Великий Раскол (СИ) - Щукин Михаил Николаевич

Твари словно обезумели. Если можно так сказать о волне из Раскола. Они бросались на все что движется. Случалось, их массы хватало, чтобы сбить движущийся контейнер с трассы. И после потери контакта с силовым полем генераторы недолго сдерживали массу разъяренных клыков и когтей.

Тот факт, что такая же картина происходит практически по всему континенту, мало кого мог успокоить из присутствующих. Вторая стадия Великого Раскола только начинала набирать обороты.

– … у нас участились прорывы щита. – Докладывал лорд Араспилский.

Командир обороны ближнего периметра долины устало указывал точки на карете обороны, развернутой прямо в воздухе перед панорамой сражения и экранами детализации, висящими под потолком.

– Щиты начинают сдавать из-за слишком большой нагрузки. Резервных генераторов не хватает. Честно говоря, ими обеспечен не весь периметр. Рассчитывали на поставки из Морста. Но нашу партию переправили в приморские районы.

– Там они нужнее. – Майя слегка поморщилась.

В условиях резкого сокращения заводов Вирту приходилось лично заниматься распределением генераторов силовых щитов. Она могла только посочувствовать своему супругу. И выбор направления очередной партии генераторов был больше похож на выбор, какому городу или поселку выжить, а какому погибнуть. И далеко не всегда этот выбор удавалось совместить со своевременной эвакуацией.

– Кроме того, во многих местах масса тварей обеспечивает их продавливание через третий уровень. Они просачиваются через щиты, как вода. Бойцов не хватает.

– Где наиболее опасное направление?

– Правый край, шестой опорный пункт. – Офицер указал направление не на карте, а прямо в окне, на обзорной панораме.

В том направлении клубился черный дым от сгорающих в огневых рвах тварей, в котором даже с этого расстояния можно было видеть языки пламени от огнеметов. По отблескам можно было понять, что лучевое оружие тоже не простаивает. Но в этом густом дыму его эффективность резко падала.

– Защитные огневые полосы в этом месте не помогают. Тварей слишком много. Они заваливают рвы телами. – Продолжал командир периметра. – У меня больше нет резервов из бойцов, ваше высочество. Из города отряд прибудет только через шесть часов. Скорее всего, придётся оставить позицию и отступать на мобильные опорные пункты.

– Если волна прорвет щит, на площадке будет трудно удержать тварей. – Заметил Индерский. – Долина окажется беззащитной.

– Положим, не так уж и беззащитной. – Майя прищурилась, что-то прикидывая. – Мобильные опорные пункты вдоль линии смогут рассеять волну по площади. И справиться с тварями станет проще. Но потерь действительно будет не избежать.

– Майя, надеюсь, ты не собираешься пойти туда сама? – Забеспокоился Диртар.

– Нет. – Улыбнулась принцесса. – Но кое-какой личный резерв у меня все же есть. Периметр против такой массы ему не удержать. А вот прикрыть опорный пункт, и при необходимости отход штабных контейнеров вполне.

Лежавший у ног девушки кот встал, неторопливо потянулся и направился к выходу.

– Араспилский, предупредите бойцов на пункте, чтобы не раздражали Барика своей пальбой. – Отдал команду Диртар. – Когда он подойдет, пусть перенесут огонь за линию огневых валов. А зону непосредственно под стенами пункта оставят Барику.

Рядом с девушкой развернулся плоский экран, отражающий мельтешение веток и травы. Нововведение, придуманное совсем недавно. Барик не одобрил посторонние предметы и не собирался позволять цеплять на себя всякого рода ошейники или ремни. Тем более что это мешало при трансформации. Но местным изобретателями удалось найти выход удовлетворивший всех. Они закрепили на коте маленький маячок, а почти незаметная камера- робот парила на уровне его головы. Камера могла приблизиться к маячку на минимальное расстояние и подзаряжаться от него по короткому лучу. Сам жучок подпитывался исключительно за счет тепла тела кошки. Энергии едва хватало на все это. Расколы по-прежнему высасывали любые накопители и сильно ограничивали автономный полет робота. Поэтому радиус полета камеры был невелик, и ей все время приходилось возвращаться в зону устойчивого энергообмена. Зато теперь можно было не только воспринимать эмоции кота, но и видеть окружающую обстановку глазами.

Майе потребовалась почти неделя и несколько таких миникамер, чтобы приучить питомца не сбивать надоедливую мошку в воздухе своим хвостом. Но это того стоило.

Присутствующие невольно сосредоточились на новом экране. Камера слегка отдалилась от бегущего животного, спасаясь не только от начавших сочиться ядом волосков, но и от пришедшего в движение хвоста над головой кота. Было видно, как Барик на ходу проводит трансформацию.

Майе всегда было интересно, как Барик это делает в зависимости от ситуации. Если переход в боевой режим происходил стоя на одном месте, он мог сделать все сразу и по всему телу. Но, как правило, предпочитал начинать с лап. Щитки превращали мягкие подушечки в тяжелые убойные копыта, к тому же вооружённые длинными выдвижными когтями.

Во время движения, или, как сейчас, бега, Барик предпочитал иную тактику. И щитки сначала выступали на морде, голове и отдельными сегментами вдоль хребта. Так, чтобы не мешать гибкому телу в стремительном беге. Заодно мягкие волоски гривы поднимались, приобретали жёсткость и начинали сочиться ядом. Так Барик защищался от возможной атаки сверху. В том числе и от большинства летающих насекомых. От тех немногих разновидностей москитов, что оказывались неподвластны действию яда, в местах, где щитки еще не выступали, шкуру спасал густой подшерсток, больше похожий на войлок.

– Вот каждый раз думаю, почему генетики древних не придумали нечто подобное для измененных. – Проворчал Араспилский. – Это же ходячий щит. И никакой тебе подпитки, силовых щитов. У наших измененных только скорость, сила и ускоренная регенерация. И то, все уступает этому коту. Обидно!

– Нам бы с тем, что они натворили разобраться. – Проворчал Индерский. – Ещё не хватало заполучить гибрид человека с ниахарой. Не хотел бы я столкнуться с синдромом таких измененных.

Они ещё на некоторое время вернулись к обсуждению вопросов обороны на других участках. Но там накал волны шел на убыль. Впереди предстоял небольшой относительно спокойный интервал времени. Который требовалось использовать для снабжения опорных пунктов, ремонта и замены оружия и замены бойцов. На экранах уже начали высвечиваться доклады о выдвижении колесной техники к передовой. Пресловутый опорный пункт оставался единственным участком периметра, где волна только усиливалась. Когда на экране вырос частокол из жестких волос гривы, в которую зарылась камера-робот, все снова смогли переключиться на происходящее около щита..

– Камере самостоятельно не преодолеть даже щит второго уровня напитки. – Пояснила Майя. – Пришлось вписать алгоритм самозакапывания ее в гриву. Извините, мне нужно отвлечься.

Присутствующие послушно притихли.

Преодолевая самостоятельно щит, ниахара могла вызвать в силовом поле возмущения, способные пустить генератор вразнос. Чтобы этого не произошло, Майе приходилось вмешиваться в действия своего кота, настойчиво сдерживая его с помощью желания мягкого и осторожного продавливания силового поля.

Барику это не очень нравилось. Он предпочитал преодолевать преграды рывком, сходу и совсем не понимал, зачем нужно заботиться о сохранении того, что мешает двигаться и связывает лапы. Но если старшая хотела, значит так нужно. Поэтому кот послушно затормозил перед преградой и слегка расслабился перед входом в эту вязкую преграду.

Знакомое по многочисленным тренировкам вяжущее ощущение вызвало раздражение, тут же уловленное Майей. Захотелось рвануться, разорвать это вязкое нечто. Но старшая была против, она очень не хотела, чтобы он это делал сейчас. Каким-то образом, это препятствие было связано с безопасностью незнакомых двуногих, укрывшихся в пахнущей железом пещере. Ему было абсолютно все равно на чужаков. Но старшая заботится даже о тех, кто никогда не сможет ни войти в его прайд, ни даже стать его союзником. Хотя тут как раз действуют союзники. От старшей пришла успокаивающая волна защищенного тыла и возможности отступить в железную пещеру. Что ж, это совсем хорошо. Здесь действия старшей получили его понимание. Двуногие слишком слабы и медлительны для настоящей охоты. Только их с братом старшие могут стоять рядом с ними в настоящей охоте. Но за стеной и с огнем, двуногие могут быть хорошими союзниками и заслуживают его терпения даже без напоминания старшей.