Мне хочется сказки - Элизабет Кейли

Оставляя мокрые следы на ковре, она подбежала к телефону и недовольным голосом произнесла:

— Да?

— Привет, милая, что делаешь? — поинтересовался Ричард.

Если бы Эстель была не так сердита на весь мир, она бы сразу же заметила, что ее Рич как-то странно говорит. Вроде бы он был весел, но эта веселость явно была наигранной.

— Моюсь, — сердито ответила ему Эстель.

— Прости, я не вовремя. Хочешь, я перезвоню тебе?

— Ладно уж, — смилостивилась она. — Подожди минутку, я перенесу телефон в ванную, домою голову, и мы спокойно поговорим.

— Хорошо, родная, как скажешь, — быстро согласился Ричард.

Эстель уже подметила, что в последнее время он слишком часто с ней соглашается. Их противоречия касались лишь теоретических вопросов — например, какая система права эффективнее: британская или американская. Она вспомнила, что так же было и тогда, когда их любовь только начиналась. Но ведь в тот период и у нее не было поводов противоречить Ричарду. А может быть, просто тогда она его плохо знала?

Эстель решила не забивать себе этим голову, тем более что сейчас было не самое подходящее время.

Она домыла голову, замотала наподобие тюрбана полотенце и взялась за пилочку. Раз уж она так себя запустила, а завтра на маникюр в салоне у нее времени, стоит все сделать сегодня. Даже если придется позже обычного лечь спать.

Эстель удобно устроилась на пуфике и приготовилась продолжить разговор с Ричардом, надеясь, что это отвлечет ее от мыслей о Уильяме.

— Ну и что ты хотел мне сказать? — не очень вежливо поинтересовалась она.

— Только то, что я тебя люблю, — ответил обескураженный ее тоном Ричард.

— Тогда, будь добр, придумай что-нибудь еще.

— Эстель, что с тобой сегодня случилось?

— Ничего не случилось.

— Да? — иронично спросил Ричард. — Ты мне напоминаешь дикобраза. Как только я что-то говорю, ты сразу же выпускаешь свои колючки.

— Прекрати, вовсе я не дикобраз!

— Ну вот, что я говорил?

— А что ты говорил? Только то, что я похожа на дикобраза. Очень мило.

— Фразу «очень мило», в последнее время я слышу что-то уж слишком часто.

— Ну и что, — упрямо сказала Эстель. — Если ты хочешь со мной ругаться, подожди до завтра. Сдам зачет, тогда и говори, что тебе взбредет в голову.

— Эстель, прекрати, пожалуйста! — напряженным голосом попросил ее Ричард.

— Что мне прекратить?

— Истерику.

— Я абсолютно спокойна.

Как только Эстель заявила это, она заметила, что уже давно подпиливает один и тот же ноготь и он уже заметно короче остальных, к тому же подпилен очень неровно.

— Ну что за день такой! — воскликнула она.

— Вот и мне хотелось бы знать это, — усмехнулся Ричард.

— Обычный день, просто встала не с той ноги, — хмуро ответила ему Эстель.

— Вот когда встанешь с той ноги, позвони мне, — сказал Ричард. — Да, и желаю тебе завтра успеха. — В трубке раздались короткие гудки.

Эстель уронила руку, и трубка скатилась на пол из ослабевших пальцев. Она сидела неподвижно. Еще никогда Ричард так с ней не разговаривал. С самого начала у них было заведено, что Эстель обижается на него, а он приходит просить прощения. И неважно было, кто виноват.

Что же случилось с моим Ричардом? — спрашивала Эстель у самой себя, пытаясь уснуть. Она хмуро улыбнулась и включила свет, понимая, что ей сегодня уже не заснуть. Так не лучше ли почитать еще раз конспект?

Бессонная ночь свела на нет все вечерние старания Эстель: выглядела она хуже некуда. Но, как это ни странно, ее это мало интересовало. Она волновалась только о том, что ей скажет Ричард, когда они встретятся на зачете. Она и ждала и боялась этой встречи. Ей не хотелось терять Ричарда, ведь они вместе столько лет и она любит его. Но почему же тогда Уильям преследует ее в мечтах и снах?

Она тряхнула головой, решив, что за полчаса до зачета не лучшее время решать проблемы в своей личной жизни.

Ричард не позвонил с утра и не предложил ее подвезти, как он это обычно делал, когда они занимались по выходным.

Перед аудиторией, где должен был проходить зачет, уже стояла большая толпа. Эстель поздоровалась со всеми, пытаясь найти среди них Ричарда. Но все ее старания были тщетными. Она не видела такой родной фигуры в ветровке или просто рубашке какой-нибудь веселой расцветки.

Какой-то молодой человек подошел к ней, чтобы поздороваться. Эстель предпочла отделаться от него простым кивком головы. Но он неожиданно рассмеялся. Она пристальнее посмотрела на него и охнула от удивления. Перед ней стоял Ричард. Но теперь он был совсем другим: строгий серый костюм, безупречно подобранный галстук, начищенные модные туфли, даже булавка для галстука!

— Боже, Ричард, я тебя не узнала! — с восхищением воскликнула Эстель.

— Прости, но я тебя тоже сразу не узнал. Что у тебя стряслось, милая? Конечно, не очень хорошо так говорить, но ты неважно выглядишь. — В голосе его слышалась озабоченность.

— У меня уже все в порядке, — улыбнулась она. — Ты в костюме! Это способно привести меня в самое прекрасное расположение духа буквально в секунды!

— Я рад, что тебе понравилось, — просто ответил Ричард. — Я заехал за тобой утром, но тебя уже не было. — Эстель показалось, что она слышит в его голосе не столько обвинение, сколько смирение. — Но нам, кажется, пора. Да, если я сейчас завалю зачет, это будет только твоя вина!

— Почему? — удивилась Эстель.

— Мне было так ужасно, что я не спал всю ночь и не мог ничего повторить. Эстель, прошу тебя, давай больше никогда не ссориться.

— Я люблю тебя, Рич, — ответила она и нежно провела рукой по его гладко выбритой щеке. — Ты уже и бриться начал каждый день.

— Чего не сделаешь для любимой женщины, — пожал он плечами. — Пойдем. Мы почему-то первые в списке.

— Наверное, мы с тобой самые умные.

Вместо ответа Ричард просто рассмеялся.

Эстель так и не поняла, почему все так боялись этого зачета. Лично она не встретила ни одного по-настоящему трудного вопроса. Единственное, что ей мешало, так это пристальное внимание мистера Рольфа. И что с ним случилось!

Все пятнадцать минут, что она сидела перед его столом, он не сводил с нее жадных глаз. Эстель казалось, что он пытается вобрать в себя каждую ее черточку, каждый жест, каждую улыбку. Да и она сама не могла отвести взгляд от его голубых глаз. Неожиданно среди зачета Эстель поняла, что не может вспомнить, какого цвета глаза у Ричарда. И это ее сильно испугало. Она постаралась побыстрее ответить, чтобы не было больше искушения потеряться в глазах Уильяма. Эстель показалось, что он тоже боится еще хотя бы минуту смотреть на нее, быть с нею рядом.