Отпусти меня - Наталья Евгеньевна Шагаева

споря, рядом с ними бегает маленькая, грязная собака, клянча закуску. А я вижу на месте одного из них своего дядьку Геныча, пересидок еще тот. Начал свою карьеру с малолетки. И ведь умный был мужик, но не смог найти свое место в жизни. Так и подох в тридцать пять лет, выпив залпом пол-литра чистого спирта.

Закрываю окно. Откидываю голову на спинку кресла, прикрываю глаза и глубоко дышу. В машине пахнет натуральной кожей и моим парфюмом, но у меня в носу стоит стойкий запах раннего детства.

Запах, который я ненавижу.

Противоположная дверь распахивается. Девушка медлит какое-то время, словно решается, но все же садится рядом. Водитель закрывает дверь и спешит за руль.

– Добрый вечер, – так тихо пищит она.

– Добрый, – киваю.

Машина трогается, девушка сглатывает, смотрит вперед и, кажется, вовсе прекращает дышать. Но она здесь, со мной, и мне бы ускорить всю эту возню с романтикой. Я заточен на деловые отношения, если хотите, на рыночные. Мне проще заключить контракт, где каждый четко знает свои обязанности.

Осматриваю Елизавету. Из-под пальто струится изумрудное длинное платье в пол. Замысловатая прическа, несколько прядей выбились на плечи. Минимум косметики, губы розовые, матовые. Симпатичная. Приятная.

Глубоко вдыхаю: какой-то дешёвый цветочный дезодорант перебивает собой ее естественный запах. В общем, если эту мышку немного переформатировать и упаковать в дорогую упаковку, у нас может все получиться.

– Как ты относишься к Булгакову? – интересуюсь я, заполоняя тишину. Девушку нужно расслабить, иначе мы очень долго будем ходить вокруг да около, а у меня нет столько времени.

– Мы едем на премьеру? – ее глаза немного загораются. Приятно удивлён ее осведомленностью. Не глупая, что уже радует. У Валерии все-таки наметан глаз.

– Да, надеюсь, тебе понравится, – киваю. Что там еще делают с девочками, чтобы очаровать? Не знаю, да и знать не хочу. Этот этап в моей жизни давно прошел. Да и не было его вовсе. Нет, я не хам: ресторан, театр приятный вечер, подарки – пожалуйста. Но это все в процессе, во время отношений, а не «до», чтобы не терять время. Нужно давить на девушку, у нас максимум недели две.

Девушка расстёгивает пальто. Дышит. Страх, конечно, движущая сила, но ее страх и скованность нам только мешают.

– Ты прекрасно выглядишь, тебе идет.

Глаза у нее в тон платью – зеленые; нос вздернутый, щеки круглые, нижняя губа немного пухлая. Волосы русые, пшеничные. Миловидная. Похожа на девочку. Этот изумруд можно огранить.

Будем работать.

– Спасибо. И за платье спасибо… И за туфли… Но не стоило…

– Мы, кажется, уже определились, что я сам решаю, что мне стоит делать. Научись принимать что-то от меня просто с благодарностью, без «но».

Елизавета долго молчит, отворачиваясь от меня к окну. Сама не замечает, как обтирает ладони о пальто. Нервничает. Хочет поспорить со мной, но не решается.

– Чтобы принимать все, что дают… – вдруг начинает говорить тихо, но с каким-то надрывом. Решилась. И я с интересом слушаю. – Нужно отдать человеку что-то равноценное. У меня нет ничего равноценного.

Девушка сама не понимает насколько права.

– Отчего же? У тебя есть ценности дороже этих тряпок…

Быстро моргает, смотря на меня непонимающим взглядом.

– Какие?

– Красота, непосредственность, нежность, скромность… и еще, наверное, много качеств, с которыми я не познакомился еще, – перехожу к активным действиям.

Я цинично фальшивлю?

Нет.

Это правда.

Она молода, наивна и утонченна. Но я, определённо, играю роль для своей выгоды. Вся эта лирика мне чужда.

– Честно, не люблю долгих прелюдий. – Смущается, краснея. Только не говорите мне, что она еще не искушена. – Ты меня привлекаешь, как девушка, женщина, – делаю паузу, машина останавливается возле театра, девочка растерянна, ждет продолжения, а я просто выхожу, обхожу автомобиль и открываю ей дверь, протягивая ладонь.

Глава 9

Холодный страх сковал сознание,

Вглубь проникает, словно яд.

И губ горячее дыханье…

Ты пала…

Нет пути назад.

(Дарья Джессо)

Елизавета

Калинин подставляет мне руку и ведет к входу. Никогда здесь не была, билеты неприлично дорогие. После признаний Романа кружится голова, и подкашиваются ноги. Очень стараюсь отмести страх и посмотреть на мужчину с другой стороны, но пока не могу. Дух захватывает, и дыхание спирает от его близости.

Несмотря на холодность, Калинин очень галантен. Он открывает мне двери, помогает раздеться, пропускает вперед и подставляет руку, видимо, чтобы я не рухнула с высоты каблуков. Мне постоянно кажется, что на нас обращают внимание больше, чем следовало бы. Неуютно. Но я пытаюсь бороться со своей скованностью, отвлекаясь на обстановку и атмосферу. Здесь красиво, впечатляюще, а когда я понимаю, что мы проходим в ложу для двоих, то внутренне пищу от восторга. Здесь невероятный обзор сцены.

Калинин помогает мне сесть в огромное и удобное кресло, а сам располагается в соседнем. Между нами красивый резной столик. Откуда ни возьмись появляется официант, демонстрируя мужчине бутылку шампанского. Не знала, что во время спектакля можно пить. Парень ловко открывает бутылку, наливает нам по бокалу и оставляет ее в ведёрке со льдом. К шампанскому подают ягоды. Малина, клубника, ежевика. Свет гаснет, и парень ретируется. Калинин салютует мне бокалом, немного отпивает и отставляет бокал.

Я не люблю шампанское. Оно невкусное. По крайней мере, раньше мне так казалось. Для приличия отпиваю глоток и понимаю, что ошибалась. Этот напиток прекрасен. Алкоголя не чувствуется. Вкусно. Оставляет приятное фруктовое послевкусие, хочется пить еще и еще, а в сочетании с малиной так это вообще верх наслаждения.

Вечер проходит прекрасно. Спектакль великолепен. Я настолько увлеклась постановкой, что не замечаю ничего вокруг. Роман подливает мне игристого, пару раз выходит поговорить по телефону – он явно не впечатлён постановкой. Но я благодарна ему только за то, что получила возможность здесь побывать.

Аплодирую труппе, в конце со слезами на глазах. Я настолько впечатлена, что меня переполняют эмоции. Калинин молча подает мне руку, помогает подняться и выводит из зала. Выпитое шампанское приятно кружит голову, но я не пьяна, скорее всего, расслаблена. Впервые за все знакомство с этим мужчиной спало напряжение. Я под впечатлением и более чувствительна. Кусаю губы, пытаясь сдержать улыбку, когда он помогает надеть пальто, и вспыхиваю, когда его теплая, большая ладонь берет мою. И вот именно сейчас, когда удалось оттеснить страх, я понимаю, что мне приятны его прикосновения; его запах холоден, но им хочется дышать еще и еще. Хочется снова заглянуть в эти стальные глаза, но я не решаюсь.

Мужчина открывает мне дверцу машины, помогает сесть и только потом обходит автомобиль и садится рядом. Водитель тут же трогается с места и неторопливо выезжает на дорогу.

– Вижу, тебе понравилось, – я только сейчас замечаю, какой бархатный у него голос, с легкой хрипотцой. Да, тон по-прежнему холоден, но мурашки по моей коже разбегаются не колкие, а приятные. Мне хочется понять