Пятое кольцо - Митчелл Грэм

Мэтью прищурился и поглядел по сторонам: он был удивлен, что отец уже приехал. «Он небось едва не угробил Оберта – сколько им пришлось дров разгрузить!» – подумал он.

Бран поймал взгляд сына и кивнул ему.

– В командном состязании каждый из вас будет участвовать в трех поединках. Первая команда, члены которой победят десять раз, считается победившей. Поединки будут идти на длинных досках. Сходить с досок не разрешается, – продолжал объяснять отец Томас. – Если фехтовальщик обеими ногами сойдет с доски, будет считаться, что противник поразил его. У вас есть какие-нибудь вопросы?

– А когда нам поесть дадут, отец? – раздался нахальный голос. Мэтью сразу же узнал Джайлза Арлена Нейсмита из Грейвенхейджа. Джеррел Роузон свирепо посмотрел в сторону проказника. Джайлз опустил глаза и стал внимательно изучать носки своих сапог, но ухмылка все-таки не сходила у него с лица. Коренастый парень из его команды ободряюще толкнул его плечом, и Джайлз толкнул его в ответ.

Мэтью пришлось несладко, когда он последний раз фехтовал против Джайлза. Джайлз был примерно одного роста с Мэтью, но обладал редкой самоуверенностью. Хотя Мэтью не сомневался, что с технической точки зрения фехтует лучше, он проиграл три последних поединка с Джайлзом, что ужасно его огорчало. Нападал Джайлз неожиданно и стремительно да вдобавок выставлял свой клинок под самым непривычным углом.

– Прекрасный вопрос, мой юный друг, – ответил отец Томас. – Это мастер Нейсмит спросил, не так ли? Так вот, вы будете рады узнать, что добрые дамы города Девондейла не забыли о вас и приготовили отличное угощение, чтобы наполнить ваш пустой желудок… и голову.

Раздался оглушительный взрыв смеха, и даже Джайлз захохотал, добродушно покачивая головой.

– Готовьтесь. Начинаем через десять минут. Желаю всем удачи.

Пока все поспешно проверяли в последний раз свое оружие и экипировку, Мэтью быстро прошел за здание муниципального совета. Перед любыми состязаниями его желудок отказывался ему повиноваться, а худшего позора, чем приступ рвоты при людях, он себе и представить не мог. Разумеется, вокруг снова порхали бабочки. Перед тем как желудок начали сотрясать спазмы, горло Мэтью привычно сжалось.

По опыту прошлых состязаний Мэтью знал, что, как только турнир начнется, он снова почувствует себя в отличной форме, но все равно стыдился своего болезненного состояния. Уже не раз он пытался заговорить об этом с отцом, но каждый раз смущался, и разговора так и не получилось. Когда желудок немного успокоился, Мэтью глотнул воды из бутылки, которую носил с собой, вытер рот и стал обходить здание, направляясь к площади.

Вдруг он понял, что за ним наблюдают. Почти за углом здания стояли двое парней из Грейвенхейджа, с недоумением глядевшие на него во все глаза. Тот, что повыше, был Берк Рэмзи; второй был из той же команды, но Мэтью его не знал.

– Ты не заболел? – спросил он.

– Я… ну… нет, все в порядке. Просто иногда перед соревнованиями мне не удается справиться с желудком.

Мэтью никак не ожидал того, что последовало. Оба поглядели на него еще мгновение, потом громко захохотали и поспешно ушли.

«Прекрасно, – подумал Мэтью, – только этого мне и не хватало!»

Едва он повернул за угол, как его худшие опасения подтвердились. Берк и его приятель стояли вместе с Джеррелом Роузоном и Джайлзом Нейсмитом и явно рассказывали о том, что только что увидели. Берк, заметив его, ткнул пальцем в его сторону и зашелся от смеха.

Мэтью почувствовал, что у него даже уши покраснели. Он выпрямился и прошагал мимо, изо всех сил стараясь поддержать собственное достоинство. Его не утешало, что рассказанная история, по-видимому, не показалась смешной Джеррелу Роузону. Мэтью не мог разобрать, что он сказал, но парни перестали улыбаться. Джайлз спокойно посмотрел на Мэтью, но понять, что он думает, было невозможно.

Джеррел Роузон взглянул на долговязого юношу, прошагавшего совсем близко. В самом лучшем случае в семнадцать лет дети ведут себя нелепо, но в этом пареньке было что-то такое, что привлекало внимание. Хоть он и был чересчур бледен и слишком худ, Роузон не мог не заметить его сияющих ярко-голубых глаз, зорко смотревших вокруг. «Сын Брана Люина», – подумал он.

По жребию первыми соревновались команды Мехлена и Девондейла. Параллельно фехтовальной дорожке, по обе стороны от стола рефери, поставили две деревянные скамьи, чтобы члены команд могли сидя наблюдать за схватками. Мэтью спокойно уселся рядом с Дэниелом.

– Кто первый? – спросил он.

– Коллин и вон тот тип, – ответил Дэниел, указывая на темноволосого юношу с сосредоточенным выражением лица. – Ты идешь вторым, потом я, потом Лара, Дэниел, Гарон, а потом Карли.

– Я вторым?

Это значило, что в первой половине соревнования ему придется провести два поединка. Мэтью удивился. По его мнению, Коллин был более сильным фехтовальщиком, чем он, и решение отца Томаса представлялось юноше странным.

– Гм, – промычал Дэниел. – Отец Томас считает, что мы скорее сможем выиграть, если начнем с сильных.

К сожалению, команде Мехлена об этом не сообщили, и борьба развернулась гораздо напряженнее, чем ожидалось. С начала турнира прошло уже больше двух часов. Мэтью давно перестало тошнить, – напротив, он ощущал прилив энергии. Когда объявили третий, финальный, раунд, команда Девондейла отставала на три поединка, и ей угрожала опасность выбыть из игры.

Отец Томас подошел к своей команде с каким-то списком. Он сообщил, что тренер команды Мехлена, Том Келторп, уже отобрал игроков, так что оставалось лишь решить, кто с кем будет фехтовать. Он показал Коллину первое имя в списке.

– Запросто, отец. Я его побью. – Коллин проговорил эти слова таким обыденным тоном, что Мэтью отчаянно позавидовал его уверенности в себе.

– Лара?

Лара взглянула на следующее имя в списке и покачала головой:

– Не знаю, отец…

Она посмотрела на Мэтью, который ободряюще кивнул, а затем снова впился глазами в отца Томаса. Священник несколько мгновений пристально смотрел в глаза девушке, потом погладил ее по колену и повернулся к Дэниелу:

– Ясно. Ты, Дэниел?

Друг Мэтью посмотрел на имя на листе, а затем на юношу, сидевшего на скамье напротив:

– Да, думаю, что да, – произнес он тихо.

Ни Карли, ни Гарон не могли решить, сильнее они или слабее третьего игрока из списка. Отец Томас задумчиво посмотрел на обоих и глубоко вздохнул:

– Что ж, Карли, ты регулярно ходил в церковь, так что понадеемся, что Творцу будет угоден твой меч. Ты пойдешь третьим.

Гарон не знал, интересуется ли Творец фехтованием, но, кажется, был доволен, что отец Томас выбрал Карли. Таким образом, Мэтью оказывался четвертым – против их первого номера. Сообразив все это, Мэтью был почти уверен, что отец Томас скажет ему какое-нибудь напутствие, и слегка удивился, когда священник всего лишь сжал его плечо и сказал: