Я тебе изменил. Прости (СИ) - Инфинити Инна

— А почему ты складываешь его вещи в мусорные мешки?

— Потому что вещей слишком много, и в чемоданы они не помещаются.

Майя хмурится. Еще раз осматривает чёрные мешки.

— Ладно... Много ты собрала. У меня тоже есть кое-что ненужное, что можно отвезти на дачу.

— Ага, собери в мешок. Папа завтра заберёт.

Майя кивает и уходит в свою комнату. Она так и не поняла, что вещи Давида уезжают из квартиры навсегда. Ложь порождает новую ложь.

Глава 14. Безумец

Давид не приезжает за своими вещами на следующий день. Как и через день. Как и через два. Вместо этого он каждый день присылает мне домой цветы курьером. В каждый букет вложена записка с извинениями, признаниями в любви и каким-нибудь леденящим душу воспоминанием из нашего счастливого прошлого.

Цветы летят в помойку, а вот выбросить вещи Давида, как грозилась ему по телефону, духу не хватает. Я засовываю чемоданы и мешки с его одеждой в кладовку, чтобы не мешались под ногами и не мозолили глаза. Была бы я чуть посмелее, отнесла бы к мусорным бакам на улице. Но меня будто что-то тормозит. Рука не поворачивается выбросить. Хотя я по-прежнему не намерена прощать Давида.

На работе мы видимся только на утренних планерках. Общаемся исключительно по делу. Я стала спокойнее, перестала плакать, сидя за компьютером. Больше не бегаю к зеркалу в туалет, чтобы замаскировать следы слез и бессонных ночей. Но все равно без боли в сердце не могу смотреть на Давида и разговаривать с ним. Даже на совещании слышать его голос — ножом по открытой ране.

«Приятно снова видеть твою красивую улыбку»

Такое сообщение с незнакомого номера я получаю утром в пятницу во время совещания. Двадцать секунд назад я тихо хихикнула от мема, присланного подругой. Инстинктивно поднимаю лицо от телефона наверх и встречаюсь взглядом с Тимуром. Он держит в руках смартфон, так что нет сомнений: сообщение написал он.

Совершенно наглые взгляды айтишника в свой адрес я стараюсь упорно игнорировать. Мальчишка при каждом удобном случае сыплет комплиментами, что вгоняет меня в полное недоумение. Я ведь жена его босса. Ну, Тимуру же неизвестно о наших с Давидом разногласиях. А вдруг я пожалуюсь мужу на то, что новый сотрудник откровенно ко мне клеится? Кажется, его это не беспокоит. А теперь он вовсе где-то достал мой номер телефона и написал в мессенджере.

«Черная полоса миновала?»

Еще одно сообщение от Тимура. Я не знаю, каким словом охарактеризовать мальчишку. Пожалуй, «безумец» подходит лучше всего. Потому что надо быть

настоящим безумцем, чтобы подкатывать к жене своего начальника. Причем, в его присутствии.

Давид спорит с директором по продукту, а я опускаю на лицо волосы, чтобы спрятать вспыхнувшие щеки. Если отбросить, что Тимур сумасшедший, то, блин, мне приятно его внимание. Ну, в смысле, не конкретно внимание от Тимура, а в целом внимание от представителя противоположного пола. Я замужем всю свою сознательную жизнь, всегда носила на пальце кольцо, поэтому ни один мужчина не рисковал заговорить со мной. Даже был период, когда я думала, будто посторонние мужчины не обращают на меня внимание не потому, что я с обручальным кольцом, а потому что я некрасивая. Моя самооценка тогда поехала сильно вниз. Ну а потом как-то само собой прошло.

И вот впервые за шестнадцать лет замужества на меня обратил внимание кто-то помимо Давида. При том, что обручальное кольцо я не сняла. Не хочу, чтобы на работе пошли преждевременные сплетни о моем разладе с супругом.

«Слезы тебя не красят. Исключи из своей жизни людей, которые заставляют тебя плакать»

Боже, да он точно в своем уме такое мне писать!? Тимур — настоящий компьютерный гений. Теперь я понимаю, почему Давид так долго за ним охотился. И как любой гений, Тимур в чем-то безумен. Это видно по его манерам, поведению, стилю общения. Он отличается от остальных. Я много айтишников повидала, начиная от своего мужа и заканчивая сотрудниками нашей компании. Тимур другой. Он живет в собственном мире и в своей параллельной Вселенной. У него нет рамок. Он делает, что хочет.

«Расстегни верхнюю пуговицу своей блузки»

Меня словно ведром ледяной воды обдает. Ну разве он не безумец — отправлять такое сообщение жене босса??? Я поднимаю испуганный взгляд на Тимура и по его наглым глазам понимаю: мысленно он уже расстегнул мою верхнюю пуговицу. И не только ее.

«Я пожалуюсь на тебя своему мужу!», печатаю с возмущением.

«Не пожалуешься»

Ах вот как!

«Откуда такая уверенность?»

«Во-первых, вы на грани развода»

Я зависаю над словами Тимура. Перечитываю несколько раз. Что...? Откуда он знает!? У меня нет на лбу жирной татуировки: «Муж мне изменил». Другие сотрудники компании тоже догадываются?

«А во-вторых?»

Не знаю, зачем спрашиваю.

«А во-вторых, я тебе нравлюсь. Просто ты еще этого не поняла»

Сумасшествие какое-то. Надо поставить мальчишку на место. Наглый хам. А почему бы, действительно, не пожаловаться на него Давиду? Перевожу взор на мужа и моментально чувствую острую боль от его предательства. Лучше бы я не смотрела на Давида. Снова опускаю глаза в телефон.

«Ты прячешь свою красоту за пуговицами, высокими воротниками и длинными юбками. Зачем? Не бойся демонстрировать свою красоту этому миру»

«Ты безумец»

«Хочешь, я покажу тебе все грани своего безумия? Обещаю: тебе понравится»

Меня бросает в холодный пот. А щеки, наоборот, пылают.

«Расстегни верхнюю пуговицу своей блузки», повторяет просьбу.

Нет, это не просьба, а требование. И я слышу, каким голосом Тимур его произносит. Низким, с легкой хрипотцой и при этом с властными стальными нотками. Его невозможно ослушаться. Или я тоже обезумела? Слушая голос своего мужа и глядя Тимуру ровно в глаза, расстегиваю верхнюю пуговицу блузки.

Глава 15. Развода не будет

В субботу утром я вместе с Майей еду за город в ресторан, в котором пройдёт празднование дня рождения нашей компании. Все желающие смогут остаться на ночь в гостевых домах на территории ресторана. Обычно желающих продлить корпоратив много, несмотря на наличие семей.

День рождения фирмы всегда был очень большим праздником для нас с Давидом. Мы оба положили все свои силы на благо бизнеса. Давид, конечно, больше, но и мой вклад значителен. Помимо сотрудников компании на корпоратив мы так же приглашаем близких родственников и друзей. Наша дочка всегда присутствует, часто приезжает с семьей сестра Давида по отцу, Маргарита, мои родители. Если Арбатов — лучший друг мужа — сейчас в Москве, то наверняка и он тоже будет.

Гости соберутся в четыре часа. А пока я заканчиваю отдавать распоряжения по украшению ресторана и заселяюсь в гостевой дом. Он у нас с Давидом и Майей общий, двухкомнатный. Одна спальня для дочки, а вторая для нас с мужем. Бронь была сделана до того, как Давид признался в измене, а отменить уже было нельзя. Я не знаю, как мы будем спать этой ночью. О том, чтобы лечь в одну кровать с Давидом, не может быть и речи. Я надеюсь, он не останется на ночь и уедет.

Давид приезжает за полчаса до официального начала. Я уже в ресторане, готова встречать гостей. На мне шелковое платье-комбинация розового цвета, а сверху строгий чёрный пиджак. Макияж и прическу я сделала сама. Я знаю, что выгляжу красиво, и все равно, когда читаю в глазах мужа восхищение, рдею под слоем тонального крема и пудры.

Давид направляется прямиком ко мне. Мы одни в ресторане, если не считать снующих туда-сюда официантов. Гости еще не приехали, Майя где-то ходит. Я стою у столика с бокалами шампанского и не в силах пошевелиться, глядя, как муж — красивый и уверенный в себе — устремился ко мне.

— Привет, Вера, — мягко улыбается.

Я сглатываю быстро образовавшийся ком в горле. Мы давно не разговаривали тет-а-тет. А сейчас еще и обстановка неформальная. Давид не перестает рассматривать меня. Я читаю в его взгляде жадность и голод. Обычно муж так на меня смотрит, когда мы долго не видимся или когда у нас долго не бывает секса. Раньше я любила этот его собственнический взгляд. А сейчас мне не по себе.