ракет осуществляют уже специальные бойцы, несущие круглосуточное дежурство в бункерах, на подлодках и на аэродромах.

— А зачем нужна кнопка «Отмена»? — поинтересовался Романов.

— Правильный вопрос, — одобрил его Соколов, — кнопка «Отмена» активируется после нажатия «Пуска» и остаётся активной в течение одной минуты — это на всякий непредвиденный случай. Вы, Виктор Васильевич, в течение этой минуты можете отменить своё решение о запуске.

— Я так понимаю, что ваш человек с этим чемоданом будет теперь меня сопровождать везде, даже в сортир? — спросил Гришин.

— Так точно, — вытянулся Соколов по стойке смирно, — Сопровождать будет, но уж не до такой степени — за дверью подождёт.

— А когда я домой приеду, где он будет ночевать?

— Всё предусмотрено, Виктор Васильевич, одна квартира на вашем этаже снята именно для этих целей. Там он и будет ночевать. Познакомьтесь, кстати — Игнат Петрович Семаго, это один из трёх офицеров, которые будут дежурить посменно.

— И ещё вопрос, относительно этого ключа, — и Гришин покрутил в руках страшный гаджет, — где мне его хранить? Вдруг потеряю, что тогда делать?

— Можете сдавать на хранение дежурному офицеру, — пояснил Соколов, — но с обязательной фиксацией в журнале. Да, в ближайшее время… в течение недели точно… состоится учебная операция по применению спецтерминалов — не пугайтесь, пожалуйста, реальных пусков произведено не будет, но всё остальное будет в точности, как в боевой обстановке. О времени операции я сообщу отдельно.

— Искренне надеюсь, — подытожил разговор Гришин, — что мне никогда не придётся приводить эту адскую машину в рабочее состояние.

— А вот интересно, — не смог не сказать последнего слова Романов, — у американцев тоже такая же система управления ядерным оружием?

— Вы же сами понимаете, Григорий Васильевич, — перешёл с казённого на обычный язык Соколов, — что всё касающееся этих вещей строго засекречено и у нас, и у них… могу только сказать, что из открытых источников известно — да, чемоданчик примерно такой же… и да, подтверждение разблокирования кодов запуска требуется от трёх лиц. По другой версии от двух — начальник Генштаба не включен в этот список. И вместо ключа у них используется так называемая «золотая карточка», на которой по легенде написаны два общеупотребительных английских слова. А называется этот чемодан у них «football».

— Почему футбол? — спросил Гришин.

— Сложно сказать, — ответил Соколов, — скорее всего, потому что в футболе тоже есть ответные удары…

Борт номер 1 президента США

Начиная с Джона Кеннеди, все президенты летали на Боингах-707 (он же С-137 Стратолайнер), специально дооборудованных для полётов на дальние расстояния. Командовал полётом заслуженный ветеран ВВС полковник Роберт Риддик.

— Мистер президент, — сказал он где-то над датской территорией, — в Москве нелётная погода, нам дают запасной вариант посадки в Ленинграде.

— И сколько добираться от Ленинграда до Москвы? — спросил недовольный Рейган.

— Я точно не знаю, но расстояние по карте 600 километров… на поезде это очевидно будет часов 6-7. Русские поезда ходят не очень быстро.

— Мне надо посоветоваться, — сказал Рейган, немного подумав, — я сообщу о своём решении.

И командир скрылся за дверью кабины, а Рональд жестом подозвал госсекретаря Шульца и советника по национальной безопасности Макфарлейна.