Основные школы хатха-йоги - Мария Николаева

В-третьих, Шри Кришнамачарья считал важным связывать асаны между собой посредством динамических переходов (виньяс) в завершенные комплексы. Кроме того, он подчеркивал необходимость использовать при выстраивании последовательностей принцип пратикрия-асаны – компенсации, или контр-позы. Суть его в следующем: поскольку каждое действие вызывает противодействие, нужно создать условия для проявления спонтанной реакции тела. Например, прогибы должны чередоваться с наклонами, а растяжение связок – сопровождаться укреплением мышц и т. п. Оба принципа составили основу аштанга-виньяса-йоги.

Шри Кришнамачарья в поисках особого подхода к каждому ученику неизменно использовал энергию дыхания, чему никто ранее не придавал такого всеобъемлющего значения. Шри Кришнамачарья утверждал, что пранаяма коренится в асане: только выполнение асан в сочетании с определенными дыхательными техниками ведет к освоению пранаямы. И, наоборот, посредством изменения методики и длины дыхания, комбинируя асаны и меняя дыхательный ритм, можно видоизменять позы так, чтобы они удовлетворяли индивидуальным потребностям практикующего. Относительно допустимости контроля дыхания в процессе практики асан до сих пор ведется полемика даже среди последователей Шри Кришнамачарьи, не говоря уже о представителях других йогических традиций. Подробнее мы остановимся на данной критике при рассмотрении вини-йоги, где продолжают экспериментировать с подбором способа дыхания в каждой отдельной асане. В значительной мере этот вопрос касается и аштанга-виньяса-йоги, где особое дыхание уджджайи неизменно сопутствует полному динамическому циклу. И лишь в айенгар-йоге принята установка на то, что с дыханием следует работать отдельно.

В практике собственно пранаямы Шри Кришнамачарья делал акцент на использовании бахья-кхумбаки (задержки после выдоха) и усилении речаки (выдоха). Причины таких предпочтений просты: в контексте аюрведы он понимал управление дыханием как брамхана-крию (технику поклонения) или лангхана-крию (технику очищения). Применение бандх (замков) считается самым сложным в хатха-йоге, но, изучив множество текстов, Шри Кришнамачарья всегда точно определял, какую из них следует включить в каждый этап пранаямы, и особенно хорошо разбирался в эффектах мулабандхи (корневого замка). Более того, он считал правильным активно практиковать маха-мудру, соединив аспекты асаны, пранаямы и мудры в одном действии. Дешикачар утверждает, что именно его отец привнес идею бхаваны в практику пранаямы: вдох есть вдохновение от Господа, а выдох – погружение в Господа, предание себя высшей воле. Таким образом, возникает наложение этапов практики: пранаяма начинается в асане, а дхьяна (медитация) начинается в пранаяме. Если проводить параллели с тантрическими техниками, то энергию кундалини Шри Кришнамачарья приравнивал к пране. Вот почему пранаяму с усиленным выдохом и бандхами, дополняемую преданным пением, он признавал самым эффективным методом пробуждения кундалини. При подобном подходе результат практики зависит лишь от состояния ума – овладения вайрагьей (отрешенностью).

Высшие ступени практики допустимо объединить, ибо Шри Кришнамачарья рассматривал их в совокупности. Понимая хатха-йогу как садхану (духовную практику), он считал, что именно наличие устремленности превращает раджа-йогу в бхакти-йогу. Длительное сосредоточение, или дхьяна (медитация), представляет собой характерное состояние ума, который имеет ограниченную природу и вообще не способен схватывать сущее за пределами формы. Следовательно, деша (тело), или объект такого сосредоточения, должен быть непременно сагуна (качественным), а не ниргуна (бескачественным). Обычное человеческое существо нуждается для концентрации ума в определенных формах и образах, а значит, любая ниргуна-дхьяна (безобъектная медитация) есть не более чем викальпа, или продукт концептуализации – понятие или представление. Неудивительно, что визит брахмана в дом Шри Кришнамачарья воспринимал как приход самого Бога и заботился об исполнении индуистских домашних ритуалов тщательнее, чем это делается во многих храмах. Подобное весьма осторожное отношение к реализации самадхи как высшей цели йоги передалось по наследству и его ученикам, что прослеживается в их комментариях к «Йога-сутрам» Патанджали.

Распространение йога-терапии

В изданиях по йоге на Западе лишь изредка встречается напоминание о том, что йога есть не просто способ оздоровления, а путь к полному освобождению от обусловленного человеческого существования. Напротив, для индийца, воспитанного в рамках традиционной культуры, вполне актуально следующее высказывание Дешикачара: «Для большинства людей йога есть чисто духовная дисциплина, но Шри Кришнамачарья понимал ее более широко». Западный термин «йога-терапия» не означает, что приспособление методов йоги для лечения болезней и решения психологических проблем началось сравнительно недавно, будучи вызвано потребностями цивилизованного общества. В южно-индийской лексике ему соответствует специальный термин йога-чикитса, и существуют многочисленные коннотации между практикой йоги и традиционной индийской медициной (аюрведой). В йоге применяется много различных методов лечения: иногда нужна мантра, в других случаях необходимо изменить диету, порой используются асаны, а некоторым людям помогает пранаяма. В любом случае, болезнь становится препятствием на пути к духовному просветлению, которое нужно устранить.

Рекомендации Шри Кришнамачарьи по достижению физического, умственного и духовного здоровья основывались на пульсовой диагностике, аюрведе и йогической системе оздоровления Натхамуни. Истоки его целительских способностей кроются в той среде, в которой он вырос, и первые советы по лечению диабета и других болезней он получил от отца. Шри Кришнамачарья ясно понимал, что ему необходимо хорошо разбираться в медицине, поэтому он побывал в Бенгалии, где учился у известного целителя Кришны Кумара. Также он умел получать важнейшую информацию о состоянии человека, исходя из пульса. Это знание он перенял от мастеров и из древних текстов: кто бы ни обращался к нему за помощью, прежде всего он проверял пульс. Дело в том, что практика йоги воздействует на нади (энергетические каналы тела), что отражается на частоте сердцебиения, которая показывает, как строить последующую практику. В целом, для улучшения здоровья и увеличения продолжительности жизни следует замедлять пульс.

Тем не менее, Шри Кришнамачарья пренебрегал техниками шаткрийи – шесть способов внешнего и внутреннего очищения тела от загрязнений. Неизменно предписанные аюрведой для подготовки к любому лечению, они рекомендуются в «Хатха-йога-прадипике» для подготовки к соблюдению моральных требований ямы и ниямы. Шри Кришнамачарья не видел в них особой необходимости, поскольку при правильно построенной практике асан и пранаямы, в совокупности с внимательным отношением к выбору пищи, дополнительное очищение не требуется. Данные техники получили разработку в других течениях хатха-йоги, особенно в школах Дхирендры Брахмачари и Шри Йогендры. Несмотря на полное отсутствие столь важного аспекта терапевтической практики, лечение методами аюрведы и йоги стало важнейшим направлением в последний период деятельности Шри Кришнамачарьи. Поскольку на протяжении всей жизни к нему обращались люди, страдавшие от всевозможных болезней, продолжением этой составляющей его биографии выступает текущий прием больных в Кришнамачарья-йога-мандире.

Феномен «дилетантизма» в йоге

Шри Кришнамачарья был признанным «профессионалом» в йоге, окруженный более или менее серьезными продолжателями его дела. При наличии множества последователей неизбежно возникает характерная черта дилетантизма, – игнорирование дифференциации внутренней структуры. Другая крайность, которая часто совпадает с первой, состоит в допущении самоопределения для каждого, кто объявляет себя причастным традиции. В итоге, складывается внешнее впечатление, что за общими фразами «йоги считают», «в йоге принято» скрывается вседозволенность создавать собственную йогу, вовсе не считаясь с объективными законами развития. Тогда традиция воспринимается со стороны как нечто однородное и в то же время совершенно хаотичное, «кишащее» яркими и не слишком яркими личностями. Но нет йоги вообще и нет «йоги Шри Кришнамачарьи», подобно тому как нет ни философии как таковой, ни «своей» философии, даже «философии Гегеля». Перед человеком, желающим чего-то достичь, встает проблема определить, какие существуют варианты формулировки цели и способы их достижения. Поэтому ему приходится начинать со структурирования, точнее, постижения структуры традиции в целом, а при выделении элементов неизбежно оказывается, что вычленить их едва ли возможно, и нужно налаживать связи.