Возвышение. Земли Ордена - Михаил Павлович Игнатов

Десятки и даже сотни лечебных техник уже достаточно восстановили подвижность руки, теперь нужно её постепенно нагружать, чтобы вернуть ей былую силу, скорость и ловкость.

Работы с этим тоже было ещё очень и очень много, схватки в жетоне с этим помочь никак не могли, только настоящие схватки с Димом и настоящие тренировоки, поэтому я никуда не спешил, двигаясь шаг за шагом и сейчас просто медленно, плавно перетекал из одной стойки в другую, шаг за шагом повторяя всё то, чему научился с копьём за свою жизнь.

От первых стоек, подсмотренных у второго убитого мной — Калги — охранника старикашки-торговца, до последних стоек, которые я подсмотрел в выдуманной для меня духом битве с Драконами в Испытании Стражей.

Шаг вперёд левой, длинный выпад, когда древко скользит в неплотно сжатом кулаке, толкаемое за подток. Словно я Скорпионий Мад, который жалит хвостом врага. Крутнуть Пронзатель, заставляя его лезвия размазаться в стальную преграду, которая должна рассечь летящие в меня техники. Шаг назад, выпад вправо-вверх лезвием, влево-вниз, отбивая удары сразу двух врагов…

— Наниматель. Нанима-а-ате-ель, я прошу прощения.

Я замер, крепко сжимая Пронзатель широко расставленными руками. Ну какого дарса? Только вошёл во вкус, только-только…

Медленно выдохнув, я сжал пальцы левой руки, убирая Пронзатель в кольцо, и повернулся.

Тартакал. Нагловатый наёмник. Давненько его не видел. Пожалуй… Очень давненько, со дня прилёта семьи в город. Он тогда всё же дождался, когда я закончу лечить Дараю. Они тогда все дождались, к моему сожалению.

Тартакал улыбнулся:

— Наниматель, спасибо, что услышали меня. У меня к вам серьёзный разговор.

Я поднял одну бровь и сказал:

— Мне кажется, что любой, даже не серьёзный разговор должен начинаться с приветствия главе семьи и города, нет, наёмник?

— Прошу прощения, наниматель, — Тартакал кивнул и тут же будто сложился в пояснице, склоняя передо мной голову. — Приветствую главу Истока и Сломанного Клинка.

Пока он не смотрел на меня, я позволил улыбке проявиться на губах. Ну да, забыл он про приветствие, конечно, верю. Этот Тартакал, видимо, просто не может не показывать норов. Он и его люди распределены в поддержку искателей семьи, которые проверяют ближайшие к городу окрестности. Думаю, он достаточно дозрел на этих вылазках, чтобы проситься в саму семью. Мы со старейшинами обсудили это и решили, что ранги в семье будут не как в Ордене, но и не как в кланах.

Уж слишком мне в голову засел давний разговор с Ирамом о том, что одинаково во всех землях Империи. Разговор перед тем, как я сломал ему руку в противостоянии кулаков. Поэтому в семье Сломанного Клинка будет главная ветвь семьи, основная ветвь и внешняя ветвь. Почти как с ученичеством, о котором тогда говорил Ирал, но для всех желающих вступить в семью. Опасно близко к Ордену, но совсем не Орден. Так что Тартакал и его люди станут внешней ветвью семьи. С возможностью за заслуги и время службы перейти в основную ветвь.

Выпрямившись, Тартакал сообщил:

— Наниматель Ирал, время в год, которое вы нам отпустили, уже перевалило за середину и неумолимо движется к концу.

Что же, я оказался прав в своих догадках.

— Я сомневался в вас, простите, глава Ирал. Но вы добыли Ключ и стремительно восстанавливаете город, поэтому теперь я уже не сомневаюсь, что семья Сломанного Клинка получит и первую, и даже третью звезду.

Я это говорил с самого начала. Всем, кто пришёл ко мне, услышав про основание новой фракции. Что такое первые звёзды? Это мастеровые. А они у меня уже есть. Это в тени клана Кунг орденцы были никем и ценились только за искателей, отвагу и самопожертвование на Поле Битвы. А ведь орденцы это ещё и умельцы в формациях и артефактах. Клану Кунг их артефакты и формации были не нужны, но даже Морлан за многие из наших изделий не будут жалеть духовных камней высшего качества, а мастерские начнут строиться сразу после стены.

Тартакал, наконец, перешёл к главному:

— Поэтому я прошу, глава фракции Сломанный Клинок, позволить нам, вашим наёмникам, — я вновь улыбнулся, радуясь приросту семьи опытными Предводителями, — основать в вашем городе первый союз.

Улыбка застыла на моих губах. Что? Что я только что услышал? Переспросил:

— Что? Союз?

— Да, глава, — радостно, с широкой улыбкой на лице, кивнул Тартакал. — Союз искателей Тартакала. Не так звучно, как вы назвали город, господин, зато всем сразу будет ясно, с кем они имеют дело.

Я помедлил, а затем негромко спросил:

— Ты что, считаешь, будто я собирал людей для того, чтобы позволить им основывать в своём городе союзы? Я искал людей для своей семьи! — не выдержав, повысил я голос.

— Да, господин, — ничуть не смутился дарсов Тартакал. — Я помню. Вы говорили, что сейчас, когда фракции ещё нет, как нет у неё и звёзд, мы первые, кто получит возможность присоединиться к семье и стать частью её могущества.

Я прищурился, слушая Тартакала. Рассуждает, словно советник Бахар — спокойно, основательно, не спотыкаясь на сложных оборотах. Попытался вспомнить, как он говорил раньше, например, когда пытался выбить себе условия получше или принимал мой вызов. Что-то мне кажется, раньше он носил маску недалёкого и буйного вольного идущего, а сейчас разительно изменился.

Спросил:

— Если помнишь, то с чего решил, что мне сейчас нужен какой-то там союз Тартакала в городе?

— Я объясню, глава Ирал, — не смутился тот, даже напротив, ужалил меня в ответ. — Вы не спешите открывать портал Пути Древних. Ведь стоит это сделать и сюда хлынут десятки, если не сотни таких, как я, — ткнул себя в грудь пальцем Тартакал. — Искатели. Те самые, про которых вы сказали мне, глава Ирал, перед тем, как идти за Ключом. И были правы. Новые вольные идущие. Не те, которые поверили вам, когда у вас ничего не было, не те, что послушно ведут себя, соблюдая все обязательства контракта, а простые вольные искатели лучшей жизни и куска пожирней. Громкие, наглые, очень наглые, господин, и, возможно даже, очень и очень сильные. И без всяких контрактов, — Тартакал немного понизил голос, словно сообщая небольшой секрет. — Знаете ли, глава Ирал, иногда свободы хочется даже тем, кто живёт в одной из десяти сильнейших фракций.

— Я что-то не пойму, Тартакал, — нахмурился я. — Ты хочешь меня предупредить или испугать? Повелители Стихий не ринутся