Пробуждение Сюзанны - Norsebard

Клер отправилась в дом, а Сюзанна просто сидела и смотрела прямо перед собой, не зная, как реагировать на чувство, будто она попала в приключение, отличное от всего, что когда-либо происходило с нею. Приехав сюда, она волновалась, что может получить удар чашей для пунша, но теперь ее разум был заполнен абсолютно другими – и намного более приятными – картинами.

- Жидкая часть обеда подана, – сказала Клер, появляясь из дома. Она быстро плеснула немного вина в свой бокал и попробовала его. – Превосходно, – констатировала художница, заполняя бокал.

Как только фужер Сюзанны тоже был наполнен, Клер села за стол и убрала бутылку в пустой винный холодильник.

– Твое здоровье, – сказала она, поднимая свой бокал.

- Твое здоровье, – Сюзанна ответила идентичным жестом.

Потягивая рубиновое вино, журналист заметила хитрый прищур изумрудно-зеленых глаз напротив и почувствовала, как маленькая искра желания загорелась глубоко внутри нее.

Уютная атмосфера внутреннего дворика, прекрасная еда и еще более прекрасная компания позволили Сюзанне расслабиться и даже несколько раз тихонько похихикать над дурацкими историями художника о времени, когда та обучалась в Академии Искусств. «Ха! Если бы Гари и Дэвид могли видеть меня сейчас... они подавились бы своими клубничными коктейлями...»

- ...так что, в целом, моя первая выставка не была таким уж полным провалом, как, я уверенна, тебе может показаться, – закончила Клер, поднимая свой бокал.

- Ух ты, я и не подозревала, что в мире искусств так сильно процветает вероломство. Думается, я всегда считала этот мир очаровательным и... хех. Похоже, я была не права.

Посмотрев на гостью через стекло бокала, Клер подмигнула Сюзанне.

- Ну, иногда это может быть действительно милым. Я и не подозревала, что журналисты могут быть приятными людьми... должно быть, это зависит от человека. Хммм?

Сюзанна почувствовала жаркий румянец на щеках и сосредоточилась на уничтожении последнего кусочка тортильи с томатным соусом.

- Знаешь, Клер, – журналистка попыталась вернуться к безопасной теме, – это было просто фантастическое блюдо. По-настоящему изысканное.

- Спасибо, – ответила Клер с сияющей улыбкой, которая исчезла на мгновение, прежде чем вернуться в полную силу. – У меня так редко бывает возможность готовить для кого-то. Я хотела, чтобы это было чем-то особенным, но не знала, нравится ли тебе, ну, это. Эй, может ты любительница хот-догов...

То, как Клер произнесла последнюю фразу и выражение любопытства на ее лице – все это заставило Сюзанну поджать губы и откинуться на спинку стула. «Она только что спросила меня о том, о чем я думаю? Милостивый Сэмми Браун, похоже, что так... ух ты. Пресвятые угодники, ей действительно интересно это... о, блин... она определенно ждет ответа, но... ох...»

Все эти мысли пролетели у нее в голове за пару ударов сердца, и Сюзанна знала, что должна придумать ответ, который будет забавным, недвусмысленным и, возможно, немного флиртующим – но, к ее огромному отчаянию, она никогда не была мастером флирта.

- Ну, Клер, так уж вышло, что я, эм... – начала она, но запнулась на средине фразы и замолчала. – Мм... пробовала хот-доги, когда была подростком, но не нашла в них ничего интересного.

«Ну, что это за ответ!» – тоскливо подумала Сюзанна и наклонилась к столу, чтобы поднять бокал.

Выражение любопытства на лице Клер сменилось широкой усмешкой. Художник наклонилась вперед, чтобы положить свою руку на кисть Сюзанны.

- Ну, приятно это знать, – и она снова хитро подмигнула собеседнице.

- Мм... да. Эм, как бы то ни было, хочешь услышать, почему я заинтересовалась журналистикой? Вообще-то это забавная небольшая история, – сказала Сюзанна, пытаясь отвлечься от факта, что все еще чувствует прикосновение теплых пальцев. Хотя Клер ужа давно убрала руку, на тыльной стороне кисти журналистки будто пылали следы ее касания.

- Ооох, да, пожалуйста, – Клер подлила еще вина в оба бокала.

- Ну, все началось, когда...

Когда Сюзанна в следующий раз посмотрела на свои часы, на них внезапно было уже девять тридцать пять. Компания и беседа были столь приятны, что до сих пор она не обращала внимания на остывший к ночи воздух, но теперь, когда женщина заметила, который час, она почувствовала, как похолодало.

Сюзанна потерла голые плечи, по которым уже бегали мурашки, думая о том, что стоило бы одеться теплее. Эта мысль заставила ее взглянуть на легкое платье Клер и удивленно поднять бровь, обнаружив, что художник абсолютно не выглядит замерзшей.

- Ты замерзла? – спросила Клер, вытерев уголки рта салфеткой.

- Немного. А ты разве нет?

- Не особенно. У меня есть внутренняя печка... по крайней мере, так мне говорили, – ответила Клер, осушила свой бокал и поднялась из-за стола. – Давай заберемся в мое логово. Не хватало только простуду подхватить.

- Или грипп, – хихикнула Сюзанна, поднимаясь со своего места. – Огромное спасибо за этот замечательный ужин. Он был просто шикарным.

- Аххх... всегда пожалуйста.

- Мм... а тарелки?

- А, оставь их. Я займусь ими завтра. И вообще, я уже умираю от желания показать тебе свой дом, – Клер положила руку на спину Сюзанны, направляя к дому.

Даже через джинсовую рубашку и футболку Сюзанна могла чувствовать, что Клер была права насчет печки – ладонь была теплой.

Клер подошла к дому и открыла дверь для Сюзанны. Как только гостья оказалась внутри, художник закрыла дверь и заперла ее на замок.

- Для защиты, – ответила она на озадаченный взгляд Сюзанны. – Даже здесь, в моем личном маленьком райском саду, дополнительная безопасность не будет лишней.

- Я понимаю. В двери моей квартиры два засова и два замка. Это та еще боль в заднице, но альтернатива хуже, – произнесла Сюзанна, оглядывая помещение.

- Мммм.

Сюзанна с удивлением обнаружила, что весь первый этаж превращен в одну огромную студию. Сплошь открытое пространство, за исключением нескольких столбов, поддерживающих потолок, лестницы из сосны, которая вела на открытый верхний ярус и небольшой комнаты на полпути к задней стене.

На открытом пространстве во всю длину и ширину дома не было практически ничего, кроме голого пола, ужасно заляпанного пятнами красок всех известных оттенков, стопок неиспользованных холстов и наполовину готовых работ, мольбертов, на которых чистые полотна ждали, когда Клер начнет новую картину и низкой стойки, на которой в ряд выстроились банки с красками всех видов и размеров и прочий разнообразный инструмент художника. На нижней полке стойки под банками с краской стояли упаковки различных растворителей и ацетона.