Лаки. Исцеление порока - Евгений Костюков

– Хоакин мертв, – процедил я. Долорес вскрикнула, и закрыла лицо руками.

– Он упал с лестницы, и сломал себе шею, это был несчастный случай, –

продолжил я, – сейчас я соберу кое какие вещи, и после моего ухода, Вам необходимо

вызвать полицию и скорую. Скажете, что Вас хотели ограбить, но их что-то спугнуло и

они убежали. Про Хоакина лучше не говорить, сделайте вид, что не знаете, и сильно

удивитесь, когда Вам скажут, что он погиб. Потом, Вам нужно будет собрать вещи и

временно уехать в гостиницу или к родственникам, через них я выйду с вами на связь и мы

подумаем, как быть с квартирой, – подобной хладнокровности я сам от себя не ожидал, но

видимо под воздействием адреналина во мне начали проявляться новые качества.

– А что же будет с тобой? – едва сдерживая слезы, прошептала Долорес.

– За меня не волнуйтесь, я постараюсь выбраться из этой ситуации. Они плохие

люди, но не думайте про меня так же, это все очень неудачно сложившиеся

обстоятельства. Андреас, я как раз ехал к Вам, чтобы поговорить насчет квартиры, я хотел

попросить Вас продать ее, и переслать мне деньги. Я решил уехать из этого города, подальше. Пока не знаю куда именно, но скорее всего на юг страны. Если вы не против, Андреас, я выпишу на Вас доверенность на квартиру и вышлю по почте. – Андреас

утвердительно кивнул головой.

– А сейчас мне пора уходить, Хоакина могут вот-вот обнаружить соседи, хорошо,

что почти все пользуются лифтом. Я возьму кое, какие вещи и выйду через запасную

дверь, – направившись в сторону комнаты, я остановился, и повернувшись к супругам, сказал, – простите меня, пожалуйста, что втянул Вас во все это, мне очень жаль, что вы

пострадали из-за моей беспечности. С этими словами я вышел из гостиной и пошел по

коридору к своей двери. Войдя в комнату, первое, что я увидел, была лужа крови в центре

комнаты, подняв глаза, я не вольно вскрикнул, и выругался. К люстре за хвост был

подвешен мой умерщвленный домашний питомец. Из ран на его теле еще сочилась кровь, медленно стекая к голове, капала на пол. Прислонившись спиной к дверной раме, я сполз

на пол, к горлу подкатился комок. Мне было непередаваемо жаль, что очередное невинное

существо из-за меня перед смертью испытывало ужасные страдания. Он был последним

существом на земле, которое связывало меня с мамой и папой. Они принесли этот

крохотный, черный комочек, за полгода до роковой смены. Я помню, как он грустил, когда

родители так и не вернулись домой. Помню, как он радовался, когда я все-таки приходил

домой, после своих очередных похождений. Он радовался всем кого видел, был ласковый

и очень игривый.

Собрав остатки сил, я встал, и подошел к нему. Аккуратно отвязав веревку, я положил

Лорда на пол, взяв рубаху со стула, прикрыл его. По щеке, скатилась слеза, и упала рядом

с лужей крови. Я сжал кулак с такой силой, что кожа побелела. Больше всего я злился от

беспомощности, от того, что я не мог ничего изменить, не мог, как то отомстить. Злился от

ощущения безнаказанности для подобных негодяев. Злился от того, что страдают чаще

всего невинные люди и животные.

Стерев накопившиеся на глазах слезы, я поднялся и найдя рюкзак, упаковал в него

вещи, которые могли бы понадобиться в вынужденной поездке. Окончив сбор, я вернулся

в гостиную. Яскеляйнены, молча сидели, обнявшись на диване. Я попросил их похоронить

кота. Долорес, узнав о том, что с ним сделали, заплакала, за годы, прожитые с ним, они

очень сдружились. Андреас сказал, что не оставит бедное животное, и достойно его

проводит в последний путь. Как бы мне не хотелось, но мне пришлось попросить

денежные средства у супругов, ведь нам нужно было, как то покупать автомобиль.

Пожилая пара, не раздумывая предложила, все, что у них было в накоплениях. Я взял не

большую сумму, которой должно было хватить на машину и первое время на новом месте.

Андреас, уговаривал меня взять все, но я не мог оставить их без средств в такой момент.

Поблагодарив их, я сказал, что как только они продадут квартиру, должны будут взять себе

мой долг и еще столько же, за доставленные страдания. Долорес, даже обиделась от таких

слов, а Андреас просто махнул на меня рукой. Как только я сказал, что уже пора и ухожу, Яскеляйнены подбежали, если можно так сказать, про пожилых и избитых людей, и

обняли меня как родного сына. Они пожелали мне избежать всех неприятностей, и скорее

обрести спокойную жизнь. Попросили меня быть как можно осторожней и чаще выходить

с ними на связь. В случае необходимости, они заверили, что окажут любую помощь, и при

этом никому не расскажут про мое местонахождение. Записав на бумаге номер

родственников, к которым решили направиться супруги, я еще раз извинившись за все

происходящее, направился к выходу. Подбежав к запасному выходу, я услышал, что

Андреас уже дозвонился в полицию, и называет адрес. Я выбежал в подъезд, и сбежав по

лестнице, быстрым шагом направился к автобусной остановке. Меня все еще немного

трясло от переизбытка адреналина. Я зашел в автобус, и прошел в самый конец, найдя

свободное место, я сел и с небольшим облегчением выдохнул. Под подозрительные

взгляды окружающих, я перемотал взятым дома бинтом, порезанную руку. Всю дорогу, мне в голову вбивались мысли о том, что с нами могу сделать, если найдут. От красочных

представлений, меня бросало в озноб и тело покрывал холодный пот. Дорога до гостиницы

тянулась невероятно долго, но вот показалась нужная остановка. Выйдя с автобуса, я

почти бегом направился к нашему номеру. Я подошел к двери и услышал из-за нее

веселый смех Ким и Алекса. У меня от облегчения закружилась голова. Открыв дверь, я

вошел в номер. Брат с сестрой сидели на кровати, перед ними лежала карта страны.

Увидев меня, они наперебой начали рассказывать, в какие места нам нужно будет по

дороге заехать, и какие достопримечательности посмотреть. Их рассказ оборвался на

полуслове, когда они, приглядевшись, увидели мою перебинтованную руку и

побледневшее лицо.

– Лаки, что случилось? – практически синхронно выпалили они, и подскочили ко

мне.

– С тобой все в порядке? Где ты был? Что произошло? – посыпался на меня град

вопросов.

– Я в порядке! Нам нужно срочно уходить, расскажу все по дороге, – бросив рюкзак

на пол, произнес я.

Ребята, почувствовав всю серьезность ситуации, без лишних слов, начали поспешно

собирать вещи, периодически испуганно посматривать на меня.

Сборы были закончены не более чем за двадцать минут. Представитель гостиницы, который должен был принять номер, сильно задерживался, что меня очень сильно

нервировало. Наконец-то пришла девушка, и проверив, сохранность имущества,

подписала лист выезда. Сдав номер, мы получили назад страховочный взнос, и оплату за

два не прожитых дня и выйдя на улицу, молча направились быстрым шагом через сквер за

автомобилем. Дорога заняла больше времени, чем я рассчитывал. Ребята шли немного

позади меня, не решаясь завести разговор. Да и мне в тот момент было не до разговоров, нужно было уехать как можно дальше в короткие сроки.

На счастье, салон был открыт, и к нам сразу же подошел улыбчивый продавец. Я

объяснил ему, что нам нужен достаточно вместительный автомобиль, выносливый и не

выходящий за пределы суммы, которую мы могли себе позволить. Парень начал

показывать варианты. В основном это были легковые автомобили, для езды только по

городу. Но меня это не устраивало, бездорожье вполне возможно проникнет в наши планы.

Сообщив об этом парню, я получил ответ, что есть подходящий вариант, но он стоит

немного дороже, чем я планировал. Я попросил провести нас к предмету обсуждения.

Увидев предложенный внедорожник, я сразу же понял, что это именно, то, что нам

необходимо. Машина была далеко не новая, но судя по внешнему виду, была в расцвете

сил. Вопрос оставался в цене, за которую мы могли его взять. Тут в дело включилась Ким, которую я легонько подтолкнул локтем, и использовав весь свой внешний шарм, а так же

изобразив весьма неоднозначный голос, выбила с парня такую нужную нам скидку.

Решение было принято, и мы приступили к оформлению необходимых бумаг. Процесс был

не быстрый, но спустя какое–то время, документы и ключи были на руках. Можно было

ехать.

Мы вышли из салона, и погрузившись в автомобиль, направились в сторону выезда

из города. Пока мы не выехали на загородное шоссе, никто не произнес ни слова. И только

потом Алекс решил нарушить тишину:

– Лаки, а где Лорд? – понимая, что с ним приключилось, что то не хорошее,

спросил он.

Тяжело вздохнув, я начал рассказывать ребятам, как прошел мой день. С каждой новой

подробностью, их глаза расширялись все больше. Когда я назвал имена, Хоакин и Эктор, и