Квартирный вопрос - Екатерина Риз

— Не преувеличивай, пожалуйста.

— Конечно! — фыркнула Сонька. — Богатый человек. Квартиру, машину, дачу оставит жене и сыну, себе оставит галерею, которая приносит баснословный доход, а тебе купит особняк на Рублёвке.

— Не нужен мне особняк.

Сонька приуныла.

— Жень, ты на самом деле за него замуж хочешь?

— Я люблю его.

— За что?

— Что значит, за что? — растерялась я.

— А то и значит. За что ты его любишь?

— Как можно знать за что?

— Очень даже можно, — уверенно заявила Сонька. — Я вот Борю люблю… — Она задумалась и принялась загибать пальцы. — За то, что он мужественный, умный, интересный, сексуальный…

— Да, и верный, — подсказала я.

Сонька скривилась.

— Не греши на родного дядю. Как тебе не стыдно?

Я только отмахнулась.

— Ладно, Сонь. Что ты мне доказать пытаешься? Что Димка за моим приданным охотится? Можно подумать я наследница царской семьи. А то, что он о будущем думает, о нашем с ним будущем, это не так уж и плохо.

— Не думал, не думал, а тут резко задумал!

— Ну и что!

— Какая ты упрямая, — разозлилась Сонька. — С тобой разговаривать невозможно!

— А ты не разговаривай, — посоветовала я.

— И ты на самом деле хочешь поехать в Москву?

— Нет, не хочу! — Я сбавила тон. — Я думаю об этом. А по поводу твоих беспокойств… С чего ты взяла, что дядя ему денег даст?

— Если ты с ним поедешь? — Сонька вздохнула. — Даст.

Эти слова меня почему-то сильнее всего задели. Да ещё Димка под вечер явился с бутылкой вина и шикарным букетом роз, как я поняла, опять руки просить, теперь уже у меня. Сюрприза у него не получилось, за что опять досталось Соньке и оставалось только радоваться, что подружка этого слышать не может. А я вместо того, чтобы броситься Димке на шею после того, как он меня осчастливил, села на диван, рассматривала цветы, которые по-прежнему держала в руках.

— А как же сын?

Димкина улыбка поблекла.

— Ева, мне казалось, что мы уже объяснились.

— Ты всегда говорил, что ты хочешь быть рядом с ним, видеть, как он растёт. Что для тебя это важно. А теперь ты хочешь уехать, и всё остальное стало не важно?

— Не говори так, — попросил он подозрительно спокойно. Букет у меня отобрал и присел рядом. — Думаешь, я зря это всё затеял?

— Не знаю, Дим.

— Я просто хочу, чтобы ты была счастлива.

— Только я? Боюсь, у меня не получится.

— Но почему? Зачем всегда думать о других? О себе хоть раз подумай. Вспомни, как ты мечтала о персональных выставках, хотела, чтобы люди смотрели на твои картины и улыбались. Хотела донести до них свои чувства. Я тоже этого хочу.

— А твоя жена?

— А моя жена останется здесь. И поверь мне, несчастной она не будет. Я уже говорил с ней… Я ей всё оставляю. Будем начинать сначала, с тобой вместе. — Калинин залихватски улыбнулся. — Трудно, конечно, будет, но где наша не пропадала? — Он подал мне руку и посмотрел с ожиданием.

Я не сомневалась, нет, но смотрела на его руку и чувствовала непонятную нервозность. Какое-то предчувствие, что ли? Перевела взгляд на Димкино лицо. Он улыбался и смотрел с нежностью.

Я положила руку на его ладонь. Калинин разулыбался шире и поднёс мою руку к губам, поцеловал.

— Ты просто умница. Никогда в этом не сомневался.

Он поднялся и снял пиджак.

— Понимаешь, милая, нельзя осчастливить всех, это невозможно. Приходится делать выбор. — Димка усмехнулся. — Когда счастливы все — это даже как-то ненормально.

— Дядя тебе денег дал?

Калинин секунду помедлил, потом жёстко усмехнулся.

— Вот ведь проныра. Слух как у совы.

— Он дал тебе денег, Дима?

— Не дал. Но даст.

Я молчала.

— А как ты хотела? Он деловой человек, и племянницу свою любит. Борис Владимирович прекрасно понимает, что нужно с чего-то начинать. — Калинин обернулся на меня. — Ева, не хмурься ты так! Нет ничего страшного в том, что мы возьмём у него денег в долг. Не у чужого же берём!

— Не нравится мне всё это. Дима, зачем нам уезжать? Квартиру только купили… — Из-за этого я всерьёз расстраивалась.

— Ева, ты опять? Тебе как маленькой всё объяснять надо? В конце концов, я не говорю тебе, что мы в Москву переезжаем насовсем! Но нужно начать бизнес, надо предпринять какие-то шаги, заинтересовать, а потом… возможно, вернёмся. Если уж тебе здесь спокойнее.

Димка сел за стол, положил в свою тарелку немного салата, который я специально для него приготовила. Я наблюдала за ним, и вдруг поняла, что он никуда не торопится. Он теперь весь мой. И его дом теперь там, где я. В первую секунду я потерялась в своих эмоциях, захлестнувших меня с невероятной силой, а потом вдруг испугалась. Что я теперь со всем этим делать буду?

Но решение я приняла неожиданное. Димку удивила, дядю, да и себя саму. Дело уже шло к отъезду, Калинин суетился, ему вообще ни до кого было, лишь бы только никто не приставал и палки в колёса не вставлял. А я словно в стороне стояла и наблюдала за ним, испытывая неловкость и даже стыд, за то, с какой лёгкостью он всё оставляет позади. Всё что важно ему было, в чём он меня так долго уверял, оставил без всякого сожаления. Димка готовился начать всё сначала, но то, как он это делал, мне упорно не нравилось. Правда, ему я об этом говорить опасалась. Но беспокойства мои дали свои плоды и поэтому за семейным ужином, который мне тоже пришлось пережить, я и сообщила, что в Москву я не еду. По крайней мере, пока. А Димка может поехать один и если будет уверен, что нам есть смысл переезжать туда, тогда я и приеду, а сейчас мне там делать нечего. Я всё это сказала и уставилась на дядю, очень рассчитывая на его поддержку. За столом воцарилась тишина, Димка сверлил меня негодующим взглядом, Сонька откровенно ухмылялась, а дядя Боря меня разглядывал. И я знала, что всё сейчас зависит только от него. Если он скажет, что мне стоит поехать с Димкой и самой…

— Наверное, ты права, — кивнул он. — С твоей любовью к большим городам присутствовать при начальной суете совсем ни к чему. — Улыбнулся, правда, немного криво. — Сбежишь обратно через неделю.

— Не преувеличивай, — попросила я, упорно уворачиваясь от Димкиного взгляда.

Калинин помолчал, откинулся на спинку стула, затем пожал плечами.

— Что ж, если ты считаешь, что так будет лучше.

Я ему улыбнулась.

— Дим, мне там на самом деле сейчас делать нечего. У тебя дела, встречи, а я ничего в этом не понимаю.

Он кивнул и взял меня за руку.

Правда, оказалось, что обрадовалась я рано и после ухода дяди Бори и Соньки мы ещё немного поспорили по этому поводу.

— У меня такое чувство, что я тебя пытаю! Если ты не хочешь ехать, то так и скажи. Что ты предлоги ищешь?