Курсант Сенька - Дмитрий Ангор

просыпается, а я уже на ногах. Натянул старые спортивные штаны, майку с растянутым воротом и выскочил во двор. И снова пробежка — три километра до речки и обратно. А пока бежал, в голове крутились формулы по физике. Сила тяжести, ускорение, законы Ньютона. Всё это я уже когда-то знал… в другой жизни. Странно, вообще, осознавать, что я — сорокапятилетний бывший боксер — теперь заперт в теле семнадцатилетнего деревенского пацана Сеньки. Но ответов мне на это так понимаю здесь никто не даст, а скорее упекут в психбольницу, если начну задавать лишние вопросы.

Добежав же до речки, я сделал разминку. Потом отжимания — сто раз. Подтягивания на суку старого дуба — пять подходов по пятнадцать. Мышцы горели, но я знал, что это необходимо. В военном училище физподготовка — это половина успеха. А я туда обязательно поступлю, снова…

Потом я вернулся домой, на завтрак были — молоко, каша, яйца. А мать смотрела на меня с удивлением.

— Ох, Сенька, и зубришь целыми сутками науки сидишь и еще спортом занимаешься. А отдыхать-то когда?

— Не могу, мам, отдыхать. В военное ведь поступаю не для отдыха и надо быть в форме.

Она опять вздыхает. Не понимает, откуда у меня такое рвение. Ну еще бы — раньше я был обычным деревенским пареньком, а теперь с утра до вечера или бегаю, или над книжками корплю. После завтрака, кстати, снова — учёба. Разложил на столе учебники — алгебра, геометрия, физика, русский язык. Всё это я когда-то знал, так что, думаю все будет в порядке — плюсом Сенькины знания подключу, ведь он только недавно школу десять классов окончил.

Вот и сижу, да решаю задачи по геометрии. Теорема Пифагора, подобие треугольников. Потом физика — электричество, магнетизм. Записываю формулы в тетрадь, решаю примеры. Время летит незаметно в общем. А после обеда — снова тренировка. Во дворе даже соорудил самодельную грушу из мешка с песком. Бью по ней, отрабатывая удары. Прямой левой, правой, боковой, снизу. В прошлой жизни я занимался боксом на профессиональном уровне. И что-то мне подсказывает, что в этой жизни мне эти навыки, ох, как сильно пригодятся.

Тем временем соседский Витька смотрит через забор.

— Сень, ты чего колотишься? В армию готовишься?

— В военное училище, Вить.

— А-а-а… — тянет он без особого интереса. — Пошли лучше на речку, девчонки там.

— Некогда мне, Вить. Может, вечером и то не факт.

Но вечером я, конечно же, снова за книгами. Русский язык, литература. Пушкин, Лермонтов, Толстой… Читаю, делаю выписки, учу стихи наизусть. В голове крутятся строчки из «Евгения Онегина» вперемешку с формулами по физике. Дурдом одним словом!

Потому я решил позволить сделать себе перерыв и почитать газету — «Советский спорт». Глянул на дату и меня осенило! Я же знаю результаты многих знаменитых боксёрских поединков! Может, найти в городе кого-то из знающих людей и договориться о споре на исход какого-то боя.

Напрягаю память… Точно! Как раз недавно состоялся бой между Марвином Хаглером и Уилфордом Сципионом за титул чемпиона мира в среднем весе. Хаглер победил техническим нокаутом в четвёртом раунде в марте. Это было громкое событие! А ещё будет бой Роберто Дурана с Дэйви Муром. Дуран должен победить… Если бы поставить на эти исходы, то поднял бы очень прилично… Но где взять деньги? У родителей просить не хочу — у нас в семье каждая копейка на счету. Значит, надо подработать.

Потому на следующее утро я решил обойти деревню в поисках работы. И первым делом зашёл к председателю колхоза, дяде Мише.

— Здравствуйте, Михаил Васильевич! — поприветствовал я его, входя в кабинет.

— А, Сенька! — председатель оторвался от бумаг. — Чего тебе?

— Работа нужна, Михаил Васильевич. Хоть какая-нибудь. Деньги нужны на учёбу.

— Да какая работа, Сень? — председатель почесал затылок. — Пока все уж сделано… Хотя, вот что! На ферме скотник заболел, Степаныч который. Может, подменишь его недельку? Работа, конечно, не сахар…

— Согласен! — выпалил я. — Когда приступать?

— Да хоть сегодня. Сходи к бригадиру фермы, к Анне Константиновне, она тебе всё покажет.

И я не стал откладывать с этим — Анна Константиновна, грузная женщина лет пятидесяти с красным от постоянного загара лицом, встретила меня правда без особого энтузиазма.

— Ты? На ферму? — она окинула меня скептическим взглядом. — Да ты ж городской почти, книжки всё читаешь. Не боишься руки запачкать?

— Не боюсь, Анна Константиновна, — твёрдо ответил я. — Я сильный, выносливый. Справлюсь.

— Ну-ну, — хмыкнула она. — Ладно, пойдём, покажу фронт работ.

Ферма встретила меня характерным запахом и мычанием коров. И Константиновна провела краткий инструктаж.

— Значит так, Сенька. Твоя задача — убирать навоз, разносить корм, следить за поилками. Начало в шесть утра, заканчиваешь, когда всё сделаешь. Ясно?

— Ясно.

— И ещё, — она строго посмотрела на меня, — коров не пугать! Они от испуга молоко теряют.

— Понял, не буду пугать.

— Хорошо — завтра в шесть жду.

* * *

Первый рабочий день начался в полшестого утра. Я пришёл на ферму даже раньше Константиновны. И она, увидев меня, удивлённо подняла брови.

— Гляди-ка, пришёл всё-таки. Думала, передумаешь.

— Я слово держу, — ответил ей.

— Ну, держи-держи. Вот тебе вилы, лопата, тачка. Начинай с дальнего конца.

Работа же оказалась тяжёлой, но не сложной. Я методично чистил стойла, вывозил навоз, подсыпал свежую солому. Коровы косились на меня с любопытством, но не нервничали. Видимо, чувствовали, что я не причиню им вреда. Так что к обеду я уже управился с половиной фермы. Руки гудели, спина ныла, но я был доволен. Это была хорошая физическая нагрузка, не хуже моих тренировок.

А во время обеденного перерыва ко мне подсела доярка тётя Валя.

— Молодец, Сенька! Не ожидала, что ты так справишься. Степаныч обычно до вечера копается.

— Спасибо, тёть Валь. Я стараюсь.

— А чего это ты вдруг на ферму пошёл? Говорят, ты в военное училище собрался?

— Да, собрался. Деньги нужны на дорогу, да на первое время.

— Дело хорошее, — кивнула она. — Мой Колька тоже в армии служит, в танковых войсках. Пишет, что служба нравится.

И после обеда я продолжил работу. Но когда добрался до последнего стойла, случилось непредвиденное. Молодой бычок, которого я не заметил в углу, вдруг решил, что я представляю для