Дарк - Екатерина Орлова

и ухаживала, как за своим. Никто не дарил мне житейскую мудрость и не убеждал, что мир полон доброго и светлого. Да, у тех ублюдков, которых обхаживала моя мамаша, наверняка все это было. Но точно не у меня. У меня была ежедневная борьба за выживание. Я спал в полуразрушенном здании на окраине с осколком стекла в руке, чтобы в случае нападения мог защититься. В меня стреляли семь раз, два я был при смерти, дважды сидел в тюрьме и убил около пятнадцати человек. Я перестал считать после десятого. Это не были хорошие люди, так что я не сожалею о своих поступках. Когда ты живешь по законам улицы и стоишь перед выбором: ты или тебя, то долго думать не приходится. Просто хватаешь то, что нанесет наибольший урон, поддаешься тьме внутри себя и делаешь это. Когда я совершил примерно одиннадцатое-двенадцатое убийство, Мэтью Картер превратился в Дарка. Так меня прозвал мой приятель Лиам. Он сказал, что я единственный среди его знакомых, кто перед убийством не колеблется ни секунды. Да, здесь гордиться нечем. Но у меня не было выбора. Его отобрала мама в мои восемь лет и увезла к другим детям.

Потом, в шестнадцать я влюбился. Сильно и безоговорочно. Сильвия была девочкой из хорошей семьи. Она каждое воскресенье ходила в церковь, а я наблюдал за ней из укрытия. Я не решался подойти к ней, потому что самому себе казался недостойным такой девочки. У нее были светлые волосы и кристально чистого цвета голубые глаза. Когда она улыбалась, казалось, что даже тучи расступались. Мы познакомились случайно, когда на нее вечером попыталась напасть шайка Тома Уолберга. Парни решили, что будет неплохо поразвлечься с чистой, нетронутой девочкой. Они не ожидали, что с того момента, как я впервые увидел ее, каждый день провожал до самого дома, пока она не оказывалась в безопасности. Конечно, «провожал» – это громко сказано. Я просто следил, чтобы с ней ничего не случилось. Когда Том со своей бандой решили, что обидеть Сильвию – это хорошая идея, мне пришлось выйти из своего укрытия и драться одному против четверых. За это время Сильвия успела добежать до дома, а ее отец – вызвать полицию. Когда на улице, где она жила, прозвучала сирена, я уже был достаточно далеко. Даже ради этой девочки я не был готов попасть в детский дом.

Мы снова встретились через три дня. Каким-то чудом она узнала меня у местной забегаловки, где мы с парнями крутились в надежде обчистить пару кошельков. Она молча взяла меня за руку и отвела в сторону за угол.

– Спасибо, – сказала Сильвия и внезапно поцеловала меня. Прямо в губы.

Тогда я впервые почувствовал жажду ласки. Мне, как и всякому подростку, понятное дело, не давали покоя женские тела. Но такого, как к Сильвии, я не испытывал еще ни к кому. И вот теперь то же безумное, неконтролируемое притяжение я почувствовал к девочке Айви. Мне нужно было заполучить ее себе, чего бы это ни стоило. Я правда готов был выбросить на свою новую игрушку немаленькую сумму. Но прежде мне предстояла предварительная игра по завоеванию строптивой малышки, потому что какое-то шестое чувство подсказывало, что так просто она не дастся в мои руки.

Айви наверняка была не простой девушкой. У нее на лице была написана порода. Айви явно выросла не в семье учительницы и автослесаря. Ее манеры и внешний вид кричали о том, что Айви из непростой семьи.

Привстав на кровати, я набрал Коннора.

– Сэр, – коротко ответил он.

– Коннор, хочу все знать об Айви, которая вчера устроилась к нам.

– Хорошо, сэр. До утра терпит?

– Да, – коротко ответил я и отключился.

В ту ночь я еще долго пялился в потолок, представляя себе, как будет выглядеть малышка Айви на темных простынях моей кровати.

Спустя неделю моя одержимость возросла в десятки раз. Не помогло и то, что я узнал от Коннора, что Айви – это дочь-бунтарка моего главного врага, мудака Брауна, у которого стоит на мой клуб. Он схлестнулся с еще одним таким же ушлепком, который не просто возбуждался от мысли о владении «Дарком», он, наверное, и дрочил на эти мечты. И вот так получилось, что наши интересы пересеклись самым странным образом, как это всегда бывает в жизни. Браун с Кенвудом хотели мой клуб, а я хотел дочку Брауна. Я пока смутно понимал, как могу использовать это в своих целях, но схема понемногу вырисовывалась в голове.

Это был вечер дебюта для новеньких. Я по обыкновению подошел к стеклу, чтобы посмотреть, как идут дела, и тут же замер. Я не видел никого, кроме девушки, которая извивалась на шесте прямо перед моими глазами, буквально в нескольких метрах. Мне хотелось, как преданному псу прислониться к стеклу носом и впитывать ее образ. У меня был такой стояк, что я едва стоял на ногах, но не мог перестать впитывать в себя ее образ. Момент, когда Айви подняла на меня взгляд, изменил все. Тогда я понял, что должен получить ее любой ценой. Она должна была оказаться в моей постели, иначе я начну крушить все вокруг себя. Она не давала мне дышать. Как будто весь мир сузился до единой точки света, которая теперь освещала гребаную клетку в стриптиз-клубе, в которой танцевала причина того, что Эмма едва переставляла ноги всю последнюю неделю. У девицы критические дни и только это спасло ее от смерти в результате оргазма. Или хотя бы от истощения. Впервые девушка просила меня – умоляла – взять себе еще одну. И, кажется, я уже знал, кем будет эта вторая. Да что там? К черту! Не кажется. Я знал это еще с первого дня появления Айви в «Дарке».

– Коннор! – позвал я, с трудом заставив себя оторваться от окна и подойти к своему столу. В моем кабинете тут же появился охранник. – Приведите мне Айви.

– Да, сэр.

Пока она шла ко мне, я пытался читать документы, которые мне дал бухгалтер клуба. Я правда старался вникнуть в смысл написанного, но здравый рассудок покинул меня еще неделю назад. Весь бизнес мог полететь к чертям из-за одержимости женщиной, и это была не самая лучшая стратегия. Раздалось два коротких стука в дверь, и