Каникулы по-человечески - Юрий Дружников

-- Ну, пожалуйста... Ты же понимаешь!.. Будь умницей, очень тебя прошу!

Она показала пальцем на форточку в окне, выходящем на соседний балкон.

Маэстро Жора, не дыша, стоял во дворе и не сводил глаз с балкона.

Капуша пошла по узкому карнизу, прижимаясь к стене. Вот она добралась до соседнего балкона, прыгнула в форточку и оттуда помахала Оле кончиком хвоста.

-- Забирайся, забирайся в комнату! -- крикнула Оля.

И девочка со всех ног помчалась на лестничную клетку, чуть не сбив с ног собственную маму.

Оля подбежала к Диминой двери, прижалась к замочной скважине и зашептала:

-- Капуша, Капуша, иди сюда! Сюда!..

-- Угу, -- послышалось из-за двери.

Оля хотела посмотреть через скважину, что происходит в Диминой квартире, но увидела только глаз, который ей подмигивал. Капуша тоже решила посмотреть в замочную скважину -- с другой стороны.

-- Открой! -- попросила Капушу Ольга. -- Это же очень просто: на замке есть колесико, возьмись за это колесико и поверни.

На шум у двери стали собираться обитатели лестничной клетки. Жора разглядывал их в окно. Они были в пижамах, ночных рубашках, пальто, в шлепанцах.

Мракобес лаял, становился на задние лапы, звал обезьяну. Замок не открывался.

-- Ну постарайся, Капуша, сообрази! -- умоляла Оля. -- Надо только повернуть ручку. Понимаешь, -- по-вер-нуть...

Замок покряхтел, щелкнул. Дверь открылась.

-- Наконец-то! -- вздохнула лестничная клетка.

Капуша бросилась на шею Оле.

Мама и папа увели Диму. Он спал на ходу. Через минуту лестница опустела.

-- Как же я сразу не сообразил? -- упрекнул себя Жора, возвращаясь в кафе "Снеговик". -- Ну, конечно! Обезьяна сама вылезет из форточки и прибежит ко мне за мороженым. Не будь я специалистом ниже нуля, если не заманю обезьяну к себе! А тогда...

Двадцать вторая история. ОШИБКА КЛОУНОВ

Билеты были куплены еще до каникул. В этот день Ольга, проснувшись, прошептала одно слово:

-- Цирк...

Павел с Олей одевались.

-- Мама, -- спросила Оля, -- а где шуба, которая мне стала мала?

-- Для Капуши? -- догадалась Наташа.

-- Конечно! У нее ведь тоже каникулы, и она никогда в жизни не была в цирке.

-- А ее пустят без билета?

-- Пустят! -- заявил папа, несмотря на возражения мамы.

Наталья порылась в шкафу и извлекла оттуда шубку, шапочку с помпоном и валенки, оставшиеся от тех времен, когда Оля была маленькой.

Обезьяна надела старую Олину шубку, из которой Оля выросла, и сразу стала обыкновенной девочкой, только немножко волосатой и с хвостом. Нос и рот ей Оля закутала шарфиком, чтобы Капитолина не дышала холодным воздухом.

-- Конечно, этот ребенок одет не очень модно, -- сказала Наташа. -- Но, может, так даже лучше, потому что от моды до простуды -- один шаг. Идите!

Оля с папой и Капушей пришли первыми.

Зал потихоньку заполнялся публикой.

На арене еще было полутемно, когда появился мороженщик.

На плече у маэстро висел ящик с надписью "Мороженое". Нет, не тот ящик, набитый деньгами, что лежал у Жоры в кафе "Снеговик", в тайнике. Это был другой ящик, как две капли воды похожий на спрятанный под полом.

Мороженщика с ящиком пропустили без билета. Но он не торговал. Он поставил ящик возле барьера и стал ждать, когда начнется представление.

Капитолине надоело долго сидеть на одном месте. Чтобы размяться, она начала раскачивать кресло, отчего закачался весь ряд. Те, кто сидели вокруг, обратили внимание на обезьяну. Они стали показывать на Капушу пальцами и шептаться.

Засветились прожектора. Музыка грянула так громко, что Капа от страха съежилась и закрыла глаза. А когда открыла, увидела на сцене собачек, которые танцевали, прыгали через кольцо и катили друг друга на тележке. И после каждого номера дрессировщик давал им лакомство.

За собачками выступали дрессированные лошади, потом канатоходцы, фокусник, жонглер, икарийцы, которые крутят ногами разные предметы и друг друга. А между номерами выбегали на арену четыре клоуна Сидоровы: Бам, Бим, Бом и Бум.

Кто из них кто, разобрать было совершенно невозможно. Они были братьями-близнецами и похожи друг на друга так, что в детстве их путала родная мама. Клоуны кувыркались, разговаривали со зрителями, пели. Ребята кричали изо всех сил. И Оля кричала. Капуша удивленно поглядывала, не понимая, почему кричат все, а кувыркаются только на арене.

Но вот весь зал замер. На арену вышли люди в серебристых костюмах. Они уцепились за канаты и полезли вверх, к куполу. Там они уселись на трапеции и стали раскачиваться.

Свет потух. Оркестр умолк. Серебристые костюмы воздушных гимнастов засветились, заискрились в темноте. Казалось, купол начал вращаться, а вместе с ним гимнасты. От этого мелькания у Оли закружилась голова.

Прожектора снова осветили арену. Гимнасты по канатам спустились вниз. На сцену опять выскочили клоуны Сидоровы -- Бам, Бим, Бом и Бум. Они стали подбрасывать клетчатые кепки и кричать.

-- Подумаешь, воздушные гимнасты! -- передразнил Бам.

-- Я тоже так могу! -- заявил Бим.

-- И я! -- подтвердил Бом.

-- Даже еще лучше! -- крикнул Бум.

Они полезли по канатам вверх. Но тут же Бум упал на ковер, на него Бом, а на них Бим с Бамом.

-- А кто из вас хочет попробовать? -- спросили клоуны, и все четверо хитро прищурились.

Этот вопрос клоуны задавали всегда, и ни у кого из зрителей никогда не возникало желания выйти на арену. Зрители только смеялись.

Но на этот раз Сидоровы ошиблись.

Из пятого ряда на арену выскочила девочка не девочка, мальчик не мальчик в красном лыжном костюме -- Капитолина. Пробежав по ступеням, она прыгнула на арену.

-- Капуша, ты куда?

Ольга прижала руки к груди и не знала, что делать.

Клоуны тоже растерялись.

-- Капа, назад! -- крикнул Павел и бросился на арену вслед за обезьяной.

Капуша ухватилась за канат и стала взбираться вверх.

-- Капа, умоляю, вернись! -- кричал Павел, стоя посреди арены и протягивая руки вверх.

-- Во дает! -- кричали в зале.

-- Да он никакой не зритель, это подставной артист! Он специально сидел, я сразу догадался!

-- Капа, вернись! -- кричали Бам, Бим, Бом и Бум, совсем забыв о том, что они должны смешить публику.

Клоуны боялись, что сорвется представление.

Капуша забралась под самый купол, так что люди внизу сделались маленькими.

Жора встал, от волнения вытащил порцию мороженого и собрался ее съесть.

Капитолина прыгнула вниз.

-- Ах! -- раздалось в зале.

Оля закрыла глаза.

Обезьяна пролетела по воздуху и ухватилась за трапецию. Она раскачалась, ногами зацепилась за другую трапецию и полетела над самыми головами зрителей, выхватив у Жоры из рук мороженое.

-- Ох! -- вздохнул зал, засмеялся и зааплодировал.

Под самым куполом Капуша развернула мороженое и съела.

Чтобы зрители не подумали, что срывается представление, заиграла музыка.

Под музыку Капуша начала вытворять нечто немыслимое. Она крутила в воздухе тройное сальто, опускалась почти до самого ковра и снова улетала вверх.

Зал награждал ее оглушительными аплодисментами.

Специалист ниже нуля вытащил из ящика еще порцию мороженого и подбросил вверх. Капа ловко ее поймала. Жора подмигнул ей. Дескать, давай, крутись, получишь еще!

Только одна женщина, в девятом ряду партера, хмуро смотрела на происходящее. Она не хлопала, не улыбалась, а нервно ерзала в кресле. Это была Розочка Николаевна.

Она пришла отдохнуть и насладиться, и тут опять ей попалась эта противная обезьяна, которая поссорила ее с Виктором. Сейчас Розочка с ней рассчитается раз и навсегда.

Она встала, открыла сумку из крокодиловой кожи и вытащила оттуда пульверизатор с большим флаконом духов. Розочка Николаевна обхватила рукой резиновую грушу и нацелила пульверизатор вверх.

-- Сядьте, девушка! Вы же не прозрачная! -- посоветовали ей.

Но Розочка Николаевна даже не ответила.

Капуша раскачивалась под музыку на трапеции и готовилась зацепиться за другую трапецию хвостом. Она прыгнула и пролетела над самыми головами зрителей. Тут Розочка Николаевна изо всех сил нажала пульверизатор.

"Пш-ши-к!" -- раздалось в воздухе.

Над партером поплыло облако духов.

У Капуши защипало глаза, и ей захотелось немедленно чихнуть. Внизу зрители тоже начали чихать.

Обезьяна зажмурилась и почувствовала, что летит неизвестно куда и очень долго. Летит, а зацепиться лапами или хотя бы хвостом не за что.

-- Она разобьется! -- крикнула Оля.

Розочка Николаевна усмехнулась и спрятала пульверизатор в сумку.

-- Ах! -- снова разнеслось по залу.

Капитолина перевернулась в воздухе, чтобы упасть не на спину, а на ноги. Она ударилась обо что-то и открыла глаза.

На манеже лежал астроном Павел Кольцов. Капуша сидела у него на спине. Павел увидел, что обезьяна падает. Он бросился к ней, но споткнулся. Он упал на опилки, а Капуша на него.

-- Апчхи! -- сказала Капитолина.