Семь невест рыцаря Дмитрия. Часть вторая - Павел Шек

Майя окинула меня взглядом, удостоверилась, что я в порядке и, вытерев кинжал небольшой тряпочкой, и убрала в ножны. Теперь я точно знал, где она его прятала. На таком же ремне, как и у Фай, ножны у нее были закреплены на бедре. Доставая его сквозь разрез на юбке, она попутно вытягивала ленточку, чтобы юбка не сковывала движения. В прошлый раз она оголяла другую ножку, поэтому кинжал я не заметил.

Мы еще легко отделались. Я немного потянул запястье, а Майе слегка распороли рукав платья. Крепко выругавшись, я уселся на ступеньку у ближайшего дома. Со стороны главной улицы к нам спешили вооруженные эльфы.

- Вот теперь рассказывай им, что мы просто проходили мимо, - грустно улыбнулся я.

Я еще не до конца осознал, что произошло, и почему они набросились на нас? Их поступок не то, чтобы не соответствовал моим представлениям о Шурифон, он шел с ними вразрез.

Первыми к нам подоспела местная дружина. Они носили те же одежды, что и войска, высадившиеся в свое время на Сольвии. Вот это уже были настоящие воины Шурифон. "Суровые, закаленные в боях, хладнокровные убийцы", - так их однажды назвал Франц. Они окружили место происшествия, не подпуская горожан. Один из них наклонился над каждым убитым, констатируя смерть, и занял позицию недалеко от нас.

Через пять минут сквозь оцепление пробилась Элона и Ришин. Увидев их, я облегчено вздохнул. Ришин бросил короткий взгляд на мертвые тела и выражение лица у него стал таким же хмурым, как и у стражников. Элона всегда плохо скрывала свои эмоции. Сейчас она выглядела так же, как и утром, когда сообщила нам о появлении острова церкви.

- Как это произошло? - спросил Ришин, подходя к нам. Он встретился взглядом с Майей и скрестил руки на груди. Мне показалось, он сделал это для того, чтобы не поправить оружие на поясе.

- Как, ответить не сложно. Я надеюсь, вы выясните, Почему это произошло, - я кивнул на девчонку. - Мы просто шли по улице домой. Они вышли вон оттуда, нам на встречу. Когда мы поравнялись, они неожиданно напали на нас. Ну а получилось вон как...

- Почему? - с дрожью в голосе спросила Элона.

- Что почему? - не сразу понял я.

- Почему вы их убили?

- Я же говорю, мы просто шли, когда они напали на нас, - я потянулся, чтобы взять ее за руку, но она отстранилась.

- Почему? - вот теперь уже требовательно, спросила она.

- Да если бы я... - я повысил голос, но осекся. - Ты мне не веришь?...

Мне почему-то стало так обидно, как будто меня предал лучший друг. Я перевел взгляд на Ришина. В отличие от Элоны в его взгляде я не прочел ни укора, ни недоверия. Пока он не узнал, что здесь произошло на самом деле, он не спешил с выводами.

- Если я вам больше не нужен, я буду на Милости Света, - я взял за руку Майю и самым наглым образом пошел сквозь толпу зевак...

- Подожди, - Ришин придержал Элону за плечо, и подозвал старшего из стражи. - Свидетели есть?

- Да, - он махнул рукой своим людям, чтобы они пропустили за оцепление женщину. - Говорит, что видела все из окна. Вон там, - он указал на окно дома немного дальше по улице.

- Пусть твои люди проследят, чтобы никто не расходился, - попросил его Ришин. Минутой позже, он поднялся на крыльцо дома, обвел толпу зевак взглядом, и повысил голос. - Это дело затрагивает честь клана. Вы ничего не видели. Здесь ничего не произошло.

По толпе пробежал ропот, и люди начали расходиться. Были слышны удивленные голоса, повторявшие "честь клана".

До Милости Света мы добрались без приключений. Всю дорогу в голову мне лезли нехорошие мысли. Неужто наемные убийцы церкви пробрались и в ряды Шурифон? Или же это было нечто другое? В этом надо было обязательно разобраться.

Когда мы поднялись на борт, Майя высвободила свою руку. Оказывается, я всю дорогу так и не отпускал ее.

- Извини, задумался, - я зашагал в сторону дома.

Ремонт острова не прекращался даже вечером. Строителям Шурифон был поставлен почти невыполнимый план, успеть погрузить на остров все необходимое для его перестройки и пересадить уже взрослые деревья из особого питомника. Поэтому работать им предстояло всю ночь.

Похоже, мы добрались сюда быстрее слухов, потому, что эльфы были как обычно приветливы и добродушны. А вот Майя, напротив, смотрела на них как на бандитов. Когда их бригадир решил узнать причину моего внезапного возвращения, она так пристально на него смотрела, что ввела его в замешательство. Хорошо, что она позволила ему подойти, а не встала между нами.

Из моей команды на острове оставались только Анна и Валдис. Не говоря причины, Анна заявила, что она лучше проведет ночь на стройке, чем в замке. Валдис же, еще днем нашел Шелу, а раз вернулся, значит, любовь по расчету у них закончилась.

Анна нашего возвращения не ждала и читала в своей комнате. Пока Майя ушла переодеваться, я пошел на кухню в поисках спиртного. Настроение было испорчено и надо было либо выпить, либо... Первое было действеннее, поэтому я выудил из запасов бутылку настойки, которую мне вручил на подобный случай Торвальд, и устроился в гостиной. Едва я опрокинул первую рюмку, домой вернулась Фай.

Среди Шурифон было непринято преклоняться перед кем-то, даже если это был вождь. Уважение, вот к чему стремились и воины, и мирные горожане, и ремесленники. Если твоя работа сделана на совесть и к тебе нет претензий, тебя будут уважать как хорошего работника. В отличие от союзных королевств, в клане Шурифон никогда не поставят неопытного юнца командовать воинами, только потому, что он родился в благородной семье.

Именно по этой причине на детях, рождающихся в семьях, ведущих клан к процветанию, лежит большая ответственность. К моменту своего совершеннолетия они должны доказать другим, что могут идти по стопам своих родителей. Примером тому был Ларса, которому в столь юном возрасте доверили защищать клан от агрессии других народов.

С Элоной все было сложнее. С того момента как определили ее способность управлять мобильным доспехом, ее судьба была предрешена. В Союзных Королевствах ее в шутку назвали принцессой, при этом, не задумываясь, сколько ей потребовалось усилий и труда, чтобы добиться уважения среди своих соплеменников.

В одиночку вести вперед такой большой клан было не под силу одному человеку. Вождь у Шурифон лишь направлял его, указывая общую политику, в то время как многие другие занимались повседневной, подчас тяжелой работой. Мало кто из соседей клана знал, что у них существует своя государственная служба, попасть в которую можно было, только сдав особый экзамен на знание предмета. Эту службу клан позаимствовал у соседей и как свойственно им, переделал ее на свой лад.

Проблема политики у Шурифон никогда не стояла так остро, чтобы вызывать склоки и скандалы. Любой спорный вопрос, в котором не приходили к единому мнению, решался на усмотрение вождя, при этом обе стороны принимали это решение как единственное возможное.