Аллер - Олег Сынков

от планеты на скок, а то и на два. Мы не можем совладать с этим метеоритным явлением. Правитель, нам бы выдержать его, этот метеоритный ураган!

Правитель Литан взялся ладонью за лоб и что-то думал.

Правителей на Парфире выбирали каждые десять галактических лет. Галктический год был стандартом для всех систем и планет. Сделано это было специально для избежания всякого недопонимания на всех планетах, изученных людьми. Их очень много, есть даже области галактики, куда ещё не ступала нога человека, а это, считай, ещё девяносто пять процентов всей галактики.

Парфир был планетой без династий, королей, царей и даже сословий. Это было для Планеты как наказание. Каждое новое поколение требовало новых своих привилегий, ссылаясь на право выбора. И если правительство Парфира не шло на их требования, вспыхивали сначала забастовки, а потом и погромы.

А заседание делегатов из народов планеты продолжалось, их было двести пятьдесят со всей планеты.

Может ли возникнуть голод?

Может. Не у всех дома есть запасы. А ещё вспыхивают пожары, их приходится тушить.

Такой интенсивности метеоритного падения нет ни в одной, даже в исторической записи Парфира.

Сегодня третий день этого явления. Что там учёные сказали: ещё пять дней или всего пять дней, что-то непонятно?

Ещё два дня, и прекратится это светопреставление.

Быстрей бы, а то у людей терпение кончится скоро. А мы и на встречу не попали с Фадамаром, надеюсь, они поняли почему, — подытожил Литан.

Фадамар на его орбите.

Один из пилотов вскочил: Получено сообщение от Стрика Волна!

На мой пульт! — скомандовал Ритар.

Посреди мостика вспыхнуло трёхмерное изображение человека, сидевшего в кресле командира другого такого же Стрика, как и наш.

Это Волна, командир. Ритар, отправляю вам это сообщение. Докладываю: метеоритная струя в два скока окружности проходит через орбиту Парфира, и он как раз в этой струе. Есть контакт с командирами Стриков Парфира, но они говорят, что связи с планетой нет. Жду распоряжения. До связи.

Изображение исчезло.

А я подошёл к Бату и спросил: Какое расстояние до Парфира?

Два ГАКа.

У меня гак ассоциируется с каким-нибудь что-то чего с лишним, то бишь с гаком.

Бат посмотрел и сказал: Один ГАК — один миллион Скоков.

Десять трилионов километров! По земным меркам — звёздная система чужая, совсем рядом. А как до неё добраться? — я только подумал, а Бат начал уже просвещать меня.

Любой прыжок — это секунда времени, хоть Скок, хоть ГАК, хоть тысяча Скоков. Ну, скажем, ГАК — это потолок для нас, дальше не получается прыгнуть. А вот до ГАКа любое расстояние за секунду преодолевается. Но есть одно но: после прыжка в ГАК Стрик накапливает энергию для следующего Гака целый час. Для меньших прыжков уходит меньше энергии.

Я чуть не упал там, где стоял, но виду не показал, что удивлён. Ну, очень, очень удивлён.

А как с сообщениями дело обстоит?

Тут проще: они забирают минимально энергии и прыгают на миллион Гаков максимум, пока. Но есть снова одно но: они прыгают только на Стрики и только на те Стрики, к каким они адресованы. А как дело обстоит с общением в реальном времени, чтобы видеть и разговаривать?

А это до трёх скоков, но задержка в минуту — то ещё общение, так что до одного скока — самое то, что надо общение. Я знаю это всё поверхностно, а ТЫ знал, но забыл.

Да, но ты мне память восстанавливаешь, Бат однозначно, и у меня как галлюцинация возник образ Жириновского Владимира Вольфовича, однозначно.

А ну, что шепчетесь? — спросил Ритар.

Да, мыслим тут кое над чем, — сказал я.

Поделитесь?

Да вот, как такое расстояние от Парфира мог преодолеть этот метеоритный рой? И все превратились в слух, даже Бат.

Ну, не тяни, Аллерсавр, говори уже, ты же умник ещё тот, я знаю, — сказал Ритар.

Если он пролетал мимо Парфира три дня назад, его видели или нет? Траектория показывает, что да, видели. Но Парфир как раз молчит три дня. Но дело даже не в этом. По этой траектории ему лететь месяцы до нас.

Ты хочешь сказать, кто-то посодействовал этому?

Да, дядя, так и есть. Понять бы, кто и как перенесли его к нам, и главное, траектория совпадает с компьютерной. И тут меня осенило: вирус, компьютерный вирус. А всё ли в порядке с компьютером, не заражён?

Есть ли другие компьютеры? Есть, и Зизар помчал куда-то. Через минуту он уже был на месте, вбивал данные. А когда всё сделал, мы все склонились над компом. А там траектории были другими, совсем другими.

Стрик заражён, — Ритар опустил голову.

Есть кто справится с задачей по лечению Стрика?

Есть, конечно. Начать лечение Стрика, вызывай специалистов, Зизар, — не поднимая головы сказал Ритар.

Ты что, Рит?

Что, что? Прозевал момент, как мальчишку, а.

Да ладно, разберутся спецы, будет всё ХОККЕЙ. Вот тебе на, я снова что сказал-то? Что, снова все вылупились на меня, даже Ритар? Что? Я повернулся к Валиару, он стоял ближе всех ко мне.

Старскар много таких же вещей говорил, откуда ты только берёшь их?

Слова как слова, а в общем, я и сам не знаю, — и почесал макушку. Бат улыбнулся, Ритар посмотрел строже, а Валиар шагнул в сторону, наверно, думал, я пройти хочу.

Я так и остался стоять, да кто такой этот Старскар? Надо узнать, все только и говорят мне о нём.

Пришли специалисты, занялись компьютерами. А я решил поговорить с этими ставшими нужными и дорогими мне людьми. Ритар, Валиар, Бат, надо поговорить.

Я прошёл обследование, Бат знает, — и он закивал головой. Я частично потерял память, и с этим же, наверно, связаны мои высказывания Старскара. Я не знаю, откуда это всё берётся, все его слова. Но я хочу попросить о другом: я многое забыл, но хочу вспомнить, если я буду вас о чём-то спрашивать, то знайте — я не помню, а спрашиваю, значит, надо для общего дела.

Так вот оно что, — сказал Ритар, — а я-то думаю, что они всё головами друг в друга упёрлись, как горные Ситы. Смысл дошёл до меня: это баран или козёл.

А теперь подумаем, кто заразил компьютеры, Ритар? Пилоты на мостике работают в три смены. Больше никто не допускается, кроме специалистов и гостей вроде вас. Но гости всегда на виду, да и ночная смена у нас сокращённая — всего три пилота. Мы не роботы, и нам надо отдыхать и как-то меняться