Оборотень - Бредли Сноу

Он был удивлен, как они могли слышать, что он говорит в таком шуме.

— У вас прекрасные дети, — сказал он, идя к противоположной двери.

— А как поживает ваш мальчик? — Энни совершенно забыла об их сыне. Ему было уже девять. Он на год старше Шена.

— С ним все хорошо, как можно только желать, — сказал Джон. — Правда, он часто простужается.

— Это плохо.

— Не очень. — Джон улыбнулся. — Я думаю, что этот маленький паразит делает это, чтобы пропускать школу.

— Это жестоко, — сказала Энни, помогая ему одеться.

— Жестоко что? — он рассмеялся. — У этого паразита есть голова на плечах, и он этим пользуется.

Они вежливо засмеялись.

— Уверен, что не хочешь остаться? — спросил Мартин. — Ты выглядел не очень хорошо.

— Нет, я и так побеспокоил вас своим головокружением и всем остальным, и я действительно должен ехать.

Он снова пожал руку Мартину, и Мартин заметил, что рукопожатие было слабее, чем раньше, и рука слегка дрожала. Он взглянул в глаза Джона и увидел мерцающие искорки. Да, все, что его беспокоило, прошло. Он пришел в норму. И он не видел больше смысла уговаривать его остаться. Джон поцеловал Энни в щеку и вышел, не говоря ни слова. Они слышали, как он спускается. Они подождали, пока хлопнет наружная дверь, и закрыли верхнюю.

— Что теперь? — спросила Энни.

— Работаем, как черти, — Мартин быстро потер ладони. — Мы должны много сделать, прежде чем начнем новую жизнь.

Глава 4

Камни торчали из земли везде, где видно глазу. Некоторые были похожи на волдыри, другие производили впечатление оголенных точек, испещрявших землю. Когда пустынная местность кончилась, группы деревьев стали появляться на горизонте.

Если бы Энни не видела этого, она считала бы, что такого рода местность встречается лишь на небольших участках.

Они были в двадцати минутах от Сент-Джонса, и ехали по маршруту один или Трансканадскому шоссе, как говорил Джон. Кому только пришла в голову идея назвать эту двухполосную дорогу шоссе? Тем более, Трансканадским? Эта дорога ничего не делала, чтобы пересечь Канаду. Она лишь извивалась и петляла через остров.

Временами она чувствовала, что в глазах у нее рябит. Она немного устала от перелета из Торонто. Мартин улыбался рядом с ней за рулем. А почему бы и нет? Он не смотрел за детьми в самолете. Это было особенно трудно, когда они сидели на местах у окна. Все, что он сделал, это прочитал одну страницу журнала, а потом спал, летя сквозь облака, отдыхая во время поездки.

На первый взгляд остров выглядел как широкая пустынная равнина с камнями, устилавшими ее поверхность. Но стоило ей взглянуть назад, где спали дети, стало очевидно, что пейзаж изменился. Теперь, думала она, как по взмаху волшебной палочки, плоская равнина превратилась в красивые зеленые каменистые холмы. Это было, как пейзаж из другого мира. Здесь было спокойно по сравнению с городскими улицами. Воздух был свеж, и легкие хорошо дышали. Не чувствовалось привкуса печки, как в Торонто. Живя там, она никогда этого не замечала, но здесь она не могла понять, как она раньше дышала этим. Перемена в воздухе чувствовалась, как бывает, когда затушишь свою сигарету. Песня о чистом свежем воздухе звучала в ее ушах.

Она видела красный пикап Джона впереди. Красный огонек начал мигать. Она улыбнулась, подумав, что он словно подмигивает ей. Мартин повернул их «плимут» направо за машиной Джона. Она поняла, что они ехали по Роуч-Лайн. Она надеялась, что эта дорога была названа в честь какого-нибудь мистера Роуча,[2] а не в честь таракана.

Все для них встало на свои места. Они не жалели, покидая свой дом в Торонто. Они теряли лишь один месяц его аренды, и за это было уже заплачено. У них не было своей обстановки. Было чудесно снять полностью обставленный дом. Сборы и упаковка их небольшого имущества прошли быстро. Джон сказал им, что они не будут нуждаться в чем-либо в ближайшее время. Дом, который они сняли, был к счастью, действительно полностью обставлен. Он предупредил их, что обстановка, конечно, не шикарная, но она послужит им, пока они вселятся и у них будет время обжиться и решить, что им нужно. Он заверил, что там не будет беспорядка. Они смогут жить в доме сколько захотят, а если он им понравится, смогут купить его. Энни знала, что даже если он понравится им лишь чуть-чуть, они его купят.

Местная школа информировала ее, что не будет проблем с устройством Шена и Джейн, они согласны принять их документы. Учитель сообщил, что детям не потребуется терять год. У них были хорошие оценки, и они должны будут только пройти формальности окончания года. Но это не значит, что нужно сказать детям, что они могут перестать заниматься. Да она и не собиралась этого делать.

Маленькие группки домов виднелись в долине между холмами. Многие холмы были очень высоки, как горы. Она почувствовала, что машина тормозит. Она взглянула вперед и увидела, что красный пикап съезжает с дороги и исчезает между деревьями.

Не было сомнений, в какой из домов они едут. Был только один дом в этом направлении. Дорога медленно поднималась и опускалась, словно на гигантских волнах, и дом, расположенный на одном из холмов, казался кораблем, плывущим по морю.

Он смотрелся, как одинокий часовой, вечно смотрящий через холмы и лес на другую сторону дороги. Как и большинство домов этой провинции, он был построен из дерева, а не из кирпича, как в Торонто. Он был высотою в два этажа. Ей он казался домиком с детского рисунка. Он весь был бледно-желтый. Дом имел прямоугольную форму, как это часто бывает на детских рисунках. Два окна на верхнем этаже были похожи на обычные глаза. Гладкая бежевая дверь была носом. Кривой рот был образован большим окном слева от двери. Это давало понять местоположение гостиной.

Мы дома.

Молчание было прервано громовым голосом Мартина. Его повышенная громкость предназначалась спящим в машине детям.

Они спали все время езды на машине. Их не будили, потому что они, должно быть, устали от перелета.

Шен тер глаза, пытаясь стряхнуть сон, превративший его глазные яблоки в свинец. Тяжелый металлический звук захлопнутой дверцы разбудил его.

— Эй, ты! — он почувствовал руку, трясущую его за плечо.

— Пошли, маленькая обезьянка, поднимайся и посмотри, что это за дом и на что он похож.

Джейн все еще была на заднем сиденье рядом с ним. Он заметил, что и она просыпалась с трудом. В уголках ее глаз были розовые полоски, но они не выглядели болезненно. Когда она взглянула на него, в ее глазах блеснули искорки интереса. Он услышал звук расстегнутого ремня.

— Наперегонки к дому, — закричала Джейн и открыла дверцу.