Толстушка Ли (СИ) - Стоун Милана

Нейт с яростью двинулся ко мне, но я снова потянулась за битой, дав ему понять, что я снова воспользуюсь ею, если нужно.

— Я! Тебя! Сука! Убью! — четко выговаривая каждое слово, сказал мне.

— Ради Бога, Нейтан! — со смехом отозвалась я. — Ты уже это сделал… и исчерпал свой запас мудака! Так что катись ко всем чертям!

— Я вижу, что ты делаешь. Ты используешь меня! Жирная свинья, похудела после того случая и хочешь, что бы я ещё больше втоптал тебя в это дерьмо, хочешь еще сбросить вес? Хочешь стать похожа на то, что можно иметь? — он ехидно улыбнулся, сверкнув взглядом, любимых шоколадных глаз. — И что бы ты знала, твой отец хорошо оплачивал мне, что бы я присматривал за тобой в школе, и мне приходилось за тебя вступаться, тупая ты идиотка!

Мне было плевать на его слова. Черта пройдена.

— Ох, как жаль, что теперь тебе никто платить не будет! Мой отец хотя бы может это сделать, не то, что твой, которому наплевать на тебя! Удачного тебе боя. Постарайся хорошо, ведь кроме как махать кулаками ты ни на что не способен, — я видела ступор на его лице, попала прямо в больное место, которое знала и без сожаления втоптала его в это дерьмо, как и он меня. Ни капли не жалела.

Тяжело дыша, я направилась к машине нашего водителя, не обращая внимания на собравшихся людей вокруг. Повернувшись, показала ему непристойный жест сев в машину. Он остался неподвижно стоять на месте, наблюдая за мной глазами, которые были наполнены злостью.

Катись к чертям, Ублюдок.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Вероника

Какое же все-таки спокойное место кладбище. На самом деле меня всегда возмущали люди говорившие, что это какое-то мистическое и страшное место. Нет, это не так. Тут просто закопаны разлагающиеся трупы ваших любимых, либо же недоброжелателей, или же незнакомых вовсе людей. Ничего больше…

Никогда не считала нужным ходить сюда, считаю, что это бессмысленно. Люди приходят, что бы побыть наедине с когда-то дорогим человеком, рассказывая ему все свои жизненные неудачи или плача над надгробием, жалуясь на жизнь.

Тогда что здесь делала я? Смотря на имя и дату смерти когда-то близкого человека, ничего не чувствовала, было все равно, я уже давно забыла лицо своей матери. Фотографии были давно утеряны из-за множества переездов, поэтому у нас не было возможности разместить её лицо на памятнике. Прошло пятнадцать лет и все её забыли. Когда-то эксклюзивную востребованную танцовщицу, после проститутку продававшую свое тело за дозу наркоты.

Эту женщину я призираю больше чем кого либо. Из-за того как низко она пала с такой, как мне помниться шикарной внешностью. Она умерла в молодом возрасте, с внешностью прогнившего мяса, хотя такой она являлась и внутри. Наркотики буквально забрали её свет, забрали её жизнь.

Своё детство, которое эта сука нам дала, я никогда не забуду. Она была худшей матерью. Даже попав в детский дом, я вздохнула с облегчением. Не скажу, что пребывание там, было лучшим временем в моей жизни, так как приходилось нелегко, но у меня уже был бойкий характер, и я знала, куда можно ударить мужчину, что бы было побольней. Справится с подростками, было намного легче, хотя бывало, они нападали группами, но мне повезло оставаться только избитой, но не изнасилованной.

Я была совсем одна. Моя сестра ушла из дома к какому-то там клиенту матери, когда ей исполнилось всего семнадцать, а потом и вовсе уехала из города, оставив меня с ней совсем ребёнком.

После её ухода все только ухудшилось, мать пребывала в злобном настроении, говорив, что потеряла доход и на что ей придётся жить, она кричала это куда-то в сторону нашей комнаты, но не обращалась ко мне. Для неё я была призраком, была ей не нужна.

Так прошёл год и на порог нашего дома пришёл он. Это лицо я не смогу забыть в отличие от материнского. Пронзительные до глубины души голубые глаза… когда он смотрел на меня, чувствовала страх, и хотелось убежать, это было словно инстинкт, в голове включался красный свет, предупреждающий об опасности, бежать без оглядки из дома куда угодно. Но страх был слишком велик даже для того что бы просто сдвинуться с места, он не был стар как были в основном все её клиенты, на тот момент ему было не более двадцати пяти. Но он был самым чудовищным мужчиной в моей жизни.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Он приходил не часто, но всегда приносил мне подарки, после удалялся с матерью в комнату, из которой издавались такие знакомые мне звуки с её криками, после уходя, оставлял ужасные синяки и ссадины на её теле. В дальнейшем его визиты стали учащаться и в один вечер он зашёл и в мою комнату пожелать хороших снов. Он поцеловал меня в губы. Тогда я ещё не понимала происходящего.

С каждым разом его поцелуи все больше менялись, и его руки начинали трогать меня в сокровенных местах, но он не трахал меня. Иногда он просто ложился со мной и обнимал, целовал, пока я не засыпала в его объятиях. Чем больше он позволял себе, тем дороже и больше приносил мне подарки и мне это начало нравиться. Нет, не его поцелуи, от них моё тогда ещё детское сердце зажималось в страхе, мне нравилось его внимание, и с каким трепетом тогда он относился ко мне. Я даже начала считать его своим отцом, до той ночи, когда он зашёл дальше. Мне было уже четырнадцать лет, я ходила в хорошую школу, которую по его словам, он оплачивал.

Я помню ту ночь, будто она была недавно. Он пришёл ко мне в комнату с новым подарком, это было золотое колье в форме сердца с гравировкой его имени на обратной стороне. Он одел его на меня, в тот момент, увидела в его взгляде, то, что не видела раньше, будто он был, как и мать под наркотиками. Он стал целовать меня и срывать одежду, раньше до этого не доходило, потом вспыхнула сильнейшая боль межу ног, почувствовала, его половой член, который начал врываться в меня со всей мощи как, мне казалось. Такой боли не ощущала никогда в своей жизни. Я молила, плача просила, остановится и не делать этого. Но смотря в глаза этого монстра, я видела дьявольский взгляд и оскал, это лицо никогда не сотрется из моей памяти, продолжая мучить меня во снах.

Начала моргать, пытаясь избавиться от тех воспоминаний, но пелена закрыла мой обзор на могилу, я поняла, что по щекам льются слезы, чего не позволяла себе уже много лет. Я больше не та девочка боящихся мужчин. Ненавидящая, да. Нащупав кулон, развернула его, прочитав такое ненавистное мне имя «Эдуардо».

Посмотрев в последний раз на могилу, повернулась, направляясь в машину. Да, я не далеко ушла от своей проклятой матери. Такая же прогнившая внутри, не умеющая любить никого и презирающая всех мужчин, получая от них все благи жизни. Но сейчас у меня появилась цель и я не отступлюсь и вцеплюсь коготками в своё благо. Пощады не получит никто, всех уничтожу на своём пути, потому что мне давно плевать на всех, только своё счастье, во благо мне.

Пойти по головам, возможно разрушая чью-то жизнь, плевать. Я никому не была нужна, когда было так необходимо, никто не помог когда, молила о помощи.

Мерзкие люди, им не стоит так удивляться моим действиям, грязным, отвратительным, но необходимые мне.

Глава 9

Три года спустя

— Тина хочет нас с кем то познакомить.

Оторвав меня от мыслей, обратилась ко мне Уна. Я кинула взгляд на свою подругу. Она была красавицей, у неё были темные волосы и большие темно карие глаза. Но кукольное лицо немного портил её шрам, который начинался от правого виска, пересекая пол щеки. С ним её лицо, казалось грубым и каким-то зловещим. Хотя сам взгляд этой девушки редко был довольным или добрым.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Но по прошествии трех лет нашей дружбы я поняла насколько хорошая эта девушка. Она была рядом, когда было так необходимо, была моим одним из самых близких и дорогих мне людей, как и Тина, подруга которую мы ждали, находясь в одном из неблагополучных районов Портленда, в баре принадлежащий Уне.