Личная игрушка мажора - Дарина Адри

Глава 7

Толкаю дверь в спальню и замираю на пороге. Внутри все обрывается. Вся моя уверенность в том, что я что-то понимаю в этом мире, летит к чертям.

На кровати голой попой кверху лежит Мишка, а его рука покоится на не менее голых верхних девяносто солистки. Той, из-за которой он уговорил меня уйти из группы. Теперь поняла почему.

Сначала накатывает непонимание. Как же так? Променять меня на нее? Закусываю губу и растерянно наблюдаю за этой картиной.

Мишка потягивается и закидывает ногу на солистку. Такое привычное движение, которое срывает все предохранители в моем уставшем мозгу.

Гнев тягучей лавой растекается в груди. Хочется визжать, ругаться, поколотить Мишку, выдрать все волосы солистке. Но потом эта лава будто затвердевает и покрывается ледяной коркой.

А как мажор-то прав оказался! Я, как наивная дурочка, Мишку защищала. Да почему “как”? Такая и есть.

Будет тебе “с добрым утром, любимый”.

Иду на кухню, набираю в любимую чашку Миши холодной воды и, вернувшись, выливаю на голову своему уже бывшему парню.

Получаю от этого просто невероятный кайф от того, как резко он вскакивает и смотрит на меня все еще нетрезвым взглядом. Что ж, хорошо они отметили концерт.

Вот я нашла утешение и понимание.

Часть воды все же попадает на голосистую солистку и та тоже подпрыгивает, ошарашенно глядя на меня.

— Ты что делаешь, дура? — восклицает Мишка и хватает подушку, чтобы защитить свое самое “ценное”. Наверное, думает, что я ему сейчас прям туда и заряжу. Хорошая идея.

Солистка, вяло двигаясь, подтягивает к себе покрывало и пытается понять, что происходит.

— Я всего лишь очень прозрачно намекаю, что теперь все знаю и ты можешь дальше иметь свою гостью, — с громким стуком ставлю чашку на тумбочку и выхожу из комнаты.

В ушах стучит, пальцы сами собой сжимаются в кулаки. Иду скорее на ощупь, зная, где и что у Мишки в квартире. Почти у двери он догоняет меня и хватает за запястье, разворачивая к себе.

— Ну погоди, заюш! — пытается сгладить ситуацию он, все еще прижимая к себе подушку. — Ты все не так поняла!

— Ну, конечно! Я же дура! — высвобождаю руку и выбегаю на лестничную площадку.

Он выбегает за мной в тот момент, когда дверь бабушки-соседки напротив распахивается, и слышится громкий: “Ох!”

Бегом спускаюсь по ступенькам и растерянно останавливаюсь у подъезда. Закрываю глаза, и по щеке скатывается горячая капля. Кажется, что она обжигает даже несмотря на то, что на улице тепло.

Если бы у меня не были совсем коротко подстрижены ногти, то наверняка бы от них остались ранки на моих ладонях, до того сильно я сжимаю кулаки. А так только маленькие ямочки останутся.

От теперь точно идти больше некуда. Достаю телефон — заряда меньше 10%. Шикарно! От мамы ни звонка, ни сообщения.

Зато от отчима: “Это не последний наш разговор”.

Дрожь пробирает до самых костей, так что я невольно оглядываюсь, боясь увидеть его где-то рядом. Не вернусь домой. Ни за что.

Подруга приедет только через три дня.

Я вернулась к тому, где была вчера. Куда мне идти? На вокзал спать? Достаю из кармана деньги, которые мне дали в клубе. На хостел на сегодня хватит. И даже, наверное, на еду останется.

Но работа два через два. Сегодня если еще будут чаевые, то еще день будет где провести, а вот дальше… Но сейчас самое главное, дождаться приезда подруги. И все будет хорошо.

Нахожу ближайший хостел с более-менее нормальными отзывами и направляюсь к нему. Дорога проходит мимо уличного рынка с большим количеством лотков.

Время такое, что продавцы только начинают торговлю. Кто-то даже еще раскладывается. Они весело переговариваются друг с другом, делятся какими-то только им понятными шутками и новостями.

Первые покупатели тоже уже неторопливо ходят между лотками. Конечно же, это в основном мило выглядящие, но не очень мило ворчащие. И тут яблоки дорогие, а вот там огурцы “написано грунтовые, а они парниковые втюхивают”, а здесь вообще “тяжелее грязь, чем сама картошка”.

Это немного отвлекает от неприятных мыслей и эмоций последних суток. Я как будто на время выныриваю из себя, чтобы увидеть, что не все так уж плохо — жизнь течет дальше. Мир не рухнул. Просто это у меня почву из-под ног выбили.

А если так, то можно наверняка найти новую опору, чтобы жить дальше. Только где вот ее найти?

Оглядываясь по сторонам, через два ряда от себя замечаю знакомую фигуру, которая заставляет покрыться меня мурашками от леденящего страха. Черт. Только не он!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍