Негаснущий свет любви - Терри Грант

— Ладно, обещаю, — милостиво согласился он.

— Чем вы занимаетесь? — не скрывая любопытства, спросила Ева.

Марсель бросил на нее недоуменный взгляд.

— Да вот, сижу вместе с вами в кафе. Вернее в траттории.

— Нет, я имела в виду вашу профессию. Кем вы работаете? Чем занимаетесь в жизни?

Он сделал неопределенный жест.

— Музыкой.

— Музыкой? — удивленно переспросила Ева. — Вы что же, играете на каком-то инструменте? Или сочиняете мелодии?

— Нет, слушаю, — спокойно объяснил Марсель.

На несколько секунд ладонь Евы замерла над сумочкой, откуда она собиралась достать экскурсионный план шефа. Затем она медленно оперлась на нее подбородком, со все возрастающим интересом вглядываясь в лицо собеседника. «Фарфоровый отпрыск» тоже ответил ей любопытствующим взглядом. Так они некоторое время разглядывали друг друга, не говоря ни слова. Первым не выдержал Марсель.

— Можете не упражняться в выразительных взорах, — с ухмылкой, но на этот раз уже вовсе не самодовольной, а скорее самоироничной, проговорил он. — Мне и без них понятно, что вы обо мне думаете.

— Неужели? — не меняя позы, поинтересовалась Ева.

— Конечно, это же ясно как белый день. Вы считаете меня самовлюбленным недоумком, прожигающим жизнь на деньги своего папочки. Разве я не прав?

А парень не так глуп, как кажется, с удивлением подумала Ева. Вернее, как хочет казаться, поправила она себя.

— Вот видите, вы даже не пытаетесь возражать.

— Просто я обдумываю заказ, — спокойно ответила она, завидев приближавшегося к их столику официанта.

— На этот счет доверьтесь мне, — авторитетно заявил Марсель.

И не успела Ева снова удивиться, как он уже начал перечислять подоспевшему официанту:

— Итак, во-первых, нам каннелони по-римски две порции. Это ведь коронное блюдо вашей траттории, не так ли? — уточнил он.

Официант в ответ утвердительно кивнул.

— Да, синьор, к нам приезжают со всего Рима, чтобы попробовать это блюдо.

Да он просто водит меня за нос! — мысленно ахнула Ева. Если он знал заранее о знаменитых каннелони, значит, знал и о существовании этой траттории. Поэтому и заставил меня отправиться к Колизею. А раз так, он ориентируется в Риме не хуже меня самой. И все эти его глупые ужимки и путаница с географическими названиями не что иное, как хорошо разыгранная комедия. Ну и наглец! Ладно же, месье, сейчас я проучу вас вашим же способом. Будете вы помнить мой розыгрыш.

— Кроме каннелони еще…

— Простите, но я хотела бы внести кое-какие изменения в сделанный синьором заказ, — прервала его Ева.

Марсель устремил на нее вопросительный взгляд, а она, не обращая на него ни малейшего внимания, заговорила с официантом на его родном сицилийском наречии:

— Мой спутник немного поторопился. Мы еще немного подумаем над заказом. А пока принесите нам по стакану виноградного сока.

Официант ответил учтивым кивком и удалился.

— На каком языке вы с ним разговаривали? — подозрительным тоном поинтересовался Марсель.

На губах Евы заиграла тонкая улыбка.

— Название этого диалекта вам все равно не поможет понять смысл сказанного мною.

— А что еще вы ему заказали? Я, между прочим, хотел бы выпить «Фраскати».

— Правда? — оживилась Ева. — В таком случае я угадала ваше желание.

— Угадали? Значит, вы заказали именно «Фраскати»?

— Да, — с милой улыбкой подтвердила Ева и через несколько секунд поинтересовалась: — Скажите, а информацию о том, что здесь готовят лучшие в Риме каннелони, вы прочитали в каком-нибудь путеводителе?

К «фарфоровому отпрыску» вернулась его самодовольная ухмылка.

— Да, по приезде в Рим я купил сразу несколько. В том числе и ресторанных, — добавил он, хитро покосившись на собеседницу.

— Очень предусмотрительное приобретение, — одобрительно откликнулась Ева.

— И все же на каком языке вы беседовали с официантом? — вновь поинтересовался Марсель. — Почему вы не хотите сказать? Надеюсь, это не военная тайна?

Ева негромко рассмеялась.

— Ну что вы. Конечно, нет. Это сицилийское наречие.

— Сицилийское? — удивился Марсель. — Откуда оно вам известно?

— Все очень просто, моя бабушка по папиной линии была родом с Сицилии, хотя и прожила очень долгое в Риме.

— А почему вы были уверены, что официант вас поймет?

Ева сделала небрежный жест.

— Ну я в отличие от вас не впервые обедаю в этой траттории и отлично знаю не только здешнее меню, но и имена и даже краткую биографию работников.

— В самом деле? — поразился он. — Неужели и биографию того парня тоже?

— Вы имеете в виду того, кто принимал заказ? Ну конечно, его зовут Джорджо, ему двадцать восемь лет, он удачно женат на портнихе, и у него двое детей. Кстати, а вот он и сам возвращается.

Марсель обернулся и, увидев на подносе официанта всего лишь два стакана сока, с тревогой поинтересовался:

— А вы уверены, что он правильно вас понял? Насколько я помню, сок мы не заказывали.

— Все в порядке, не беспокойтесь, — улыбнулась Ева. — Здесь так принято. Пока будут готовиться наши блюда, мы выпьем сока. Разве это плохо?

— Нет, конечно. Но… — Марсель умолк, увидев остановившегося рядом официанта.

— Пожалуйста, синьор, — с приветливой улыбкой проговорил тот, снимая с подноса стакан с полосатой трубочкой.

Ева поднялась из-за стола.

— Простите, я отлучусь на минутку, — обратилась она к Марселю. И, проходя мимо официанта, словно бы невзначай толкнула его в сторону «фарфорового отпрыска».

Несколько раз качнувшись в руках Джорджо, поднос с двумя стаканами упал прямо на Марселя, проливая на его необъятных размеров прикид сок красного винограда. Мальчишка вскочил со стула, устремив на официанта разъяренный взгляд.

— Ради бога, простите меня, синьор, — смущенно залепетал тот. — Я не знаю, как это получилось.

— А меня не интересует, как именно вы пролили на меня сок. Я сейчас хотел бы знать ответ на другой вопрос: как я смогу выйти отсюда в таком виде?! — бросив в сердцах салфетку на стол, прогремел Марсель.

— Ну что вы, не стоит так волноваться, — принялась успокаивать своего подопечного Ева. — История конечно не очень приятная, но, согласитесь, не безысходная. Мы ведь можем доехать до вашего отеля на такси. Вы переоденетесь, а потом мы где-нибудь пообедаем и продолжим нашу экскурсию.

— Экскурсию?! — разгневанно прокричал он. — Ну уж нет, благодарю. На сегодня с меня достаточно!

Великолепно! Старая как мир уловка безотказно сработала! — мысленно возликовала Ева. Итак, счет «один — один», месье Вернье. И это только начало.