Сборник страшных рассказов. Voice - Коллектив авторов

цвета, и уходящий свет, благодаря которому бледная кожа казалась припорошенной цветочной пыльцой. Ему показалось, что фото стало чуть темнее с тех пор, как он увидел его в первый раз. И лицо вовсе не шестнадцатилетней Евы, ранее повёрнутое к нему изящным профилем, будто бы немного развернулось к камере.

Стас надавил пальцами на глаза и снова открыл диалог.

«Да нет… совсем не люблю. Вот, откопала одно и поставила».

«Ты серьёзно целый год не фотографировалась?) Так бывает?»

«Как видишь) Снимать меня больше некому, а селфиться не нравится».

«А как же твой друг?»

«Он оказался плохим другом. Мы на этой фотосессии виделись в последний раз».

«Он посмел тебя обидеть?»

«Посмел. И обидел. Но я не хочу об этом говорить, это слишком грустно. С тех пор я мало кому доверяю. Горький опыт».

Стас хмыкнул. Нет никого доверчивее раненых девочек. Отбившись от какого-нибудь урода, они тут же начинают искать утешения и ластятся к любому, кто по головке погладил.

«Извини, что напомнил. Он однозначно гондон. Осуждаю. Маленьких и беззащитных обижать нельзя».

«Спасибо. Я рада, что ты понимаешь)»

«Ты правда сейчас улыбнулась?»

«Правда)»

«Может, сфоткаешься для меня?) Покажешь свою улыбку?»

«Хах. Попозже. Мне неудобно сейчас. А у тебя есть девушка?»

«Нет. А у тебя?)»

«Нет) Никого нет, ни девушки, ни парня, ни кота)»

«Знаешь, мне очень захотелось тебя обнять. Чтобы не чувствовала себя одиноко и забыла всё плохое».

«))) Спасибо. Ты милый очень. Мы, в сущности, не знакомы, а ты уже так добр ко мне…»

«Можем поиграть в «вопрос-ответ», чтобы лучше познакомиться)»

«Звучит интересно) Да, давай».

* * *

«Только сразу надо обговорить темы, которые мы не затрагиваем, чтобы всем было комфортно. Какие у тебя табу?»

«Я почему-то уверена, что ты лишнего себе не позволишь, так что давай без табу)»

Ну, вот тебе и «горький опыт». Стас снова отвлекся на её анкету. И на пару секунд оторопел.

Ева смотрела в камеру. Не мимо, не вполоборота, а прямо в объектив. На него.

Стас зажмурился, потом сморгнул муть с глаз и опять посмотрел. Никакой ошибки: она действительно развернулась к камере, хотя раньше совершенно точно была в другом положении. Но изменилось и что-то ещё. Закат. Он порозовел. А подол платья, лежащий на траве, стал выше и слегка натянулся, словно Ева сделала шаг вперёд. Навстречу ему.

Стас передёрнул плечами, стряхивая мурашки. Сел прямо. И рассмеялся. Ну конечно. Приколистка просто сменила фотографию, пока он зависал в чате. Не фоткалась год, как же.

«Я начну?) Какого ты роста?»

«Метр шестьдесят три) Когда ты впервые влюбился?»

«О, с козырей зашла) Дай подумать… наверное, в десятом классе. В девушку из той же параллели. До сих пор об этом самые светлые воспоминания. Школьная любовь, она такая. Особенная. Где ты живешь?»

«Некрополь знаешь?»

«Прям рядом? Жуть. Зато соседи тихие, да? Как в том анекдоте) Я бы тебя даже днём обязательно домой провожал в таком месте».

«Ой, да. Та ещё дыра. Но нам тоже провели интернет)))»

«И я им благодарен до гроба)»

«Моя очередь. Хм-м-м. Какой у тебя размер… ноги?»

«Ты уверена?) Окей, сорок пятый».

«Ну, знаешь, как говорят, размер ноги у мужчины связан с… ну…»

«У кого-то игривое настроение, да?)»

«Так это правда?)»

«Не хочу хвастаться, конечно… там не сорок пять, слегка поменьше) Но совсем слегка)) Так, теперь я. В чём ты сейчас?»

«М-м-м… я в платье)»

«Опиши его)»

«Ну, оно белое. Длинное, мягкое, полупрозрачное. Но у него несколько юбок, так что не просвечивает. Рукава-фонарики.

Да, знаю, забавно совпало, что на фото я в нём же))»

«Я считаю это подарком судьбы) А под ним что?))»

«Черви и могильная земля)»

У Стаса прострелило за ухом. В ту же секунду приложение моргнуло и вылетело. Чертыхнувшись, он снова открыл его и развернул окошко чата.

«Стас, ты тут?»

Он в замешательстве смотрел на сообщение, не зная, как реагировать.

«Эм. Ева, ты в порядке?»

«Да. Это кладбищенский юмор, знаешь) Годы такого соседства накладывают отпечаток)»

«М-да. Ну и шуточки. Я прям животик надорвал».

«Ладно тебе) Просто ты нарушил правила. Была моя очередь задавать вопрос)»

Стас раздражённо цокнул языком. Приятное предвкушение словно обрубило топором. На его место пришло отвращение. Воображение вмиг нарисовало мерзкую червивую картину, которая никак не хотела уходить из головы. Белый подол, измазанный чёрным. Пальцы, крадущиеся к девичьему лону, увязают в клёклой комковатой жиже. И кожа под маленькой ямкой пупка не тёплая. Не покрывается мурашками от его прикосновений. Она на ощупь как сырая рыба, и под ней что-то шевелится.

Стас быстро отпил кофе, подавляя тошноту горечью. Ну кто так делает?

«Моя же очередь?»

Ева, похоже, оставалась на своей волне, даже не поняв, что сделала.

«Ну, валяй. Только без этой дичи».

«Тут как посмотреть, с одной стороны, вроде и дичь, а с другой – романтично) Так вот. Как бы ты хотел умереть?»

«Никак не соскочишь с темы?»

«Ты же согласился на игру без табу…»

«Да-да. Ок».

Стас закрыл глаза и постарался думать о приятном.

«Хочу умереть в постели с красивой женщиной. Ну, после… этого самого, если понимаешь, о чём я) Идеальный вариант».

«А с той девочкой, из школы, так хотел бы? Первая любовь же самая яркая, отчаянная. Кажется, что раз и навсегда».

Раз и навсегда… в сырой земле, пропитанной дождём. Под ворохом мокрых октябрьских листьев, у корней ободранных ветром дубов. Стаса замутило.

«Не знаю. Это давно было. Я с тех пор изменился и уже не помню, как тогда рассуждал».

«Ну, не слишком изменился, Стасик. Тебе по-прежнему нравятся маленькие девочки)»

Сердце словно подцепили на рыболовный крючок. Стас замер, боясь пошевелиться, ожидая, что леска вот-вот дёрнется.

Изображение в кружке над диалогом шевельнулось. Будто с него срезали слой, взмахнув лезвием. Стас тут же кликнул по аватарке.

Ева смотрела на него. Смотрела исподлобья, склонив голову, сердито поджав розоватые губы.

Стас резко встал с дивана и прошёлся по комнате. Казалось, он нашёл идеальное объяснение этой чертовщине ещё в прошлый раз, но почему-то это не успокаивало. Наверняка поменяла. Просто снова поменяла. Веселится она так, иначе и быть не может. Или, может… неизвестно, кто вообще там сидит. Может, товарищ майор ловит на живца и меняет аватарки, чтобы его запугать. Как пить дать. Приколы эти конченые, селфи не присылает – выкручивается. Его прошиб пот.

«Это какой-то наезд или что?»

«Это правда, Стас. А вот твоя первая любовь из «одной параллели» – брехня».

«Ты что несёшь вообще??»

«Моя очередь, Стас. Играй по правилам».

Экран снова замигал, не позволяя ему набрать сообщение.

Приложение дёргалось, плющилось, почему-то перепрыгивая с чата на анкету Евы. Фото мельтешило перед глазами, но даже урывками Стас успел заметить, что картинка вновь изменилась.

Закат слева от Евы окрасился красным. Алые отсветы легли на хищно заострившееся лицо, зажгли в почерневших глазах два уголька. Руки отпустили пальто и присобрали платье, подтягивая юбку вверх, а вперёд выдвинулась уже правая нога.

Его взгляд снова пробежал по строчкам